Атака на эволюц генетт с двух сторон

24.07.14 Лев МОСКОВКИН, Наталья ВАКУРОВА

Просто эволюция: принцип прогресса и демон Ламарка – к вопросу о факторе любви в эволюции: большая эволюция на глазах очевидцев, в описаниях участников и ощущениях подопытных, с примерами из жизни и определениями микро-, макро и мегаэволюции

 

Оглавление

Глава 1. Введение: Приговоренные к Жизни

Глава 2, основная. Схема системы теорий эволюции – микро, макро и мега

Дополнение 1 к главе 2. Факторы генетической инженерии человека

Дополнение 2 к главе 2. История катастрофической эволюции отечественной породы ВЕО

Глава 3. Происхождение эволюционной генетики – долгий путь и скорый результат

Глава 4. Катастрофический механизм возникновения нового (общая схема Макроэволюции)

Глава 5. Волны жизни Сергея Четверикова и структура хаоса Эдварда Лоренца

Глава 6. Для чего нужна адекватность терминов: эволюция – микро или макро?

Глава 7. Что все-таки это такое – Макроэволюция?

Глава 8. Стайность и стадность, миграции пиковые и маятниковые

Глава 9. Информационная война или дарвинов отбор научных динозавров?

Глава 10. Что такое система?

Глава 11. Теория классификации и кластерный анализ как инструмент практической классификации

Глава 12. «В вашей темной России не умеют гибридизовать ДНК» – открытие мобильных элементов генома

Глава 13. Феномен человека. Человек – машина искусственных катастроф. Проблемы описания

Глава 14. Защита от шума

Глава 15. Основные формы выражения изменчивости у человека – морфозы и вариабельность molecular drive

Глава 16. Устройство человеческого генома

Глава 17. Теория красоты, критерий истины, культурная революция и культурная эволюция

Глава 18. К вопросу о происхождении Жизни

Дополнение к главе 18. Эксперимент Н.В.Вакуровой

Глава 19. К вопросу о роли в истории личности журналиста: краткая сопоставительная ретроспективная периодизация развития системы отечественных средств массовой информации и массовой коммуникации

Глава 20. Экономика без прикрас: король не гол, просто он не король (в прогрессе)

Глава 21. Управление массовым сознанием (в прогрессе)

Дополнение 1 к главе 21. Примеры PR-акций, известных и не очень.

Дополнение 2 к главе 21. Биотехнология журналистского творчества.

Глава 22. Заключение, но не окончание: министерство революций в правительстве

 

Глава 1. Введение: Приговоренные к Жизни

Наблюдение за эволюцией – сериал, который утомляет, но не даст отдохнуть и потому не может надоесть. Для человека сей процесс вынужденный. Приговоренные к жизни. Каждый день, а теперь и на часы счет пошел, происходит какая-то напряженная активность, в ощущениях все меняется всегда. Постоянны только перемены. Однако в сухом остатке, когда проходит наваждение момента, кажется – все тоже самое. Все кипит и все сырое. Чтобы ощутить перемены, достаточно хоть немного поспать. Как сказал один влиятельный в прошлом политтехнолог: и нечего жаловаться, что наутро проснулись в другой стране.

В феномене эволюции наиболее удивительно то, высший ее феномен в нашем с вами лице, уважаемый читатель, упорно продолжает искать доказательства эволюции. Загляните в зеркало. Прислушайтесь к собственным ощущениям. «Метеочувствительность» – мудреное словоизобретение, уводит от сути дела.

Мы все в этой ноосфере висим на одном физическом корне и если одно синхронизовано с другим, то это не значит, что вытекает из него. Кто же, черт возьми, тот невидимый режиссер? И где эта сволочь, – продюсер? Почему в столь благоприятных условиях для существования человека, как в конце 20 – начале 21 века, цивилизация пошла по пути монструозности многочисленных и заведомо нежизнеспособных пузырей – финансовых, пирамидальных, деривативных. Ни в одной сфере нет адекватности, но очень причудливо и пугающе уродливо.

Повторение мантр про естественный отбор уводит сознание от мыслей о неприятном. Сверх комфортные условия жизни побудили человека наводнить свою жизнь подделками, имитацией, суррогатами. Сама сукцессия мема «естественный отбор» в своем уровне жизни – явление, аналогичное в своих уровнях жизни деривативной экономике, банковской системе, производству суррогатных продуктов питания (колбаса из имитации мяса или сыр и масло не из молока), табака из пропитанной эссенцией бумаги. Такое же авторское право и товарная марка по франшизе. Правоохранительная система на основе самодостаточной игры с имитацией права. Вершина эволюции нынешнего формата человеческого мира – демократия меньшинств, демонстративных и искусственных.

Одинаково в дикой природе или обществе виоленты демонстрируют циничное попрание идеи естественного отбора.

Наши исследования журналистики показали завершение цикла ее погружения в сукцессирующую PR-деятельность, складывающуюся из отдельных проектов, не связанных в единую систему управления массовым сознанием. Произошло это одновременно с переломом центробежных процессов на центростремительные. Центробежность сопровождает распад империи и для нового мира было предсказано Стругацкими. Центростремительность обозначает самоорганизацию империи на новом уровне.

Процесс вновь подтверждает идею Тойнби о цикличности сжатия-расширения цивилизаций.

В разное время по Европе и окрестностях бродили, меняя друг друга и иногда стаями, призраки коммунизма, фашизма, либерализма и особенно упорный – призрак анархизма. Призраки питаются иллюзиями. Якобы, люди стремятся к комфорту и миру.

В реальности можно было наблюдать волны базовой тревожности, суицидальности, болезней сна и общения, моббинга, буллинга и боссинга. За негативной волной может последовать война и кризис. Или наоборот, подъем настроения, ощущения благополучия сейчас или в надеждах на будущее, иногда рождения детей. Чем больше амплитуда, тем заметнее синхронизация.

Как говорится, «песня исполняется впервые мною». На нынешнем пути цивилизации далеко в прошлом намного большего достигли динозавры и одревесневшие примитивные растения. Съели всю углекислоту атмосферы, закопали в землю триллионы тонн построенных из нее собственных тел и отравили атмосферу продуктом своей жизнедеятельности – кислородом. И вот тут началась настоящая эволюция, чему способствовало неблагоприятное изменение климата.

Завкафедрой зоологии беспозвоночных Биофака МГУ, харизматичный профессор Владимир Васильевич Малахов сформулировал предназначение человека: расковать отложения, сжечь и тем вернуть украденное у атмосферы обратно.

Естественный отбор отдыхает. Разве что неестественный, да и то неубедительно.

Представление картины эволюции и эволюционизма в этой книге сделано на основе наших знаний отечественной системы образования, собственного опыта и исследований. Мы считаем это миссией. Мы использовали все возможности России как страны инновационной и открытой, с сильной наукой, образованием и одновременно – экспериментальным полигоном глобального значения, чем Россия всегда была и остается по сей день.

Мы не представляем собою источник истины в последней инстанции и не претендуем на очередное окончательное обобщение, как делают вслед за Эразмом Дарвиным, потом Чарльзом, Евгений Викторович Кунин или Александр Владимирович Марков. Дело не в скромности. Как должно быть понятно из предыдущего абзаца, уверенности в себе нам хватает. Скорее наоборот, в спорах с многочисленными профанами воспитывается коварное чувство абсолютной собственной правоты. Нам, как и всем, кто любит учиться и учить, но избегает поучений, остро нужна содержательная дискуссия без давления веры и ангажированности.

Исторические изыскания крупнейшего отечественного эволюциониста Юрия Викторовича Чайковского показали, что профанами Тейяр де Шарден называл религиозных авторов. Адекватная дефиниция – это уже значительный успех на пути к истине.

Мы избежали ограничений статусного положения в науке. Мы не связаны личными обязательствами ни с зарубежными партнерами, ни с их партнерами в России. Против нас бессильны любая идеология или ангажированность включая североамериканскую политкорректность и систему научных публикаций, цитирования и индексирования по Хиршу или импакту.

В России всегда были возможности конкуренции за истину, а к моменту написания этого текста создана целая система. Она описана в нашем учебном курсе «Конвергентная журналистика и блогосфера» для ИСИ на Горбушке. Применяется управление случайностью с запуском самоорганизации.

Мы не знаем, что будет с нами дальше, лишь пользуемся текущими возможностями. Эволюционизм прогностичен в отношении системы, но нее элементов. Тем более, что у нас есть источник адекватной информации о происходящем в стране и мире.

Поэтому мы предлагаем отложить споры до описания того, как это так получилось. Мы предлагаем до поры оставить без внимания ангажированную критику. Не участвовать в дискуссиях, как нам обустроить российскую науку и самое Россию. Воздержаться от оценок, что такое хорошо и что такое плохо. Последнее особенно необходимо для эволюционизма и вообще для биологического подхода в изучении происходящего в дикой, равно искусственной природе. Иначе наиболее адекватная картина кажется уродливой и вызывает отторжение.

Как удачно выразился неординарный ректор Виктор Антонович Садовничий, у гениев не все в порядке с генами. История науки неотделима от феномена чудиков, забвений и потрясений, перетекающих друг в друга иерусалимского и стокгольмского синдромов. Сплошь явления высокохудожественного толка: степной волк, герой нашего времени, опавшие желтые листья. Стал обыденностью феномен, описанный Германом Гессе – правоты одного на фоне многих.

Особо любопытен феномен науки эволюционной или динамической генетики, которая при ближайшем рассмотрении оказывается теорией Макроэволюции. Когда принимаешься обдумывать, почему она воспринимается людьми столь различно и зачастую с агрессивным отторжением по механизмам психологического распознавания «свой – чужой» на птичьем базаре, неизбежно приходишь к тому, что пытаешься объяснить.

Мы все слушали «деда», великого Тимофеева-Ресовского, и все услышали разное.

Выбор существенного – удел избранных, кого само научное сообщество редко признает авторитетом. Скорее наоборот, тут признаком заслуг в науке является шельмование на основе естественного чувства цеховой ревности. Андрей Колмогоров, Лев Блюменфельд, Владимир Эфроимсон, Виген Геодакян встали в ряд, начало которого теряется в древности. Сожжение на костре – высшее признание заслуг и коррупции не подвержено. В отличие от Нобелевской премии.

Бывало, даже случайное упоминание Тимофеева-Ресовского в необязательной болтовне в Думе могло натолкнуться на агрессивный протест: этот фашист ставил опыты на людях. Шельмование заметных людей в советской науке не превышает североамериканскую политкорректность. Сейчас она приносит больше ущерба миру, но и вызывает противодействие. В советской России приговор ученого сообщества обжалованию не подлежал. В постсоветской России искренне удивлялись, во что превратила политкорректность нобелевского лауреата Джеймса Уотсона, соавтора двунитевой модели ДНК. Его художественный детектив «Двойная спираль» документален и требовал продолжения. Однако написать его Уотсон не мог, будучи психологически раздавленным и фактически уничтоженным в роли ученого, неинтересным для коллег в России. Что и отметил в своих воспоминаниях цитогенетик Юрий Федорович Богданов.

Можно надеяться, читателю понятно, что в лице авторов он столкнулся с парочкой «степных волков» в терминологии Германа Гессе, получивших способность описывать как окружающие нас перемены, так и собственную реакцию на них буквально изнутри.

Представленная сводка по эволюции составлена мозаикой в значительной степени из наших собственных наблюдений и экспериментов, нашедших обобщение в макроэволюционной схеме. К одной и той же схеме прерывистого равновесия punctuated equilibrium Gold & Eldridge с катастрофами сводится любая картина развития, наблюдаемая в палеонтологических отложениях или эволюции компьютерных программ, в чем угодно. Однако один конкретный трек развития сам по себе доказательной информации не несет. А без представления через макроэволюционную схему выглядит уродливым и создает иллюзии, что можно было и следовало сделать иначе. Из чего неопровержимо следует, кто виноват и что делать.

Пустое дело – конкурировать с политологами, дискутировать с клерикалами и пытаться зарабатывать на прогнозах, изображая собою греческий оракул, из бормотания которого извлекалось заказанное за деньги. Наша задача проста и понятна. Она состоит в удовлетворении любознательного спроса на содержательную информацию. После исторического разрыва любознательный спрос вернулся и растет, а профессиональное сообщество занято своим и интересы общества игнорирует. Общество находится в состоянии недореализованного арогенеза.

Судьбу этой книги невозможно представить. В любом случае, решившийся на публикацию издатель получит и старые проблемы и новые возможности – если только издание не пройдет незамеченным, что наиболее вероятно. Предложение поступило в момент нарастания остроты с одной стороны и усиления потока нового с другой. Схему Макроэволюции пришлось достраивать на ходу. Поток новых данных в генетике нарастает лавинообразно, отметил академик Сергей Васильевич Шестаков на юбилее 70-летия кафедры генетики МГУ.

Однако эволюционная генетика в ее консенсусной части меняется медленно и если меняется, то скорее в связи с изменениями массового создания, а не новыми открытиями. Даже если за открытие присуждают Государственную премию, как по расшифровке генома денисовского человека. Одним пальцем заполнили разрыв между палеонтологической историей и археологической.

Мы буквально захлебываемся в потоке новаций. Скрининг невозможен, помогает фактор случайности. В прошлом он отвергался, сейчас играет роль все больше. Однако упустить что-то в этом потоке несет опасность того, что незнание небольшого объема существенной информации девальвирует ранее сформированный блок знаний. В 2014 году ускорение эволюции человека стало столь заметным, что угрозу девальвации знаний несет незнание событий последнего месяца.

Некому обобщить данные в господствующем англосаксонском формате науки – редукционистском. Научные журналы заполнены промежуточными результатами. Высокий уровень профанации редко признается. По факту в научной литературе он существенно выше, чем в среднем по журналистике. К тому же для обобщения и популяризации открытия необходимы творческие усилия, зачастую превышающие затраченное на само открытие. Однако на пути внедрения эволюционных достижений «нет долины смерти». Есть геополитическая конкуренция, имманентно недобросовестная. И есть воровство наук, например, молекулярная биология некомпетентна на поле эволюционной генетики, которое она оккупировала, вытеснив мобильные элементы генома вместе с генетической нестабильностью за пределы базового образования.

И тем не менее, новое формируется прежде всего за счет эволюции самого знания, за счет обобщения и переосмысления накопленного. Эволюция генетического текста дикой природы происходит так же, механизмы одинаковы на всех информационных полях.

Люди просвещенные и с адекватным подходом к предмету исследования избегают содержательного и непредвзятого обсуждения вопроса о том, почему человечество не вечно? Массовое сознание в своем состоянии демонстрирует следы прошедшей эволюции, свидетельства многочисленных актов насилия, прошедших острых и продолжающихся хронических PR-проектов. Синергизм воздействия естественных и искусственных факторов, физических и технологических, усиливает и разгоняет динамику текущей катастрофы. Основную долю неопределенности создает отсутствие знания о масштабах текущей катастрофы. Нынешнее состояние с центростремительностью и аттрактором в Москве может оказаться как началом выхода из катастрофического режима, так и мелкой волной на входе в гигантскую катастрофу наподобие большого вымирания видов в прошлом.

Нам представляется очевидным следующее. Наиболее адекватный формат общественно-государственных отношений сложился именно в России. Интуитивно понимающих это людей в мире становится все больше. По свидетельству председателя Фонда «Русский мир» Вячеслава Алексеевича Новикова, виртуальная русскоязычная Россия более чем вдвое превышает Россию off line. Зона центростремительности растет. Русский язык более удобен для образования и науки, чем насильственно доминирующий в настоящее время английский. В прошлом языками науки были немецкий, до этого латинский.

Названные факторы и ряд других привели к тому, что на стороне России стоят не столько сами россияне, люди которые здесь живут, армия и флот страны, ее ядерный потенциал оружия стратегического сдерживания. В режиме с обострением все это приводит к неадекватной реакции с вполне очевидными планами. На стороне России идет борьба за истину. Советским гражданам были недоступны CNN или The New-York Times, сравнивать газету «Правда» было не с чем. Сейчас не составляет проблем посмотреть Euronews один раз во время трансляции канала на русском и сравнить с «Россия-24» или Life-news с включением съемок фронтового частного телеканала Anna-news. Одно такое непредвзятое сравнение может заставить самостоятельно думающего человека пересмотреть свои представления о картине мира.

Этого однако недостаточно. Мы надеемся, что наша книга, если ее прочитают, заставит кого-то отказаться от взаимных упреков и бессознательно целенаправленной порчи жизни себе, своим близким и своему окружению. Увидеть, кто и зачем занимается этим в публичном информационном поле, будучи допущен к СМИ с той или иной миссией. Менее заметны непрямые манипуляторы, управляющие законодательным процессом и растущим обильным потоком подзаконных и внезаконных административных актов.

Поиски причины собственного плохого настроения в действиях супруга, начальника или жидомасонского правительства – путь достаточно банальный и тупиковый. Он предотвращает познание реальности и в лучшем случае превращает человека из субъекта познания в объект исследования, коль объектом великого эксперимента Природы стали мы все. В худшем случае человек пополнит собою население закрытых психиатрических лечебниц или тюрем, совершив непоправимое под действием психотропных факторов в угоду манипуляторов.

Тот, кто пойдет нашим путем, благодаря нашим усилиям или независимо от нас, будет вознагражден. Он увидит, что там, за нарисованным камином в опостылевшей хижине Папы Карло.

Будущее человека в руках самого человека. Его нельзя доверять профанам, но еще меньше – профессионалам, которые «знают, как надо». Заветы Александра Галича бессмертны, потому что верны. Это биотехнология с творческой игровой составляющей. Эксперимент над человеком поставила сама Природа, его создавшая. Наши наблюдения показывают, что в условиях обострения глобального эксперимента наиболее адекватно устроена Россия – страна большая, очень разная и предельно открытая всем ветрам. В экологическом понимании тут кратко приведены условия устойчивости.

 

Глава 2, основная. Схема системы теорий эволюции – микро, макро и мега

Теория может называться таковой при сочетании трех условий: допускает формализацию, подтверждается экспериментально и доказывается логически. При этом каждая состоявшаяся теория строится на основе системы постулатов и имеет свое пространство интерпретации, где она валидна. Пространство валидности может быть достаточно узким, как например у теории Лайнуса Полинга о вторичной структуре белка, или выходящим далеко за рамки своего первичного предназначения, как получилось с Макроэволюционной схемой (феномен поризма). В таком случае мы сталкиваемся с индукцией – найденное решение одной конкретной задачи преадаптирует решение других задач широкого круга, о которых исследователь может не знать. Пространство валидности макроэволюционной схемы охватывает любые формы жизни на самых различных полях включая весьма специфические и экзотические. Это может быть эволюция фотосинтеза или энергетического обмена клетки, инфекционных заболеваний, мобильных элементов генома или с таким же успехом эволюция языка, сказки, компьютерных программ, стилей архитектуры, жанров журналистики. Для классификации применим тот же кластерный анализ, который Н.В.Вакурова использовала для классификации телепередач под названием контент-анализ, формально принятом, но редко применяемом для исследования журналистики.

Современный эволюционизм включает несколько мимикрированных под теорию PR-проектов, расширяя таким образом предмет собственного приложения. В своей реальной части эволюционизм представляет собой большой набор формализованных теорий разной степени значимости в широком размахе применения от узкого до почти безграничного. Сложившаяся система приоритетов из-за PR-проектов не может отражать прикладное значение формальных моделей и не удовлетворяет запрос общества на содержательную информацию. Приоритетом должна была бы стать описанная ниже Макроэволюционная схема. Возможно, именно по причине перспективности она не только не является общепринятой, но и микшируется известными банальностями, нерелевантными и неактуальными одновременно.

В результате наиболее адекватной сводкой по геномике стало одноименное издание отверженного профессиональным сообществом Вадима Васильевича Попова – типичного персонажа ученого из фантастики Станислава Лема. В России такой персонаж вполне реален. «Геномика» Попова переиздается и после смерти автора. Возможно, внесла свой вклад наша рецензия.

В итоге доходящих до настоящей информационной войны споров мы можем предложить следующую схему из трех взаимодействующих независимых уровней построения: теория микроэволюции, теория Макроэволюции и теория мегаэволюции.

Универсальная схема Макроэволюции включает два несовместимых пути: арогенез как революционный переход на принципиально новый уровень организации, и аллогенез как приспособление к конкретным условиям среды без повышения уровня организации. В англоязычной литературе получила распространение пара терминов анагенез и кладогенез соответственно.

В процессе аллогенеза происходит редукция мобилизационного резерва вида в понимании Сергея Михайловича Гершензона и соответственно снижение таких показателей, как числа хромосом, запаса ДНК на геном, доли повторяющихся последовательностей генома и конкретно мобильных элементов. Снижаются все показатели, так или иначе определяющие мобилизационный резерв вида.

Аллогенез необратим. Чем дальше зашел вид по этому пути, тем меньше у него шансов выжить при значительном и/или непредсказуемом изменении условий среды.

На пути аллогенеза выделяются три разных формата биологического вида, или как их назвал североамериканский эволюционист Vern Grant, три типа популяций.

Примитивные формы имеют как правило широкие ареалы, иногда циркумполярные, монотипические роды с единственным видом. У них значительный запас повторов в геноме. Они поддерживают генетическое единство вида на всем пространстве ареала, как будто нет горных и речных преград, океанов между Старым и Новым Светом. Николай Владимирович Тимофеев-Ресовский в спецкурсе для студентов кафедры генетики приводил пример чаек, когда видовому единству не мешала репродуктивная изоляция на вторично симпатричных границах ареала, изогнутого подковой протяженно на пространстве Евразии. Изменений среды вид примитивного формата не чувствует в допустимых пределах. Примитивные виды выделяются и описываются достаточно надежно несмотря на высокое внутривидовое разнообразие и выраженный балансированный полиморфизм.

Противоположная форма отличается приспособленностью к конкретным условиям среды. Род может содержать множество заметно изолированных видов. Известны многочисленные примеры видов-двойников с полным морфологическим сходством, разным числом хромосом и репродуктивно изолированных не только аллопатрией ареалов, но и строением половых органов, сезонным временем вступления в размножение, различиями брачного поведения. Типичный пример случайно открыли студенты кафедры генетики Биофака на летней практике в ЗБС МГУ в конце 60-х, разделив полевок Microtus arvalis с 46 хромосомами и Microtus subarvalis с 54 хромосомами.

Редукция числа хромосом у млекопитающих возможна путем робертсоановских слияний двух телоцентрических хромосом в одну метацентрическую. Известны примеры обвальной редукции числа хромосом в пределах ареала от центра происхождения к периферии, как землеройки-бурозубки Sorex araneus – от 20 до 32 у самок и на одну больше у самцов с нечетным числом хромосом из-за закрепленной транслокации одной из атутосом на X-хромосому. Она получила двух гомологов в редукционном делении мейоза – обычную Y-хромосому гетеропикнотического типа конденсации хроматина в мейозе и вторую, конденсирующуюся по стандартному аутосомному типу. Разные числа хромосом могут иметь эмбрионы одной беременности самки. В отличие от человека с транслокационной формой синдрома Дауна, у землеройки триваленты правильно ориентируются в профазе рекционного деления мейоза, предотвращая появление гамет с несбалансированным набором хромосом.

В общем случае от появления бастардов и соответственно массовых случаев гибридного дизгенеза защищают механизмы репродуктивной изоляции. Несмотря на обилие видов в роде и случаи видов-двойников у специализированных форм, специализированные виды выделяются и описываются достаточно надежно.

Неуклонная тенденция «видодробительства» имеет скорее психологически конъектурную природу, как и повышение статуса таксонов.

Среди аллогенетически продвинутых видов больше всех преуспели паразиты. Нематода Parascaris univalens имеет не только счетное число клеток в каждом органе без возможностей регенерации, но и минимально возможное число хромосом – одну пару. В онтогенезе происходит диминуция хроматина. Облигатный паразит идеален в степени адаптации и  существует столько, сколько существует его ниша.

Наибольший интерес как резерв эволюции представляет промежуточная форма с подразделенной популяцией. В этом случае строгая идентификация вида невозможна и носит условный характер. Геном открыт горизонтальному переносу генетического материала. Преуспел в этом человек. В пределах ареала можно выделить формы, различающиеся больше, чем может быть достаточно для выделения надежных видов. Доля мобильных элементов занимает половину генома. Отсутствие приспособленности к чему-то конкретному является приспособленностью к значительным переменам.

Широкая специализация человека требует колоссальных затрат, эволюционных и энергетических. На лекции проекта #ЗНАТЬ 15.11.14 Кирилл Еськов не без укора отметил, что теплокровные тратят на обогрев 9/10 съеденного. Для сравнения: вымершие динозавры были теплыми, как мышь, и потребляли столько же, сколько ящерица. Эволюционная фишка динозавров - двуногая локомоция. Самое быстрое животное достает травоядного, как только его видит. Инерциальная гомойотермия: они не были холоднокровными как современные, 36 градусов достаточно, чтобы запускать красную мускулатуру. Грянуло похолодание. Динозавры крупного размерного класса и млекопитающие мелкого образуют параллельные миры. Вымирание динозавров было некомпенсированным. При развале регуляторной системы вымирание упрощается. Чем выше разнообразие экологической системы, тем более она стабильна. Развал регулировки связан с провалом разнообразия. Пока со дна не постучат. С учетом коротко живущих таксонов не все так ужасно. Вымирание динозавров с кризисом не связано. Они медленно вымирали, возникали новые. Вопрос не почему вымерли динозавры, а почему никто не появился им на замену?

Кирилл Еськов умеет ставить ключевые вопросы. Например, об отсутствии грани аналогии и гомологии. Чтобы дожить до простых ответов, нам надо менять систему науки. Причем всей, а не только эволюционной генетики.

Человек является уникальным объектом для изучения приспособленности к существованию в условиях хронического дефицита информации и высокой неопределенности, исключающей возможности прямой адаптации. Идеальным в плане широкой специализации аналогично описанной для fungi imperfecti можно было бы назвать персонаж Остапа Бендера и тем ограничить исследования Макроэволюции, коль великая русская литература отразила ее высокохудожественно и доступно на примерах из жизни России на переломе эпох. См., например, роман Куприна «Блистающие облака» как итог начала, заложенного эпопеей «Война и мир». Неведомая сила катапультирует человека из нормальной семейной жизни. Федор Достоевский связал ее с некими трихинами в мозгу и почти угадал. Однако верить писателю во всем было бы опрометчиво и мы пойдем дальше исключительно для поисков доказательности.

Геном промежуточных вневидовых форм как правило сочетает две компоненты – облигатную (консервативную) и факультативную (оперативную) согласно схеме Валерия Васильевича Попова. Первая обеспечивает эволюционную преемственность в катастрофе. Вторая нужна как своеобразная память о будущем и полигон испытаний новых вариантов сочетаний. Соответственно разделены вертикальная и горизонтальная рекомбинации. Вертикальная или половая рекомбинация поддерживает единство вида, но затопляет адаптивные блоки генов, необходимые для выживания в острых условиях. Горизонтальная или незаконная рекомбинация способна перебрасывать адаптивные генные блоки достаточно далеко между ветвями филогенетического древа. Генетические механизмы могут быть совершенно разные, что говорит о неоднократном эволюционном решении одной задачи методом проб и ошибок. Например, хромосомный тип определения пола с гетерогаметными самцами XY более удачен, чем вариант гетерогаметных самок WZ у птиц и бабочек.

Согласно построениям Вигена Артаваздовича Геодакяна, популяции нужна защита самок, чему не способствует гемизиготность с прямым действием поврежденных рецессивных аллелей сцепленных с полом генов. Однако компенсация дозы гена разная у женщин (механизм конденсации Мэри Лайон) и дрозофил (механизм снижения транскрипции Бориса Абрамовича Лейбовича), что свидетельствует в пользу независимого возникновения схожего механизма.

Как правило, редукция половой рекомбинации сопровождает специализацию. Но бывает и так, что эта редукция затрагивает традиционные формы половой рекомбинации с заменой ее на такие, которые действуют ограниченно и не затопляют адаптивные генные блоки. Таким путем пошло развитие парасекса с градиентом рекомбинационной способности от центромеры к теломере хромосомы у fungi imperfecti ради развития их специфической способности к широкой специализации. Спектры водорастворимых белков возбудителей корневой гнили злаков Fusarium culmorum и Helminthosporium sativum отличаются неповторимой изменчивостью без полового размножения. Что-то подобное можно наблюдать у бессемянного чеснока Allium sativum с наибольшим для рода луков количеством повторов в геноме и перерождающимся под действием соседства с другим чесноком.

Известны случаи выпадения одного из трех факторов половой рекомбинации – кроссинговера, как у самцов Drosophila melanogaster. Комбинация хромосом в гамету и комбинация гамет в зиготу проходят неслучайным образом. Это хорошо видно по отклонениям от менделевских пропорций, которые носят имманентный характер.

Неканоническая рекомбинация (горизонтальная, или как ее называл Александр Сергеевич Серебровский, незаконная, запрещенная) обеспечивается разными механизмами от непосредственной передачи обрывков ДНК до передачи ее в специализированных контейнерах, каковыми могут служить вирусы или мобильные элементы. Для бактерий давно известна трансдукция фагом. Сергей Михайлович Гершензон получал изменения генома обработками тимусной ДНК задолго до открытия двойной спирали и общего признания роли ДНК в передаче по наследству кодирующей информации.

Мерилом аллогенетической продвинутости может служить редукция мобилизационного резерва вида в виде снижения численных показателей числа хромосом, запаса ДНК, доли повторов в геноме. Прямым показателем служит развитие характерного для эволюционной специализации группы признака. Например, для рода бобов это отказ от эректоидного стебля к ползучему. Для чеснока – редукция до полного исчезновения рудиментарных органов полового размножения. У копытных признаком специализации служит редукция числа зубов и пальцев. Исследования Кирилла Алексеевича Трувеллера выявили два независимых направления специализации у сельди Clupea harengus. Приспособление к распреснению характерно для популяции внутренних морей, к пониженной температуре нереста – для северных популяций. Показаны морфологические критерии приспособленности, в частности, редукция числа килевых чешуй. Один из наиболее продвинутых видов сельди имеет на одну пару хромосом меньше, чем большинство в роде.  

Тестом на аллогенетическую продвинутость является допустимость инбридинга и в финальной стадии клонирования. Специализированные виды содержат клонированное воспроизводство популяционной численности в своем жизненном цикле. Адаптированные к своей нише виды как минимум допускают лабораторное клонирование для создания экспериментальных моделей или сохранения уникальных экспериментальных или природных форм.

По словам Владимира Александровича Струнникова можно понять, что добиться клонирования у тутового шелкопряда Bombix mori удалось благодаря генетической инженерии с помощью серии скрещиваний бабочек. В дикой природе способность к клонированию связана с высоким единообразием, как у серебряного карася или скальной ящерицы Lacerta saxicola. У плацентарных млекопитающих (настоящих зверей) клонирование с отказом от полового размножения неизвестно. Наиболее близки к этому гепарды, популяция которых фактически состоит из двух клонов по типу единообразия.

Каждый биолог, посвятивший жизнь своей любимой группе организмов, может запутаться в идентификации видов, но с идентификацией характерных для данной группы признаков специализации справится без труда.

Неспециализированные формы оставляют в своем онтогенезе полноценную эволюцию генома, созревающего на пути от оплодотворения до репродукции в зависимости от условий среды. У животных с ВНД – в зависимости социальной среды. Многим для социализации требуется воспитание и обучение, влияющие на генетическую конституцию. У таких форм клонирование невозможно из-за невоспроизводимости в искусственных условиях онтогенетической самоорганизации. Попытки клонирования встречают непреодолимый барьер в виде огромного объема генетических вредностей («генетического груза»), исключающих строгую адаптацию к конкретным узким условиям существования. Фигурально выражаясь, геном человека по принципу организации мало отличается от его правительства. Он поддерживает любые мутации генов согласно советскому определению хорошего начальника в лаборатории – который «не мешает» (см. Константин Попадьин, лекция проекта #ЗНАТЬ в Музее Москвы 06.12.14).

Необычные результаты дает доместикация. Многие культурные растения являются полипоидами и амфидиплоидами, прежде всего пшеницы – дигибрид Triticum dicoccum и зашедшей еще далее тригибрид Triticum vulgare. В настоящее время в хозяйствах Калужской области на корм скоту возделывается четверной гибрид пшеницы с рожью Тритикале.

Первым экспериментально воспроизвел возможность амфидиплоидизации Георгий Карпеченко, скрестив капусту с редькой.

Есть пример полиплоида среди доместицированных форм позвоночных – у карпа Cyprinus carpio. Увеличение числа хромосом не мешает клонированию этих форм. Экспериментальный гиногенез карпа легко воспроизводить оплодотворением облученной спермой, как это делала в 70-х годах на базе ВНИИПРХ в Рыбном Дмитровского района Московской области Нина Борисовна Черфас.

В дикой природе известен любопытный пример клонированного воспроизводства популяции у скальной ящерицы. У нее оптимальным числом хромосом оказалось триплоидное.

 

Подразделенность популяции и репродуктивные барьеры повышают эффективную численность популяции. Повышение эффективности отбора для этого случая математически показал Андрей Колмогоров в 1943 году.

В этой особенной группе промежуточных эволюционно лабильных вневидовых форм казалось бы трудно найти нечто совсем особенное, но его можно увидеть в зеркале – сам человек. Имея разное на протяжении ареала строение половых органов, человек при условии определенной предосторожности успешно воспроизводится, порождая при этом высокий уровень гибридного дизгенеза. Обилие мобильных элементов в геноме, как уже было сказано, доходит до половины. Бактериальный метагеном человека на порядок превышает собственный геном 46 хромосом, хотя общая масса бактерий в нашем теле раз в пятнадцать меньше. Отбор полового партнера отдан самцам в лице мужчин. Украшаются самки, которых принято называть прекрасным полом. Наиболее таинственная для генетика особенность в том, что уже несколько веков человек живет без экстремального балансирования на грани выживания с высокой гибелью. В дикой природе гибель обеспечивает генетическую стабилизацию. Человек устраивает себе вредные факторы достаточно искусственно в форме властного террора, войн и революций. В острые периоды истории регулярно возникает на уровне государственной идеология пренебрежения к опыту предков, уважения к родителям в пользу поклонения императору, идеологического разделения любви и размножения с подбором пар для совокупления по личному выбору неких вышедших в тираж мудрецов.

Предопределенность феномена человека заложена в общем корне теплокровных, птиц и млекопитающих, когда возникает эстетический инструмент активной эволюции. Половой подбор осуществляется на основе песен, повадок, поз, построек. Это может быть любой гипертрофированный вторичный половой признак, морфологический или поведенческий, эстетически активный в восприятии субъекта подбора – самки. Объект полового подбора генерирует в восприятии субъекта виртуальный признак собственной красоты. У каждого вида своя эстетическая программа, выраженная в симметрии рогов оленя или спектре красок павлиньего хвоста, гармонии песни или постройки гнезда.

В отличие от большинства животных, человек стал уникальной формой произвольного программирования эстетизма. Эффективность ВНД обеспечивается зрительным цветовым и пространственно-временным анализаторами. Эстетизм преадаптировал не просто появление человека, но и весь спектр трендов цивилизационного развития от музыки до математики. Теория красоты формулируется без труда, но она мешает традиционным для России нападкам на министра культуры, ибо именно красота в формулировке Достоевского служит препятствием установлению на Земле мирового господства военным путем. В основе всевозможных проявлений варваризма лежит явление антиэстетизма в ранге высшей эстетической категории. Для фашизма столь же имманентно единообразие.

Палеонтолог и выдающийся популяризатор Макроэволюционной теории Кирилл Юрьевич Еськов считает, что у человека «железо» тысячелетиями остается тем же, совершенствуется софт и появляются новые формы коммуникации (см. лекция проекта #ЗНАТЬ в Музее Москвы 15.11.14). Начиная с Homo erectus происходит переход к настоящим людям. Уже с этого момента совершенствуется soft. «Железо» в общем остается то же самое. Изменения по софту существенные. Порождается огромное количество положительных обратных связей. Это строго показано на экспериментальной археологии. Путь до каменного рубила дольше, чем от рубила до звездолета. При этом совершенно разные отделы мозга задействуются, ответственные за членораздельную речь. То есть переход к тому, как колоть камень, провоцирует развитие других отделов мозга. Более сложная коммуникация и возможность перехода на мясо увеличивает мозги. Вы не успеваете оглянуться, как у вас уже огонь и прочие дела.

 

Теория микроэволюции описана наиболее полноценно и вошла в школьные учебники, что не привело к успеху в ее популяризации. По словам Николая Владимировича Тимофеева-Ресовского в его последнем курсе для студентов кафедры генетики и селекции Биофака МГУ, теория микроэволюции включает четыре фактора, а кто найдет пятый – тому трешку на пол-литра.

Для наглядности из кармана извлекалась мятая трешка. Далее следовало столь же высокохудожественное описание четырех факторов: спонтанный мутационный процесс, фактор случайности (волны жизни Четверикова), изоляция, естественный отбор.

Тем самым описывается динамика изменений аллельных частот генов. Теория микроэволюции является продолжением на популяционный уровень редукционистского подхода Грегора Менделя в гибридологии.

Теория Макроэволюции тоже содержит четыре фактора: провокатор, директор, стабилизатор и спонтанный шум. Принципиальное отличие теории Макроэволюции от теории микроэволюции в системном подходе (холизм vs. редукционизм). Макроэволюция не ограничена видовым уровнем и не складывается из множества малых микроэволюционных изменений, как принято считать. Согласно определению Натальи Владимировны Вакуровой в учебном пособии «Теория и практика средств массовой информации», эффект системности возникает, когда поведение целого описывается независимо от описаний поведения элементов – принцип математика Александра Хинчина. Второй принцип постулировали мы сами: эффект действия фактора зависит не столько от его физического характера, сколько от состояния системы.

Состояний эволюционирующей системы известно четыре, два когерентных и два некогерентных. Некогерентные – катастрофа в природе и ее безграничное развитие в искусственной среде в форме шумовой раковой вечной жизни. Когерентные – стабилизация и стагнация.

Макроэволюция отличается от микроэволюции валидностью на такие системные эффекты, как дизруптивный отбор, обратный поток информации из внешней среды к геному или финализм Николая Николаевича Иорданского. Мутационный процесс – движущий фактор микроэволюции. Для Макроэволюции мутационный процесс является шумовым тормозом. В катастрофе дарвиновский отбор наиболее приспособленных вызывает неадекватные эффекты. Попытка стабилизации может разбалансировать геном еще больше. Побеждает далеко не лучшее, что сейчас хорошо знают все по ситуации на рынке компьютерных программ. В стратегии их создания превалирует цель лишения независимости, а не надежной эффективности.

В данном примере мы сталкиваемся уже с третьим уровнем – мегаэволюции.

В дикой природе мегаэволюция тоже идет по пути утраты генетического суверенитета, это генеральный тренд согласно схеме профессора Биофака МГУ Галины Алексеевны Беляковой.

В рамках эволюционной генетики получают объяснение такие явления, как маятниковый процесс смены предпочтений редкого или своего типа в брачном поведении, пубертатное отторжение родителей или пульсации русского антипатриотизма в «онтогенезе» страны. Русская интеллигенция готовит идеологическую базу смены власти, чтобы без присущей ей рефлексии и без перехода приниматься демонстрировать ненависть к новой власти.

Эволюционный смысл антипатриотизма аналогичен ювенальному отторжению родителей в фазе полового созревания (пубертации) для предотвращения инцеста. Антипатриотизм вынуждает страну меняться, поддерживать многообразие, создавать новые ниши и искать нестандартные пути развития, развивает латеральное мышление (эвристическое). Перечисленные имманентные составляющие великой страны как большой системы необходимы в репрезентативном наборе хотя бы в одной стране, без этого невозможно развитие мира в целом.

В принципе, можно объяснить эволюционный смысл таких морфозов, как акселерация. Этим успешно занимался Виген Артаваздович Геодакян. Есть версии по природе акселераии, но убедительной причины нет.

Антрополог-ауксолог Елена Зиновьевна Година показала, что постоянного увеличения размеров тела нет, иногда они уменьшаются (см. лекция проекта #ЗНАТЬ в Музее Москвы 07.12.14 «Тенденции барбизма – от матрешки к Барби).

По словам Е.З.Годиной, акселерация на слуху, но сейчас чаще говорят о секулярных трендах или эпохальных изменениях на протяжении нескольких поколений. Современный человек не влезет в средневековые латы. Однако средневековому человеку надо было быть очень выносливым, чего не видно в числе достоинств современного человека.

То же можно сказать о маятниковых процессах в познании: прошедшую научную революцию в семидесятых-восьмидесятых и затем исторический разрыв в девяностых-нулевых. Десятые годы 21 века вывели познание на новый уровень, который смело можно обозначить как арогенез в данном слое жизни ноосферы.

На уровне Макроэволюции описано множество любопытных моделей включая гипотезы черной и красной королевы, симпатрическое видообразование на уровне амфидиплоидии и многое другое. Сформулированы принципы Луи Долло дополнительности и необратимости эволюции, правило Эдуарда Копа происхождения от неспециализированного предка.

Известно, как в конкретных эволюционных треках специализируются либо зубы, либо желудок. Или, например, либо зрение, либо слух. На молекулярном уровне можно выявить шумовой ограничитель. Эволюция гена не может справиться с большим числом мутаций на всем его протяжении и поэтому идет по частям. Согласно принципу дополнительности устойчиво закрепляются изменения в каком-то одном участке гена. Практически неизвестны случаи закрепления отбором de novo возникшей мутации. Мутации могут сохраняться, если не мешают работе генома как системы, в геномах определенного типа и как правило у промежуточного типа популяций по В.Гранту (подразделенная вневидовая форма). Эти геномы приобретают для эволюции жизни на Земле функцию депонирования нераспознанного нового. Видимые эволюционные изменения на генетическом уровне как правило определяются актами нестандартной рекомбинации предсуществующей существующей изменчивости, вовлеченной в структурирующую самоорганизацию мобилизационного резерва вида.

Итогом споров «революционеров» и «эволюционеров» стала схема прерывистого равновесия punctuated equilibrium Гоулда и Элдриджа (Eldridge & Gold). Сальтационная теория получила право на существование.

В фазе развития науки после революции в ней конца 20 века эволюционисты получили широкий фронт работ за счет введения в научный оборот идей самоорганизации в диссипативных структурах, фрактальности с ее простой и ресурсно дешевой детерминацией сложности, катастрофизма как единственного режима с возможностью генерации нового, роли в Макроэволюции уникальных событий, турбулентности структуры динамического хаоса Эдварда Лоренца. Стохастические колебания в отличие от гармонических можно наблюдать на всех уровнях жизни во всех ее формах даже для специализированных форм как минимум в виде колебаний численности, впервые описанных Сергеем Сергеевичем Четвериковым как эволюционный фактор случайности «волны жизни» (см. «Обзор бабочек Московской губернии», Известия Императорской АН, 1905).

Гляциолог Ольга Соломина на лекции #ЗНАТЬ в Музее Москвы 29.11.14 привела разнообразные признаки стохастических колебаний, используемых для реконструкции природных условий прошлых эпох. Фенология: в Японии записывают дату начала цветения вишни, в Швейцарии дату сбора винограда. Стратиграфия: ленточные грины отложений ледника. Пыльца или диатомовые водоросли: набор видов говорит о климатических условиях. Радиоуглеродный метод палеоклиматологии: мы живем в углеродном равновесии, но как только лошадка умирает, включаются углеродные часы. Кроме радиоактивного углерода, можно использовать космогенные изотопы бериллий в кварцевых зернах. Лихенометрический метод измерения лишайников линейкой, это пионерные виды. Илы в Сакском озере образуют восемь тысяч слоев. Рост кораллов отражает соленость и температуру. Дендрологические источники, например, долгожители секвойя и остистая сосна, чувствительны к одному лимитирующему фактору, в экстремально плохие годы дерево не образует колец. Годичные кольца иногда позволяют датировать до года и даже до сезона. Сравнивая образец живого дерева с сухим, можно продлить хронологию, для этого надо работать с археологами. Вулканические извержения серьезно влияют на климат, аэрозоль дает короткое сильное похолодание. Осадки пепла коррелируют с годичными кольцами на Ай-Петри сосны-вертолета.

Наибольший охват по времени до 800 тыс лет допускает исследование ледниковых кернов. В Антарктиде лед имеет возраст до миллиона лет и имеет микроскопические включения воздуха прошлого. Содержание углекислоты и метана до 1800 лет не росло, потом резко увеличилось. Изменение сопоставимо с переходом от ледниковья к межледниковью. Кривые углекислоты и температуры за 800 тыс лет похожи. Период в среднем 80 тыс лет. Картинка дает возможность оценить наше будущее. Мы живем в межледниковое потепление, которое продолжается 12 тыс и заканчивается. Нынешнее межледниковье похоже не на предыдущее, а то, что было четыреста тыс лет назад более длинное.

По словам О.Солониной, частота сжигания ведьм в Средневековье коррелирует с температурой на планете.

Человеческий глаз видит стохастические колебания с наложением множества гармоник (правильнее было бы сказать «стохастик») и изменениями в каждой периода и амплитуды. Попытки формального анализа известны давно, в частности, для ритмов энцефалограммы в Институте мозга Фогта еще до его переезда из Москвы в Берлин-Бух. Примеры успешного анализа неизвестны до сих пор несмотря на развитие суперкомпьютеров. Причины возможно носят психологический характер известных ограничений на истину в профессиональных сообществах, особенно научных. Например, профессура ВШЭ отрицает факт циклов Кондратьева. Однако тут нельзя отбрасывать и факты управления случайностью в самоорганизации научного сообщества для подавления наук с прогностическими возможностями относительно будущего жизни на Земле и особенно человечества. Для климатологии это выразилось в запреты на профессии в США и Британии.

Поддающиеся анализу гармонические колебания в природе редки включая человеческую природу. Даже в электрических сетях из-за реактивной мощности возникают пучки гармоник и пиковые скачки. Тем более застывшая волна на шкуре тигра или зебры не является строгим примером гармонических колебаний, хотя в основе ее лежит простой физический механизм переключения трансляции. В результате рисунок индивидуален, как и папиллярный узор человеческого пальца.

 

Революционные изменения научного знания конца 20 века явились следствием эволюционной волны у самого человека, весьма серьезной и неосознанной адекватно. Резко повысилось разнообразие человека и его приоритетов. В той части человечества, которая посвятила себя изучению природы, значительно расширился горизонт видения. В него попали события и явления за пределами материального сегмента мира. Пришлось узаконить в системе научного знания такие явления, как флуктуации кипящего вакуума, изменения пространства, структура хаоса.

В последние годы 20 века получил новое развитие открытый с помощью компьютерной техники и экспериментов Монте-Карло феномен неслучайности в стохастике. Примеры неслучайности известны давно. Например, профессор кафедры генетики Биофака МГУ Марлен Мкртычевич Асланян еще в своей студенческой дипломной работе, оставаясь во времена доминирования Лысенко последовательным генетиком, смог установить у кроликов предпочтительность оплодотворения чужим сперматозоидом из смеси спермы. Он же описал факты генетической нестабильности задолго до ее признания в формальной генетике благодаря революционной монографии Романа Беньяминовича Хесина-Лурье «Непостоянство генома».

Практическое значение имеет феномен неслучайного сочетания аллелей разных генов, открытый генетиком Владимиром Дуброва при изучении генетической природы синдрома привычного невынашивания беременности. Выявить роль конкретных генов не удалось. Оказалось, в норме действует механизм неслучайного подбора аллелей в ансамбле генов. При указанном синдроме механизм нарушается, аллели разных генов сочетаются случайным образом и это приводит к таким нарушениям работы генома, что развитие прерывается спонтанными абортами на внутриутробной стадии.

О «логике случая» в последнее время пишут разные авторы, конкурирующие за приоритет на новое эволюционное обобщение. Надо понимать, что речь идет о математически формализованном направлении с возможностью компьютерного моделирования экспериментов Монте-Карло. Феерические примеры неслучайности демонстрируют человеческие судьбы. Властное управление взяло на вооружение управление случайностью с запуском специфических трендов самоорганизации в структуре общества. Мы имеем множество примеров геополитической конкуренции через управление случайностью в информационной сфере и особенно в социальных сетях с использованием инструмента «промышленного фейсбука». Одним из наиболее ярких стал проект disser.net «Корчеватель», представленный на лекции полит.ру 04.04.13 (см. в файле http://leo-mosk.narod.ru/works1/13_04_04.htm) в присутствии Министра образования и науки Дмитрия Ливанова. Прошедшая атака на русскую фундаментальную науку отличается комплексностью и высокой технологичностью по сравнению с теми репрессиями генетики в прошлом, которые связываются с именами Трофима Денисовича Лысенко или Николая Петровича Дубинина.

Миссия-поручение биоинформатика Михаила Гельфанда нуждается в беспристрастном описании, как это сделал Евгений Водолазкин в рассказе «Ошибка рецензента» для одной из наиболее блистательных акций данной миссии, направленной на дискредитацию ВАК.

Миссию Т.Д.Лысенко исчерпывающе описал неординарный генетик с многими достижениями Лев Анатольевич Животовский в книге «Неизвестный Лысенко» (М.: Издательстве КМК, 2014). Сам выход книги в свет стал фактором эксперимента над профессиональным сообществом ученых. Вместо анализа и непредвзятого обсуждения на первый план вышла стайная сегрегация по тем же известным механизмам, превращающим ученого из субъекта познания в объект экспериментов над наукой.

Превалирование стайности заставляет отказаться от контрастных оценок миссии Гельфанда или Лысенко. Приходится описывать в генетико-инженерной терминологии отвергнутую роль властно-суверенного управления наукой.

Нелишне еще раз указать на свойство самозамкнутости великой науки – эволюционной генетики.

Развитие науки после революции в ней вернуло статусность имманентно необходимому для теории Макроэволюции холизму, сместив редукционизм в генетике до менделизма и популяционной динамики аллельных частот, то есть до теории микроволюции.

Разумеется, классическое философское определение системы не пригодно для целей теории эволюции. Существует два диагностических признака системы согласно указанному выше определению Н.В.Вакуровой. Постулируется невыводимость описания поведения системы из описания поведения ее элементов и зависимость эффекта действия фактора от состояния системы без прямой связи с его физическим действием. Первичным провокатором является турбулентность структуры динамического хаоса. Директор может быть вторичным провокатором. Он заставляет геном эволюционировать, закрывая возврат к исходной форме. Стабилизатором может служить тот же эстетический отбор, как при половом подборе. Катастрофа подавляет генетический шум, если она успешна в плане генерации нового. Получить с помощью мутаций новые формы практически невозможно, особенно обработкой незадержанными мутагенами – радиацией и некоторыми химическими веществами. Есть примеры получения исходных форм для селекции и затем новых сортов с помощью обработок высоко вариабельной тимусной ДНК.

Препараты ДНК в форме нуклеината натрия является иммуномодуляторами, повышающими собственную защиту организма.

Позже приобрел признание очевидный факт ключевой роли для эволюции уникальных событий. В представлении Юрия Викторовича Чайковского, редкие события характеризуются расхождением частоты и вероятности, отсутствием моментов распределения случайной величины и соответственно невозможностью статистического подтверждения. В прошлом оценка статистической достоверности была непреодолимым требованием для любой публикации и диссертации. Неповторимые события считались артефактом и исключались из внимания генетиков.

Некоторые авторы еще в начале научной революции или в преддверии нее сформулировали экзотические для научного сообщества факторы эволюции и ее путей. Например, североамериканский эволюционист Vern Grant постулировал удачливость эволюционной судьбы. Выдающийся отечественный синергетик Сергей Михайлович Курдюмов предложил антропый принцип в синергетике, раскрывающий смысл постулата Гранта с одной стороны и финализма Иорданского с другой. Любимый советским читателем польский фантаст Станислав Лем писал о шулерстве природы, сравнивая эволюцию с игрой в карты. Он же предложил третью оригинальную идею возникновения Жизни на Земле через модуляцию излучением, наряду с идеей космического заноса на основе панспермии Аррениуса-Вернадского и «теорией» Опарина о зарождении Жизни непосредственно на Земле.

Вопреки давлению парадигмы редукционизма, системные эффекты описывались. Много сделал для этого Тимофеев-Ресовский. Он изобретал термины и модели сам, но не забывал со ссылкой на авторов популяризировать находки соратников и предшественников. Им были введены в оборот волны жизни, принципы усиления и матричного копирования, понятия экспрессивности и пенетрантности, олигогенов и генной среды, фена как элементарного признака и генной нагрузки признака.

К устойчивому набору трех постулатов – omni vivo ex ovo, omni cellula ex celluli, omni molecula ex moleculi – мы пытались добавить принципы происхождения программы от программы, идеи от идеи, цели от цели. Наблюдается та же Макроэволюция программ и девиация целей. В любой эволюции изначально должна быть идея, в ходе эволюции она может сама эволюционировать, порождая явления преадаптации и конвергенции. Как это происходит в человеческом общении, показали воспроизводимые эксперименты Н.В.Вакуровой на фокус-группе * (ссылка). Фактически в одном простейшем эксперименте удалось воспроизвести механизм возникновения новых форм жизни через информационную трансформацию. Не будем забывать. Что мы живем в обществе, склонном вносить эвристику в любую технологию. Фактически мы постоянно сталкиваемся с реализацией идеи выдающегося британского математика Алана Тьюринга о том, что человек отличается от машины способностью к неразумным поступкам.

Большой резонанс с продолжением вызвал британский новатор Ричард Докинз, который ввел понятие мема своей революционной монографией «Эгоистичный ген» («Selfish gene»). Вопреки сопротивлению статусных эволюционистов, Докинз создал прочный мост между генетическим и общественным. В сети и особенно в сегменте Рунета возникла и самоорганизованно развивается новая наука меметика. Популярность идеи мемов в России превышает таковую на родине автора.

С другой стороны, новации Докинза вызвали к жизни преставления Валентина Абрамовича Красилова о том, что геном является не программой развития организма, а самостоятельной формой жизни. Геном строит тело организма с двумя целями. Во-первых, это его среда обитания. Идея раствора нуклеиновой кислоты в лужице как LUCA привлекательна не более, чем коацерваты во времена Опарина. Во-вторых, гармония тела служит контролем невырожденной эволюции генома как в онтогенезе, так и в филогенезе. Для этого геном целенаправленно стимулирует формирование экзотических вторичных половых признаков, оказывающих решающее значение для исхода дуэлей за самку и для осуществляемого самкой подбора отца своего будущего потомства.

Поиски генов кодирования вторичных половых признаков бесперспективны по причине того, что их гармония отражает состояние генома в целом. Можно конечно найти и предъявить журналистам ген идиотизма или ген победителя, однако отбор по ним может привести разве что к генетической разбалансировке. Согласно исследованиям зоопсихолога Марии Сотской, отбор против крипторхизма у крыс не снижает частоту проявления.

Ключевую роль в Макроэволюции играет высокая гибель, описанная как эффект горлышка бутылки (bottle-neck effect). Множество видов растений и животных включили высокую гибель в жизненный цикл на разных стадиях. Выжившие получают очищение от генетического шума и стимул к жизни на уровне ненавистной настоящим ученым Vis vitalis, каковой несут последствия вредных факторов.

Шумоподавление вследствие массовой гибели необъяснимо отбором приспособленных, поскольку механизм работает в фазах бездействия генов в компактно конденсированной ДНК. У человека общая длина ДНК всех 46 хромосом около метра и это далеко не предел. Фактор гибели действует на геном в целом, а не на гены или их ансамбли.

Профессор Биофака МГУ Александр Михайлович Носов описывает прогрессивную эволюцию фотосинтеза с нарастанием числа циклов до четырех как реакцию на снижение углекислоты и нарастание кислорода в атмосфере. Древние растения в комфортных условиях тепла и обилия углекислоты засорили атмосферу кислородом как отходом своей жизнедеятельности. Нынешние растения фактически существуют и даже процветают в условиях жесткого перманентного стресса, вынудившего приспосабливать к новым условиям выработанные ранее оптимальные для комфортных условий биохимические инструменты.

Взрыв эволюции вызвал кислородный стресс у водорослей. Профессор Биофака МГУ Елена Сергеевна Лобакова сообщает, что у водорослей есть много защитных механизмов от кислородного стресса, синтез каротиноидов и необычных полиненасыщенных жирных кислот. Таких экзотических вещества больше нигде нет. Например, астоксантин – антиоксидант кетокаротиноид в сто раз эффективнее витамина E. Он защищает мембрану, непосредственно встраиваясь в нее. Гибкость и пластичность придают мембране полиненасыщенные жирные кислоты. Водоросли умеют делать свою мембрану устойчивой к сочетанному стрессу – кислород, яркий свет, засоление и т.д. В редких веществах водорослей есть колоссальный практический смысл. Цвет розового фламинго и настоящей семги придают пигменты водорослей из естественной пищи.

По словам Е.С.Лобаковой, идет борьба за качественные корма для рыб, потому что искусственно выращенная норвежская семга не содержит антиоксидантов. Антиоксиданты водорослей, например, эйкозапентаеновая кислота простагландинового типа, являются незаменимыми добавками для детского питания, особенно для питания недоношенных детей.

 

Хорошо известны вспышки прогрессивной эволюции паразитов и вредителей в ответ на непродуманно выстроенную борьбу с ними. Борьба с малярией вызвала эволюцию и самого плазмодия, и его переносчика комара. Спектр носителей расширился и «полез в гору».

История плазмидной эволюции бактерий под действием бессистемного и неоправданного массового применения антибиотиков стала примером одного из выдающихся вредительств, которые человек в лице монополистов фармацевтического рынка нанес самому себе и дикой природе. Бактерии получили оперативную защиту с помощью крупных плазмид, горизонтально переносящих блоки адаптивных к вредным условиям генов. В прошлом плазмиды были маленькие и обеспечивали исключительно прокариотный аналог половой рекомбинации для поддержания генетического единства вида. Обмен генами основной хромосомы происходит в случае встраивания в нее плазмиды, так можно получить штамм с высоким уровнем рекомбинации HFR.

Поскольку передача обрывается с вероятностью, растущей от начала репликации до завершения, вероятность передачи падает обратно экспоненциально. После точки начала репликации в хромосоме располагаются вовлеченные в половую рекомбинацию гены общей жизнеспособности.

В целом получается аналог двухкомпонентной структуры генома эволюционно-лабильных видов промежуточного типа в трехзвенной системе популяций Гранта.

 

Надо честно признать, что эволюционизм так и не смог избавиться от идеи Vis vitalis. Жизненная сила стимулируется большой гибелью и отмечается одинаково у выживших в Холокосте или в благополучной жизни у моделей с «синдромом звезды». Так решается вопрос поэта Заболоцкого, что есть красота? И почему ей порой не мешает неправильность черт строения.

До превращения биологии в точную науку в прошлом ортодоксальные виталисты дискредитировали идею описаниями самозарождения жизни, например, мышей из грязи. Жан Батист Ламарк, Тейяр де Шарден, Юрий Викторович Чайковский придумали свои термины-эвфемизмы, избегая слов «жизненная сила». Александр Владимирович Марков посчитал изобретения указанных авторов излишними сущностями. Михаил Гельфанд тиражировал установку, что Чайковский – не ученый, поскольку он считает Дарвина неправым из-за абсолютизации роли естественного отбора. Слова о неправоте Дарвина были вырваны из контекста заключения Чайковского, последовательного исследователя Дарвинизма.

При этом К.И.Еськову дозволяется критиковать Дарвина безнаказанно. Он предпочитает говорить «селекционизм» вместо «Дарвинизм». Еськов отказывается формулировать аксиоматику теории эволюции, не покушается на «священную корову» естественного отбора и роль его не принижает. Он опровергает тезис о медленной постепенности «природа не делает скачков». Отсутствие скачков порождало бы огромное количество промежуточных форм. В действительности их мало. По Еськову, скачок порождается разбалансировкой регуляции экологической системы. Падает разнообразие и запускается эволюционная гонка. Побеждает тот, кто быстрее наберет синдром признаков, обеспечивающий существование в новых условиях. Можно наблюдать, как природа проводит кастинг на новую роль. Претенденты копируют находки конкурентов. В итоге в экологическое сообществе меняются доминирующие виды. Свой шанс получают маргиналы.

Палеонтолог Еськов особо подчеркнул, что экология для него – это наука: энергетические балансы, нарезка экологических ниш, модель Гринелла против модели Уиттекера. Сейчас каждый считает себя экологом, однако природоохранная деятельность не имеет к экологии никакого отношения и «получение денег на охрану амурского тигра – это совершенно по другому департаменту проходит».

Еськов описывает скачок как фазовый переход вследствие внутренних причин. Внешнее влияние может быть, но это лишь камешек, вызвавший обвал нависшей лавины.

Палеонтолог Еськов подтвердил наши выводы о том, представления о возникновении таксонов нового высокого ранга в значительной степени являются сменой парадигмы. Например, набор фактов из учебника общей биологии, как излагается там теория эволюции: ароморфозы Северцева с картинкой, где по плоскости расположено филогенетическое ветвящееся древо и одна ветвь вдруг подымается наверх. Из рептилий получаются млекопитающие. Млекопитающие набирают маммальные признаки, которые отличают Mammalia от Reptilia. Дальше они входят в новую адаптивную зону и начинаются идиоадаптации. Когда произошел колоссальный прирост палеонтологического материала, стало понятно, что это не так.

В действительности никогда не бывает однократного набора всех признаков сразу. Вместо этого всегда идет пучок родственных в той или иной степени форм, которые набирают синдром признаков арогенеза. В некоторых ветвях синдром набирается неполный, в некоторых набирается полный синдром. С точки зрения экосистемы и биосферы, абсолютно без разницы, какая из этих веток победит.

Аналогия Еськова: природа отдает заказ нескольким конструкторским бюро, они начинают опытно-конструкторские разработки, дальше идут стендовые испытания, в итоге одна или две идут в серию. Кто быстрее наберет полный синдром признаков и быстрее добежит до финиша, тот получит преимущества по сравнению с теми, кто вел эксперименты в других областях. Во всех крупных таксонах, для которых есть приличная палеонтология, получается картинка именно такая. Изменения в одной группе провоцируют изменения у соседних, как на примере голосеменных и насекомых. Разные группы голосеменных с появлением насекомых-опылителей начинают использовать этот ресурс. Каждое следующее изменение в направлении пути, уже кем-то пройденном, становится все более и более вероятным. Вот и ответ на долго мучивший вопрос о направленности эволюции. Направленность эволюции именно отсюда берется. Как только кто-то начинает сколько-нибудь успешно двигаться в некотором направлении, все остальные начинают это дело копировать на своем уровне и несколько другими способами.

Так страна Япония начинает копировать западные демократические механизмы для устройства общества. Японское общество абсолютно другое по основе и сильно отличается от европейского и американского. Но в ряде существенных черт это примерно то же.

В некотором смысле насколько это может быть даже не аналогия, а гомология. Если кто-то успешен, дальше это провоцирует другие таксоны на изменения в том же направлении. Эта модель представляется палеонтологу наименее противоречивой. Понятно, что далее будут другие модели.

Между аналогией и гомологией пропасть остается. Аналогия это внешнее сходство, гомология объединена единством происхождения. А вот как судить, что аналогия и что гомология, вот это уже второй вопрос.

Кирилл Еськов самодостаточен, популярен и необоснованной критике недоступен. При этом его изложение эволюции намного реалистичней, чем у А.В.Маркова, не чурается аналогий в политических процессах и не требует отторжения каких-либо иных реалистичных концепций. О сводке Ю.В.Чайковского «Зигзаги эволюции» К.И.Еськов говорить отзывается, как и об аксиоматике теории эволюции. По опыту истории эволюционной генетики и сопредельных сфер, на кострах амбиций сжигали именно тех смельчаков, кто первый предлагал аксиоматику и посмертной реабилитации как правило не наступало. По этой причине не следует от Еськова требовать большего и подводить его под критику. Мудрый новосибирский генетик Павел Михайлович Бородин во главу угла ставит выживаемость в науке, чтоб не получилось, как с динозаврами.

 

Непризнанный своим профессиональным сообществом Лев Николаевич Гумилев стал популярен вопреки и скорее благодаря сегментарному отторжению. Его идея пассионарности уже не может быть вычеркнута из науки, не будучи формализованной и практически бездоказательной. Идея пассионарности Гумилева принесла большую пользу в плане понимания неоднородности времени-пространства, самоорганизации во времени в форме волн жизни и в пространстве в виде гетеротопии. Достаточно на основе хорошего знания истории, каковым Гумилев безусловно обладал, отразить феноменологию временных периодов и географических мест заметного повышения человеческой активности. Уменьшение или увеличение масштаба показывает ту же неоднородность на другом уровне. Неоднородна карта города и даже одна квартира, неоднородны сутки и теперь уже часы. Получается нечто вроде иррегулярного множества Мандельбро или четырехмерных стохастических колебаний.

Надежное описание наблюдаемого – основа познания, отрываться от которой опасно. Гумилев вернул истории реальность и обозначил выход на ее формализацию в составе эволюционной генетики. Дальнейшее оставалось вне сферы его компетенции. Фактически пассионарность является той же жизненной силой Vis vitalis, описанной на историческом материале. Лишней сущности тут нет, есть типичный пример изобретения дублирующей терминологии в угоду деструктивной критике, разрывающее науку на искусственные относительно безопасные сегрегаты.

Характерно, что много позже публикаций Гумилева последовало властное решение заменить праздник 7 ноября на 4 ноября фактически с противоположным смыслом и на другом историческом материале завершения смутного времени. В отличие от теории эволюции в школьном учебнике по биологии, обоснование и смысл нового праздника адекватно и компактно описаны в учебнике истории. Получилась иллюстрация консолидирующего нацию действия интервенции в соответствии с цивилизационной теорией сжатия-расширения Арнольда Джозефа Тойнби. Страна на пути от Руси к России открыла себе выход на новый уровень организации, то есть фактически произошел арогенез и он хорошо описан с исходом выборов царя новой династии, как об этом рассказывает сотрудник Центризбиркома России, историк Сергей Евгеньевич Заславский. Интеллигенция не читала Тойнби и новый праздник не приняла, а коммунисты принялись бороться за восстановление 7 ноября, ограничивая естественный рост собственной популярности, привлекающей в их ряды неуправляемую радикально настроенную молодежь.

Экспериментальная проверка мутационного фона показывает резкое снижение шума в результате действия вредного фактора. То же происходит при запрограммированной жизненным циклом высокой гибели. Выедаемые хищниками особи как правило заражены паразитами, имеют видимые отклонения в симметрии и гармонии облика. У человека высокая гибель устранялась развитием технологий обеспечения жизни и достигается только в результате больших войн. Тающее поколение детей Великой Отечественной до сих пор выделяется активностью в защиту собственных прав.

Роль большой гибели оптимизируется половой структурой. В этой части имеет смысл обратить внимание на эволюционные идеи еще одного отверженного профессиональным сообществом ученого, талантливого биолога, инженера по образованию Вигена Артаваздовича Геодакяна. Его интерпретации мужской и женской изменчивости, эволюционного значения разделения на два пола, полового диморфизма, разных типов полушарности мозга и право- или леворукости весьма эффективны в познавательном плане.

Различия самцов и самок показывают вектор эволюции данной формы и генетически не интерпретируются. Иным способом невозможно описать продолжающуюся акселерацию человека, а до нее – морфоз изменения формы черепа.

Недоступен генетическим моделям описанный палеонтологами Александром Раутианом и Кириллом Еськовым. Успешным арогенезам предшествуют абортивные попытки в разных ветвях эволюционного древа, как будто природа проводит кастинг на новую роль.

 

Прорыв 80-х годов в понимании эволюции произвела сводка «Непостоянство генома» Романа Бениаминовича Хесина-Лурье. У эволюционистов в очередной раз открылся фронт работ, когда авторитет Хесина вынудил их отказаться от патологической веры в стабильность генома с доминантой программной функции. Предшественники Хесина включая М.М.Асланяна не убедили. Впоследствии были описаны такие уникальные формы воспроизводимой генетической нестабильности как адаптивная к непредсказуемости «память о будущем». Оказалось, эволюция научилась сочетать управление случайностью с использованием переключаемой самоорганизации. Свои специфические формы генетической нестабильности участвуют в формировании комплекса запасных белков растений, причем разные у однодольных и двудольных, в работе иммунной системы теплокровных, в нейрогенезе животных с ЦНС.

 

Управляемая Макроэволюция является генетической инженерией независимо от того, включает она векторную пересадку генов или нет. Пересадка гена для целей эволюции может только побудительным моментом схемы, которая в такой же степени реализуема и без пересадки. Геномы эволюционно-лабильных форм естественным образом приспособлены для горизонтального переноса через неполовую рекомбинацию (неканоническую, запрещенную).

Ключом генетико-инженерной биотехнологии является подбор для выбранной в качестве модели формы макроэволюционных факторов. Для растений могут быть использованы регуляторы роста, колхицин и тимусная ДНК. Практически для всех таковыми зачастую становятся антибиотики. Благодаря пластичности генетической конституции человека на общество людей эффективно действует телевизор, о чем первым догадался Геббельс. В постсоветской России для создания конкурентного преимущества на выборах первым использовал телевидение Алексей Митрофанов, который не погнушался применить для нового партстроительства свой опыт шоу-продюсера. На ранних альтернативных выборах ЛДПР была вне конкуренции. В настоящее время сценарии Митрофанова используют все партстроители и парламент в целом.

В режиме с обострением состояние массового сознания таково, что управляемо владеть им проще, чем информировать. Согласно исследованиям Вакуровой, журналистика погружается в рекламу и вместе с ней в PR.

Публичное информационное поле предоставляет лучшие модели для изучения циклов с четырьмя стадиями – генерации, эмиссии, сукцессии и рецессии информации. Эффективность эмиссии не имеет однозначной связи с качеством генерируемого продукта. Сукцессия не определяется актуальностью информации. Работает исключительно релевантность как соответствие текущим запросам массового сознания. Информация может творчески трансформироваться, порождая новые формы жизни, или механически транслироваться, депонироваться или трансдуцироваться в каналах связи.

В общем виде закон релевантности сформулировать не удается. Однако очевидно он одинаков для всех информационных полей. Роль «отбора наиболее приспособленных» усмотреть в сукцессии трудно, но можно, коль она связана не столько с содержанием информации, сколько с упаковкой, каналом вброса (эмиссии) и, самое главное, удачей в выборе момента на волне в череде стохастических колебаний, когда система чудесным образом обретает компетентность к восприятию именно этой информации.

В сфере PR или в общем виде УМС подбором упаковки (формулировки), выбором момента и канала вброса занимаются люди с высокой чувствительностью к переменам в структуре хаоса со способностью к креативному копирайтингу и при этом тонко чувствующие меняющиеся настроения общества. К 2014 году сложилась система консалтинговых агентств, выполняющих заказы на продвижение заданной информации или имиджа заданной модальности для того или иного проекта, структуры. Услуги могут стоить очень дорого, ног успех зависит исключительно от наличия в штате людей с указанными способностями.

Возможность сукцессии информации обеспечивается ее наличием в необходимой форме. Информационный блок будущего мема может храниться достаточно долго в неактивной форме в записях на стене храма, памятнике, в свитке или берестяной грамоте. В настоящее время роль депо генерированной информации выполняет Интернет и его блогосфера служит полигоном формирования сочетаний (рекомбинаций). От генерации до успешной эмиссии может пройти достаточно много времени.

В любом случае, источником нового для эволюции служат не вдруг возникшие изменения (мцутации), а рекомбинация предсуществующей информации.

Очевидно, на уровне хромосом или ВНД можно видеть те же циклы с применением более затратных инструментальных методов исследования. Мы не знаем причины, почему тот или иной мобильный элемент вдруг подвергается сукцессии. Или почему какой-то вирус становится вдруг реально опасным – исключая описанные PR-акции фармацевтических монополистов. Например, кампании запугивания населения лихорадкой Эбола для повышения затрат на вакцину.

В русской гуманитарной философии существовало понятие «умственная эпидемия», феноменологически отпрепарированная в художественной форме романом «Бесы» Достоевского. В романе «Преступление и наказание» Достоевский выступил со смелым предположением о роли неких новых микроскопических трихинах, вселяющихся в тело и меняющих поведение людей. Без большой натяжки Достоевского можно считать пророком открытия мобильных элементов в геноме человека.

Меняющие положение последовательности составляют половину человеческого генома. Их перемещения не являются случайными событиями со сходящимися вероятностью и частотой. Они отвечают за горизонтальный перенос и связность человечества, в расширенном смысле – всей ноосферы. Переключение фаз онтогенеза сопровождается изменением паттерна мобильных элементов. Их активность во время жизненных кризисов отражается на поведении и состоянии человека повышением базовой тревожности. То же может стать проявлением гибридного дизгенеза или турбулентности в структуре динамического хаоса.

Интеллигентность русских бастардов, затем вытесняемых из жизни кластеров общества выражалась прежде всего в базовой тревожности.

Активность мобильных элементов в специфических формах управляемой случайности лежит в основе иммунной системы теплокровных, систем запасных белков покрытосеменных растений, нейрогенеза вторичноротых животных с ВНД и в том числе человека. В результате мозг эффективно программируется и перепрограммируется, что мы видим в процессе обучения и воспитания личности человека, замещающей государственные должности включая выборные, руководящих кадров, преподавателей, дирижеров и режиссеров, следователей и исследователей-естествоиспытателей.

При этом человек меняется генетически. Человек способен генетически меняться от повторения одного и того же слогана, речевки, что мы видим одинаково на футбольных матчах, религиозных или политических мероприятиях.

 

Особый интерес представляют люди, выполняющие публичные роли «профессиональных русских», также украинцев, татар и крымских татар, евреев и антисемитов, мусульманских экстремистов, мужских и женских извращенцев, религиозных эмиссаров и пророков-алармистов, профессиональных организаторов выборов в роли наблюдателей на выборах и иностранных послов, добровольцев террористического интернационала, профессиональных организаторов уличного протеста. В эпоху перемен эти люди зачастую оказываются целенаправленно подготовленными агентами влияния.

Люди с врожденной садомазохистской половой или геростратической девиацией неуправляемы и на роль агентов не подходят.

На системном уровне деструктивная роль агентов влияния порождает как примеры уничтожения сложившейся общественно-государственной модели, так и революционного укрепления с консолидацией.

Процесс описан теорией сжатия-расширения цивилизаций Арнольда Джозефа Тойнби на примере России.

Идеология анархизма с абсолютизацией террора выглядит сумасшествием в понимании носителя иной идеологии – коммунистической, фашистской, либеральной, религиозной. Однако террор использует любая власть при любой господствующей идеологии, когда согласно закону Эшби исчезает возможность конструктивного управления хаотизированным поведением людей с эпидемией базовой тревожности. В эволюционно-генетическом понимании мы видим инструменты вредных факторов генетической инженерии народов.

Террор отличается от опричнины или инквизиции отсутствием цели подавления конкретной страты населения, будучи направлен на подавление населения в целом. Примеры симбиогенеза власти, экстремизма и терроризма известны с древности.

Приведенным описанием мы хотели показать, что аксиоматика теории Макроэволюции проста для понимания, легко формализуема и следы ее видны повсеместно. Иных примеров столь широкого применения найти трудно.

 

Теория мегаэволюции включает разнообразные случаи симбиозогенеза, как его описывает замдекана Биофака МГУ Галина Алексеевна Белякова. Путем симбиозогенеза возникают митохондрии, хлоропласты, пероксисомы, жгутики, механизм эквационного и редукционного деления хромосом.

Симбиозогенез шел как через хищничество, так и паразитизм, оставляя следы происхождения. Симбиозогенез создал организменную структуру клетки и открыл путь многоклеточному организму.

Г.А.Белякова полагает, что картина симбиозогенеза далека от завершения. Эта форма эволюции оказалась вездесущей и основополагающей. Она заставила пересмотреть структуру высших таксонов и умножила число царств, которых не может быть менее десятка.

Царства объединены в три домена – архей, эукариот и бактерий. Две империи с одним доменом с одним царством: Bacteria и Archaea. Все остальные относятся к домену Eucaria, более близкого археям, чем бактериям. Среди эукариот выделены царства: Archaeplastida, Stramenopiles, Amoebozoa, Excavata (из них иногда выделяют царство Euglenozoa), Alveolata, Rhizaria и заднежгутиковые Opistoconta, которых разделили на два царства Metazoa животные и Fungi грибы. Признать себя принадлежащим к общему с грибами царству человек не хочет. Есть еще непонятная группа, допускающая выделение новых царств.

Virae, про которых иногда говорят, что это отдельное царство, относят к неклеточным формам жизни, оставляя возможности споров, считать ли их частью жизни или только способом воспроизводства информации?

Однако мобильные элементы генома эукариот произошли от вирусов, как транспозоны бактерий – от фагов. В любом случае, вирусы относительно клеточных форм не являются  предшествующей стадией, они очевидно вторичны, пойдя по пути вторичного упрощения с использованием чужой клетки, как рак-отшельник использует раковину моллюска. В отличие от прочих клеточных сожителей в лице органелл вирусы практически не утратили свой генетический суверенитет.

Акт симбиозогенеза неизменно порождал дальнейшее упрощение подобно аллогенезу на высшем уровне. Его неизменной имманентной составляющей стала редукция генетического суверенитета. Ныне существующие организмы демонстрируют разные степени процесса. Близкие к истокам сохраняют геном симбионтов, продвинутые полностью передали управление в хромосомы хозяина.

Хлоропласты возникали не однажды. Их первичным источником неизменно были цианобактерии. В дальнейшем неоднократно происходило вторичное возникновение хлоропластов, когда новые хищники съедали тех, кто уже когда-то кого-то съел.

Очевидно неоднократно и по-разному возникал механизм деления хромосом. Г.А.Белякова отмечает экзотичность Dinophyta, ошибочно называемых динофлагеллятами. Их огромные хромосомы суперскручены, хорошо видны в интерфазе, расходятся благодаря особому механизму, отличающемуся от обычного митоза. Экзотично меняются у этой группы и формы жизни – прикрепленная на субстрате, жгутиковая, амебоидная, гетеротрофная хищная, автотрофная фотосинтезирующая. Динофиты известны так называемыми «красными приливами», опасными из-за специфического токсина чрезвычайно сильного действия.

Волны глобализации в истории человечества феноменологически изоморфны симбиозогенезу в живой клетке и так же сопровождались редукцией суверенитета. Они создали кастовую специализацию общества в дополнение к стайной социализации, доминирующей у предков человека с ВНД. Редукция суверенитета могла сопровождать как снижение числа стран на планете при колонизации, так и при обратном процессе увеличения числа стран в имитации борьбы за независимость, а по сути – переподчинения суверенитета.

 

Ортодоксальный вывод, который следовало бы сделать, состоит в следующем. Теория микроэволюции наиболее формализована и разработана. С ней никто не спорит, но мало кто понимает. После законов Менделя до популяционной динамики доходят только те, кто увлекся комбинаторикой. При соответствующем типе мышления это действительно увлекательная игра, в которой можно дойти до больших высот. Большинство людей имеют континуальное образное мышление, им трудно воспринимать редукционистскую комбинаторику. Простейшие задачи с четырьмя группами крови могут вызывать непреодолимые затруднения. С другой стороны, сфера применения теории микроэволюции настолько узкая, что компетентные эволюционисты не склонны считать описываемый ею предмет эволюцией.

Теория Макроэволюции имеет прямое применение, ей не нужны венчурные фонды или поддержка лидеров государства – разве что для создания внешней витрины страны и поддержки ее имиджа как носителя мощной науки.

Теория Макроэволюции не формализована и не общепринята в качестве статусной науки, но это отнюдь не уникальная ситуация. Она легко формализуется в два раздела – Мегаэволюция симбиозогенеза и собственно Макроэвлюция с выходом на генетико-инженерную биотехнологию управляемой эволюции.

Настоящая эволюция не бывает вне системы в той схеме, как мы ее описали, и она вездесуща. Так возник наш мир, мир динамического хаоса со структурой Лоренца, направляющей волны жизни Четверикова.

Для построения наших схем до осени-2014 нам недоставало исследований замдекана Биофака МГУ Галины Алексеевны Беляковой по симбиозогенезу и политолога, исследователя управляющих взаимосвязей США и Евросоюза через НАТО Вероники Игоревны Крашенинниковой. Два независимых и не знающих друг о друге исследователя на своих уровнях представили одну и ту же схему с горизонтальными информационными каналами и дефицитом управляющего суверенитета в вертикальном развитии. Вездесущие паразитизм и хищничество в сочетании приводили к тому, что однажды победитель не смог переварить побежденного и использовал его возможности в общем развитии.

Мама скушала папу, причем это не прекратило существование рода, но способствовало этому, потому что одна мама не может. Если кто думает, что эта страшная сказка из жизни зверей человеческих, то он не знает биологии. Во-первых, люди систематически и есть звери – синоним плацентарных млекопитающих. Во-вторых, история про маму и папу – это из жизни пауков, класс восьминогих.

 

Мы привели лишь некоторый набор необходимых примеров, как это делают обычно вслед за Дарвиным эволюционисты, с единственным отличием. Расширение сферы наблюдения макро- и мегаэволюционных закономерностей с параллелями на такие уровни жизни, которые демонстрируют активную Макроэволюцию и в то же время случайно или намеренно выпадают из внимания эволюционистов.

Завершенная основная глава могла бы исчерпать тему, если бы не ворох проблем идеологического характера. Они всегда сопровождали эволюционную генетику и навсегда останутся с ней в любой ее форме. Воистину, получается картина ожесточенной войны с истиной. Мы полагаем, что тут конечно без «заговоров» не обходится. Однако в основном можно видеть системные последствия от смеси профессиональной ревности, стремления политически встроиться в депрессивную систему статусной науки и очевидного проявления инфантилизма. Того инфантилизма, который вел в общем нормальных людей на Майдан и привел на княжение в Киеве временщика Виктора Ющенко против избранного населением Виктора Януковича. Затем тот же инфантилизм повел людей на Болотную, чтобы то же сделать с Москве. Не получилось. В ответ сработал план «Б» – Майдан подожгли по-настоящему.

Можно в сопровождении правильного текста с обличительной риторикой о пирожках с наркотиками показывать по телевизору известных манипуляторов и североамериканских «шестерок» Евросоюза, волшебным образом оставшихся на своих местах после выборов Европарламента в 2014 году. Тем самым журналистика облегчает миссию манипуляторов, ибо их набор не исчерпывается бумерангом «Майдан – Болотная – Майдан» и им ничего бы не удалось, если б сами люди не впали в инфантильное состояние.

Состояние массового сознания во время кризиса подобно фетализации, необходимой для успеха последующей генетической инженерии in vitro. В таком состоянии пребывает население целых стран – тех стран, которые так и не обрели самостоятельного суверенитета и по детскому принципу «А мы им покажем – пусть покрутятся!» следуют в кильватере чужой деструктивной политики. Создают собой ложную мишень, что и нужно автору. У него однако простая и понятная цель, связанная с его собственным катастрофическим положением.

Тут стоит привести оценку лучшего отечественного политолога на данный исторический момент написания этого текста. Член Общественной палаты Вероника Крашенинникова в прошлом работала в ООН в Женеве, затем представляла Петербург в США, работала там как представитель Фонда «Русский мир». Крашенинниковой пришлось в США зарегистрироваться в качестве иностранного агента согласно закону FARA, принятому для защиты массового сознания подверженной нацизму страны от влияния Гитлера. Был натуральный испуг того, что США и Британия станут филиалами Третьего рейха. Затем закон развернули против второго центра мира в СССР. Судьба Крашенинниковой в США не стала столь печальной, как другой женщины из плеяды эмиссаров новой России – Елены Котовой в Лондоне. Кампания преследования Котовой была предпринята для предотвращения растущего влияния России в Европейском банке реконструкции и развития, где Котова была вице-президентом от России. Вашингтон применил против Котовой инструмент внесудебного квази-ведомственного расследования с заданным результатом. Бежав из Лондона в Москву, Котова написала и издала детектив «Третье яблоко Ньютона» – о том, что как все было.

Крашенинникова в Москве пошла другим путем, защитила диссертацию и издала монографию о российско-американском диалоге как проблеме политической культуры. Вместе с Михаилом Леонтьевым сняла фильм «Оранжевые дети Третьего рейха».

Мы рецензировали обе названные книги для газеты «Московская правда» – и Крашенинниковой, и Котовой. Обе истории без натяжек могут быть переведены на язык генетико-инженерной биотехнологии как управляемой Макроэволюции. Увы, наша деятельность в качестве рецензентов показывает, насколько нынешний расцвет книгоиздания на русском языке оказался скрыт от читателя. Иными словами, практически повсеместно можно видеть признаки вмешательства вредных факторов на ход макроэволюционных процессов.

Вредные факторы в составе затопляющего влияния связывают глобальный мир в единую шумовую сеть с перспективой утраты конструктивного развития. Конкурирующий пучок факторов направлен на управление случайностью для запуска треков самоорганизации адекватно местным или национальным особенностям. Мир людей превращен в гигантскую лабораторию, созданную в человеческих ожиданиях выдающимися произведениями science fiction прошлого. Одним словом, «Солярис».

Задача исследователя та же – идентифицировать и описать виртуального генетического инженера.

В нашем интервью Вероника Крашенинникова сказала о доминирующем источнике манипуляций.

По ее словам, когда Вашингтон может купить чью-то лояльность, он это делает, но когда он чувствует, что человек или страна не продается, тогда уже Вашингтон переходит к военной силе. В середине 2000-х, в 2005-2006 году даже Муаммар Каддафи пошел на сотрудничество, они вместе боролись с терроризмом. Затем видимо процесс сошел с рельсов и других средств, кроме как военных, для Каддафи уже не нашлось. Так что Вашингтон в каждой ситуации использует оптимальные инструменты для этой ситуации. Североамериканцы умные с точки зрения своих целей и задач. Для нас это может казаться нелогичным и контрпродуктивным, но они мыслят в своих категориях, в своих ценностях и поступают логически исходя из них. Понимания, что это путь тупиковый, такого в Америке нет.

Крашенинникова полагает, что «прежде чем Соединенные Штаты прекратят существование, мир еще очень много пострадает. Раненый зверь сопротивляется гораздо яростнее, так что в период ослабления империи эти империи наносят еще очень много вреда всему остальному человечеству».

Это прямая речь реального специалиста по США и российско-североамериканским отношениям. Ни Котова, ни Крашенинникова, ни авторы этого текста не занимаются политикой – это политика занимается нами в том числе политика управления культурой или наукой. Каждый из нас занимается своим делом. Мы в своих занятиях видим исключительно Макроэволюцию и считаем себя обязанными наконец описать то, что мы знаем, без обиняков и изъятий в угоду деструктивной критике. Уступки в данном варианте не приводят к пониманию. Одна из сторон воспринимает уступки другой как слабость и действует на уничтожение. А этого нельзя допустить.

В конце концов, наука должна служить людям, а не паразитировать на обществе и в благодарность за это заводить его в тупик.

Мы решили обособить два блока текста в качестве приложений к основной главе – о том, что происходит в мире людей на примере России, затем – что люди сделали с собаками на примере отечественной породы «Восточно-европейская овчарка». Получились два примера с состоянием системы в начале и конце Макроэволюционного цикла.

 

Дополнение 1 к главе 2. Факторы генетической инженерии человека

Идеология отделения любви от размножения появляется и распространяется в публичной сфере пульсирующими толчками, сама по себе демонстрируя стохастические колебания. Нам неизвестно, чтобы некоторые из тиражируемых констатаций в числе наиболее пугающих реализовывались на практике. Например, генетический вред ГМО (генно-модифицированных организмов) и получаемых из них ГМП (генно-модифицированных продуктов). Пропаганда довела до того, что по данным опросов, существует сегмент аудитории пребывает в уверенности: гены есть только в ГМО.

Каждая история, связанная с управлением массовым сознанием (УМС), имеет самостоятельный смысл с содержательным вкладом в общую картину. Опасность в связи с ГМО невозможно переоценить и с генетикой она связана. Однако связана не иначе, чем другие факты УМС. Искусственная пересадка генов не может нести опасности просто потому, что все, что может быть перенесено горизонтально и способно прижиться на новом месте, переносится естественным путем. Генетическая инженерия ускоряет и упрощает естественный процесс, пробивая вероятностный запрет эффективней неслучаности.

Отсюда следует общий вывод о том, что создать генетическое оружие прямого действия невозможно. Однако генетическое оружие существует и успешно работает благодаря уникальной генетической конституции человека.

Для владения миром не подходит ядерное оружие, способное уничтожить мир. Нечем будет владеть. Это фактор стратегического сдерживания глобальных амбиций. На момент написания этого текста ядерного арсенала России достаточно для того, чтобы уничтожить мир девять раз. США – пятнадцать. Приведенные цифры работают сами по себе независимо от состояния ракет. Время от времени распространяются «мнения», что ракеты давно заржавели. Что на Кубе во время кризиса ракет не было и что ракету на полигоне в Казахстане не успели перенацелить на Нью-Йорк. Однако до президента Кеннеди была доведена информация о такой ракете и это остановило кризис. В момент самого пика Карибского кризиса Курчатов и Чертог на полигоне в Казахстане играли в преферанс.

Сама идея оружия сдерживания вне сферы УМС кажется порочной. Чтобы такая идея работала, необходимо иметь дело с разумным противником. Наличие разума определяет возможность договориться. В таком случае достаточно самой возможности создать некий «гиперболоид инженера Гарина». В современном глобальном мире возможность договориться исключена самим форматом этого мира. В ранг высшей моральной ценности возведены способности обойти закон, обмануть, напугать и выиграть положение в текущей сиюминутной ситуации.

Нет ничего удивительного в том, что описание сложившейся картины человеческого мира с предсказанием будущего доступно прежде всего зоопсихологам. Например, Марии Николаевне Сотской или Елене Николаевне Мычко.

В целом наблюдается суперпозиция множества редких отклонений. Решающее значение имеет позиция усредненного большинства, формируемая в итоге взаимодействия несвязанных PR-акций, острых и хронических. Вопреки бытующему мнению, у других животных отклонений больше, чем у человека. Естественные условия чрезвычайно суровы для жизни. Искусственные условия позволяют получить любые формы жизни.

Не без гордости, но с непременной грустью, россияне могут сделать вывод о необыкновенном везении, постигшем их эволюционную судьбу: в России можно ввести любой закон, установить любые правила и постоянно менять систему. Субъективизм и волюнтаризм Генсека Никиты Хрущева кажутся легкой разминкой по сравнению с экспериментами над постсоветской Россией. Однако все уже было, кроме одного: столь высокой эффективности в сочетании цена-качество генетической инженерии народа.

Факторы применяются или не применяются в зависимости от реакции хронически, дозировано, точечно. Стерилизация умственно отсталых в России не пошла. Расстрел людей с отклонениями допустим в условиях фашизации общества. За ее пределами можно сделать наоборот, навязав проект «доступной среды» с обязательством уничтожить коррекционную педагогику в составе комфортной среды обитания и труда людей с ограниченными возможностями.

Искусственная инвалидизация детей в 90-х годах и активизация сталинского анти-отбора против успешных ограничили возможности большинства населения. Исследования Иосифа Михайловича Дзялошинского выявили заказные атаки на мэра Москвы и руководителя МВД, также общий настрой СМИ против мужчин трудоспособного возраста.

 

Нам неизвестно, чтобы идея отделения размножения от любви внедрялась искусственно. Проблема познания природы человека отражается фактом произвольной самореализации этой идеи как очевидно вредного фактора. 20 век принес человеку не только голод, холод, кровь и разруху. Сотни тысяч людей прожили большую часть жизни, не видя лица противоположного пола. Понятно, что в таких условиях люди заключали браки и зачинали детей практически без выбора, с высоким вкладом случайности, пренебрегая сословными, национальными и прочими условностями.

В биологическом понимании эксперимент был вызван масштабным кризисом института семьи, нараставшим с 19 века. В 20 веке кризис института семьи дошел до того, что люди потеряли способность любить и размножаться в нормальных условиях. Для осознания простых ценностей нужно было пройти через страдания, выжить в них и вновь оказаться в относительно нормальных условиях, скорее суррогатных.

Откуда взялась в душе людей такая злоба друг к другу и ненависть к собственным детям? Однако факт: после Второй мировой войны миллионы детей зачаты и появились на свет от родителей, которые от взаимной ненависти так и не сказали друг другу ни единого доброго слова.

Во время Сталина детские учреждения имели отчетливые признаки концлагерей. Ежевечерне проходили сеансы запугивания, для этого были специальные воспитательницы. Детские больницы, если кто помнит эволюцию скарлатины, по факту стали тем же, что и газовые камеры. Хотя кое-кого спасли.

Это было такое время, когда не было кардинальной разницы между фронтом и тылом, миром и войной, волей и заключением. Был континуум перетекающих друг в друга полигонов вариативных вредных факторов.

Любовь к детям в России вернулась в души людей с 70-х и ненадолго. Эффект был такой, что дети буквально расцвели. Детские сады умножились и натурально превратились в сады.

С феноменологией не поспоришь. Если ученый это делает, то он не ученый, а составной элемент машины управления массовым сознанием. УМС тем более эффективно, чем больше уровень базовой тревожности. В режиме с обострением управлять сознанием проще, чем информировать. Достаточно чуть раньше населения в целом почувствовать волну перемен в массовом сознании и оседлать ее, чтобы получить место работы диктатора.

Для этого необходимо иметь амбиции, тревожность выше среднего уровня и удачливость собственной эволюционной судьбы. Хотя может и не все согласятся, что судьба диктатора удачна. Массовым сознанием овладевает новая волна и старый диктатор тем или иным неестественным способом свое существование прекращает.

Длительность пребывания во власти определяется способностью удерживаться на гребне волн массового сознания, не слетая в аут на виражах резких перемен. Для этого предпринимаются акции воздействия на массовое сознание из двух арсеналов: прямого воздействия на организм человека и косвенно-информационного через управление психикой.

В современном глобальном мире существует возможность запуска PR-акций впрок без прямой непосредственной цели. Выключение света на час или публичные обливания себя ледяной водой, долгосрочные акции Greenpeace и конкурирующей с ними в посадке деревьев шведской Maraquia имеют доминирующую цель глобализации.

Тем подготовлена платформа для организации любой акции, любого общественного движения. Можно организовать серию пикетов с требованиями суда на Дедом-Морозом и Снегурочкой за насаждение мороза на человечество. Срывать по ночам вывески и указатели административного деления или снимать вывешенные по праздникам государственные флаги. Инициировать убийства бродячих собак, бомжей или детей, насилия над девушками под лозунгом «город без девочек». Можно наоборот, подменять своей общественной активностью государственные функции розыска пропавших, помощи бомжам и малоимущим, насильственно изъятым из семьи детям и их матерям.

Организаторы PR-акций чутко отслеживают состояние массового сознания и лихорадочно ищут замещения до того, как предыдущая акция начнет вызывать отторжение. Та же фашизация принимает формы, далекие от факельных шествий. Настрой населения против первого лица государства сменился протестом ради протеста с переворачиванием машин, битьем витрин и поджогами. Для тех, кого на улицу не выгонишь, по выставочным залам, музеям и галереям прошла волна антиэстетизма. Тут известны источники, британские фонды и североамериканские сетевые компании.

В то же время развивалась кампания так называемой «ювенальной юстиции», а по сути – инструментов евгеники для оккупированных территорий. На ее пике в России из семьи изымали более сотни тысяч детей в год по надуманным предлогам. Изъятых детей передавали не только в детские дома и затем на иностранное усыновление. Были случаи передачи ребенка в случайные семьи, людям с отклонениями, пьянствующим и неблагополучным.

В России для этого с 2002 года работает североамериканский Фонд Бакнера. В других странах он действует с 80-х.

Извращенная ЮЮ является лишь небольшой частью программы разрушения системы традиционных ценностей, уравнивания полов и инверсии половых ролей, приравнивания отклонений к норме с приданием носителям отклонений неких абсурдных прав. Идеология включает систему не менее чем из пяти полов – как в фантастике Станислава Лема в изложении Йона Тихого.

В США и во Франции проходили массовые акции как за права сексуальных меньшинств, так и в защиту традиционной семьи. Первые получили три минуты для освещения на федеральном канале США. Вторые не получили ничего на ТВ США. Во Франции отклонения освещала пресса, традиционалистов избила и арестовала полиция. Причем полиция появилась после того, как свою роль отыграли и исчезли провокаторы.

В России разрушение семьи прошло волной и с мотивацией отъема собственности – жилья, дачных участков, автомобилей. Один из способов – помещение человека в закрытую психиатрическую лечебницу.

В череде PR-проектов проходит упорная пропаганда инклюзивного обучения детей-инвалидов для разрушения советской системы коррекционной педагогики.

В числе инструментов воздействия лидирует телевидение. Манипуляции СМИ включают раскручивание одной тематики и блокирование другой. Известны примеры, как СМИ зарабатывают на отказе от подготовленных публикаций. Ряду СМИ платят за блокирование информации о работе государственной структуры. Работой по размещению материалов в СМИ для формирования благоприятного имиджа министерств и ведомств заняты крупные консалтинговые агентства. Из бюджета некоторых министерств на это выделяются сотни миллионов рублей в год. Те же агентства берутся за работу по подготовке заказанных законов, например, об ответственном обращении с животными. Кинологи выступили против потому, что цель закона состояла в дискриминации отечественных пород. Этот случай остался уникальным, когда за PR-составляющей закона не удалось скрыть цель.

Формирование благоприятного имиджа необходимо для отвлекающего прикрытия работы министерства по выпуску сотен подзаконных и внезаконных актов. Большинство из них напоминают творческое делопроизводство в начале советской власти. Достаточно много и таких актов, которые напрямую влияют на жизнь населения и его страт. Например, в 2014 году ужесточены правила набора на дополнительное образование.

Наряду с управлением национальной прессой и цветными революциями по рецептам Френсиса Фукуямы («Конец истории»), создание сложно запутанной системы неисполнимых законов по рекомендации Айн Рэнд («Атлант расправил плечи») являются наиболее эффективными факторами давления. Подготовленную для России революцию назвали «снежная» и приурочили к циклу федеральных выборов 2011-2012 годов. Революцию удалось сорвать. Путаная законодательная система хаотизировалась 20 лет путем заложенной в Конституции-93 законодательной процедуры. Система не содержит ответственности за отсутствие необходимого закона и исключает ответственность за принятый закон, поскольку определяет свыше семи сотен субъектов законодательной инициативы. Законодательная система допускает не только хаотизацию законодательного поля, но и возможность проведения заведомо вредных норм.

Наибольшее число изменений получил Административный кодекс. Большой вред принесло повышение санкций по нормам неработающим или применяемым избирательно. Занижена оплата труда и руководителям учреждений придан произвол определении размера оплаты. Созданы непреодолимые препятствия для независимой предпринимательской активности. Значительная доля бюджетных доходов омертвляется согласно «бюджетному правилу». Все это сделано по законам, принятие которых встретило сопротивление в Думе.

Хаотизация законодательства вызвала тревогу и намерение систематизировать законы, привести их в систему. Ответ создан превентивно, публичная законодательная активность уступила непубличной подзаконной и внезаконной активности. Документы правительства публикуются в открытом доступе на портале regulations.gov.ru. Документов много и они выглядят достаточно бессмысленными и экзотическими, поэтому без подготовки разобраться невозможно.

Непубличное ведомственное творчество идет давно и с усиливающейся активностью. В нарушение Налогового кодекса ведомствами введен такой объем сборов и платежей, что бюджетный комитет Совет Федерации получил поручение их инвентаризации. Исполнитель, сенатор Вячеслав Новиков неожиданно умер и работа остановилась. Силовики сами себе устанавливают внезаконные правила работы на уличных акциях и массовых беспорядках. Установлены завышенные цены на билеты и тарифы на Интернет и мобильную связь.

 

Пиком перемен в образовании стал 2012-2013 учебный год, когда закончили школу дети демографического провала. ЕГЭ был проведен с подавлением отличников и предоставлением преференций троечникам. В вузах выпускников ждали странные ограничения контрольных цифр приема и ограничения по баллам, дифференциально распределенные по вузам и направлениям обучения. В то же время вступил в силу новый закон об образовании с рядом деструктивных норм – по плате за присмотр и уход, по правилам приема в аспирантуру, с изменениями терминологии непрямого массового действия.

Споры в Думе при подготовке закона пресса оставила без внимания. Источник решений по деструктивным нормам остался скрытым. Неизвестно, кто организовывал слив КИМ ЕГЭ через новозеландские сайты. Известно, что обвинили самих школьников.

Манипуляции с ЕГЭ являются острыми акциями на фоне хронической схемы ранней специализации в школе, что особенно вредно в условиях роста неопределенности, потери ориентации и закрытия профессионально-технического образования по рабочим специальностям.

Напомним, что все это было приурочено к демографическому провалу. Приуроченность и совпадения по времени являются непременным признаком PR-составляющей события. Например, агрессия на Южном Кавказе 2008 года и свержение президента Украины в 2014 году были приурочены к олимпиадам и имели глобальный резонанс на фоне заметного управления мировой системой СМИ. Внеочередные и по сути незаконные выборы нового президента Украины в 2014 году по дате были приурочены к выборам в Европарламент. Они ожидаемо привели к смене состава, но некоторых наиболее одиозных манипуляторов трудоустроили, оставив в том же качестве.

Непредвзятое наблюдение позволяет констатировать, что викарирующие потоки акций ускоряют естественную эволюцию, расшатывая массовое сознание.

К 2014 году процесс усилился и ускорился, сложившись в общую картину инженерии массового сознания. Не будем забывать, что человек при этом меняется генетически, так устроен нейрогенез и гуморальная регуляция. И второе: искусственное воздействие на массовое сознание возможно в определенном его состоянии, определяемом волнами в структуре динамического хаоса.

Управление сознанием возникло вместе с сознанием. Акции могли быть самыми неожиданными. Статья Сталина «Марксизм и языкознание» вызвала мгновенный резонанс, от страха люди жгли свои библиотеки. Публичный демонтаж памятника Дзержинскому позволил избежать разгрома толпой архивов Лубянки и затем наиболее ликвидную их часть реализовать. Во время ликвидации ГДР архивы Штази разгромили. Сейчас об этом помнят только лично заинтересованные и специалисты.

Акция Радио Берлина 1943 года о расстреле в Катыни польских офицеров НКВД получила не столь большой резонанс, но приобрела хронический характер и работает до сих пор. При этом число расстрелянных постепенно растет. Депутат, выполнявший миссию контр-проекта Катыни – Козьи Горы Виктор Иванович Илюхин успеха не достиг, переволновался и умер.

Мотивацию авторов большинства PR-проектов понять невозможно. На основе знания предмета иногда удается логически идентифицировать цель, например, поддержка альтернативной энергетики в России направлена на децентрализацию прогрессивной советской модели ЕЭС с переброской мощности на основе синхронизации генерации переменного тока.

Интересная судьба получилась у закона о дыме. Его проводили, как удалось узнать от источника в Думе, для создания новой отраслевой вертикали власти с контролем рынка табака по модели вертикалей контроля рынков алкоголя, наркотиков, туристического, судебных приставов. Планировалось создать иерархическую структуру с центральным органом, повысить акциз и минимальный предел цены пачки сигарет. Однако реализация изначального проекта затормозилась, поскольку те же меры по алкоголю вызвала приток продукции Казахстана. Закон о дыме приспособили под текущую тенденцию давления на население в форме мягких репрессий. Для этого приняли запреты на курение в закрытых помещениях и принялись инспектировать учреждения и коммерческие заведения включая рестораны предмет исполнения запретов. Фактически выгнали курильщиков на всеобщее обозрение, чтобы далее спровоцировать столкновения некурящих с курящими. Ожидались провокации с курением в ресторанах и продажи табака подставным несовершеннолетним, как по алкоголю.

 

Современная система УМС сложилась на основе многовекового опыта. Она отличается невозможностью идентификации центров принятия решений на основе диссипированной системы манипулирования, сбора и обработки информации. СМИ насаждают представление об однополярном мире и о том, что персональные данные собирает только АНБ США. Однако это далеко не так. Суверенитета в полноценном виде нет ни у одной страны и прежде всего у самих США. Сложившаяся картина напоминает мегаэволюцию симбиозогенеза на основе хищничества или паразитизма. Эволюция идет в направлении утраты суверенитета и с развитием причудливой сети горизонтальных связей подобно незаконной рекомбинации. Многочисленные агенты-манипуляторы выполняют в мире людей ту же роль, что вирусы и мобильные элементы в их геномах. Членство в определенной организации или принадлежность к конкретной стране не играет такой основополагающей роли, как принято считать. Ассоциация с Евросоюзом автоматически означает управляемую зависимость от НАТО. Евроатлантическая интеграция строится аналогично Восточному партнерству или Евразийской интеграции.

Вредные проявления Таможенного союза в форме реэксполрта, акцизного дифференциала и поставки курительных смесей в Россию стали предметом обсуждения. Реакция последовала до принятия решений.

 

Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров на пленарном заседании Госдумы 19.11.14 ответил на вопрос депутата Татьяны Москальковой, почему Россию не поддерживают стратегические партнеры. Лавров сказал: «Понимаете, в НАТО и в Евросоюзе, там тоже не всё просто. Но у них, если честно, палочная дисциплина. Это всё красиво упаковано в слова о том, что действует принцип консенсуса, и все стараются утрясти свои позиции в одно русло. Но на самом деле мы знаем, как обеспечивается единогласие вот в этих структурах, прежде всего в НАТО. И мы знаем также, что эмиссары Соединённых Штатов, я совсем недавно в Пекине встречался с Джоном Керри, я ему прямо об этом сказал, эмиссары Соединённых Штатов ездят по всему миру, нет ни одного правительства, куда бы они не пришли и не потребовали бы, ну с разной степенью напористости, поддержать санкции против РФ. В подавляющем большинстве случаев эти трюки не проходят, но сам факт, что великая держава занимается подобным делом, бегая по всему миру и заставляя всех следовать своему курсу, по-моему, он говорит о том, что, в общем-то, это... Мне было бы стыдно этим заниматься, так я скажу».

 

Управление сознанием недоступно пониманию самого управляемого (манипулянта) с обычным мышлением и представляется исполненным парадоксов. Например, создать надежное генетическое оружие не удается, однако разработки его ведутся, ибо сама информация об этом работает как генетическое оружие.

Управление генетикой человека не ограничивается воздействием на массовое сознание. Известны способы прямого воздействия на организм. В России прошло несколько волн инвалидизации детей от массовых, фактически боевых, испытаний непроверенных вакцин. Действует массовый эксперимент по выживанию недоношенных детей на основании ведомственного акта. Психиатры против, дети вырастают с дефектами. Выхаживание таких детей возможно только в специализированных перинатальных центрах.

Прошла практически незамеченной обществом переориентация приоритетов системы здравоохранения. Советская медицина имела фронтовую модель с таким распределением ресурсов, чтобы вернуть в строй максимальное число людей. К 2013 году упор перенесен на редкие заболевания, которые в прошлом не считались достойными затрат на лечение. Отечественная медицина справилась с задачей и накопила соответствующий опыт.

Мыши или обезьяны не заменяют людей в таких массовых экспериментах для выявления побочных эффектов и неожиданных рисков. Например, хирургическое лечение однозначно оправдано в случае ургентной угрозы жизни, но не для исправления эндокринологических дефектов. Скальпель вместе с тканями человека нарушает целостность бактериальной биопленки, выводит ее обитателей из латентного состояния и создает вторичную угрозу жизни. Пугающая цифра два-три килограмма бактерий в человеческом организме означает, что 95% бактерий существует с ослабленным метаболизмом в построенных ими биопленках из полисахаридного матрикса. Выход их в свободное состояние может вызвать эффект, подобный новому заражению. В России (Первый мед) научились преодолевать эту проблему.

Отметим, что непредсказуемые бактериальные эффекты возникают за счет запущенной бесконтрольным применением антибиотиков плазмидной эволюции прокариот. Это глобальное явление.

В каждой стране происходит то, что допускает массовое сознание ее населения. Принудительная стерилизация по решению суда применяется в США, а в России вызвала протест. Третий рейх проводил стерилизацию в рамках программы негативной евгеники. В Японии североамериканские врачи исследовали последствия облучения людей от ядерной бомбардировки. В России в настоящее время одна из фирм США массово собирает ткани и жидкости больных раком. Программы по канцерогенезу и ВИЧ/СПИД были в составе первых четырех, профинансированных в России из США.

Одним из наиболее масштабных экспериментов в России стало разрушение ее уникальной единой энергетической системы. Президент Ельцин хотел снять Чубайса, но Вашингтон не позволил до завершения его миссии по преобразованию ЕЭС в трехслойную структуру разорванного управления. В схему заложена конфронтация уровней управления и повышение сборов по мере продвижения электрической энергии от генерации до потребления. Для этого введены необоснованные платежи за подключение мощности и созданы многочисленные посреднические структуры.

Схема Чубайса была тиражирована на газо- и тепло- и водоснабжение, канализацию и вывоз ТБО. Параллельно распространялись и множились сборы, которые невозможно узаконить Налоговым кодексом. Грабеж и спекуляция по факту стали основой антисуверенной государственной политикой. Малоизвестная миссия сенатора Вячеслава Новикова по инвентаризации незаконных сборов завершилась смертью исполнителя, не начавшись.

Изучение потока управляющих решений вынуждает сделать вывод, что их источник или источники преследует цель добиться заданного эффекта действия вредных факторов. Сами факторы подбираются достаточно грамотно и адекватно относительно предполагаемой нами цели. Однако, как будет показано ниже, из нашего лабораторного эксперимента in vitro следует, что мультипликация разнородных факторов, по отдельности снижающих качество жизни и выживаемость, при совместном применении может вызвать обратный эффект синергизма. Происходит генетическая мобилизация, мутационный фон падает, жизнеспособность повышается за пределы исходной фоновой нормы.

Совокупность вредных факторов приводит к такому же эффекту стимуляции Vis vitalis, как большая гибель, но без особых потерь.

Судя по состоянию населения России, с людьми возможно происходит примерно то же. Именно на людях можно увидеть проявление Vis vitalis или точечной пассионарности по Л.Н.Гумилеву как своеобразное проявление неоднородности пространства-времени – турбулентности в структуре хаоса, генетически закрепленное в некоторых организмах или даже органах, тканях организма. Увы, не всегда доброкачественных, ибо сюда же попадают новообразования.

Стоит отметить различия разрешающей способности генетических объектов. Термин ввела цитогенетик Нина Николаевна Орлова (Визжилина), известная множеству выпускников Биофака МГУ и как суровый замдекана по учебной работе, и как большой поклонник отечественной песни, соответственно – Агитбригады Бимофака.

В отношении человека «разрешающая способность генетического объекта» означает не столько этические проблемы с генетическим анализом, сколько необыкновенные возможности описания всевозможных проявлений гибридного дизгенеза или жизненных кризисов с воспроизводимыми переключениями генной экспрессии. Групповое поведение людей усложнено чрезвычайно в том числе и управлением случайностью в запуске или переключении треков самоорганизации. Великий эксперимент над человечеством поставлен его природой в форме цивилизационной войны за первенство. В отстраненном описании «гражданина мира» геополитическая конкуренция напоминает анекдот о борьбе кита со слоном. Однако есть и фундаментальные описания, например, труд Данилевского «Россия и Европа». И есть честные признания сути «Большой игры» певца силы Редьярда Киплинга. Человек для Киплинга создан для владения миром и это многим нравится. Однако мало кто за пределами мира англосаксонской ментальности задумывается о том, что понятие «человек» ограничено этим миром.

Для славянской цивилизации человек представляется более сложным явлением. Одушевление может быть связано с любым образом, несущим эстетическую ценность. Таким образом, и страны тоже обладают разной разрешающей способностью в качестве генетических объектов.

В сравнении понятен корень фантастической мистификации 19 века о естественном отборе наиболее приспособленных. В России могли бы не заниматься опровержением Дарвина, как это делал например Данилевский, но начать с того, чтобы назвать вещи своими именами: англосаксонский сплав нацизма с ханжеством требует логики Дарвинизма. Мы имеем дело не с теорией, а моральным оправданием превосходства одной расы над прочими.

Британия несомненно великая страна со способностью незадержанно меняться и при этом сохранять свое цивилизационное ядро в основе «Большой игры». Общество людей столь же двухкомпонентно, как и геном человека.

Способность незадержанно меняться – имманентный признак великой страны как большой системы. Россия в данном плане отмечена тем, что здесь всегда находится персонаж на уникальную роль и легко запускается общественная самоорганизация. Такая площадка служит надежной моделью для идентификации и описания последствий уникальных событий и возникновения системных эффектов суверенного значения в ответ на элементарные решения извне или внутри страны с откровенно аморальной или преступной мотивацией.

Эволюция России всегда состояла из цепи искусственно спровоцированных катастроф. Смута 17 века, убийство Павла Первого, отечественные войны 1812 и 1941 годов, Крымская и Японская война, смена власти в 1917 и 1991 годах спровоцированы и профинансированы извне. Приведены события из числа известных. Осталось неизвестным, кто и с какой целью принимал такие решения, как о взрыве Чернобыльской АЭС или о разрушении отечественной системы породного и сортового районирования. В то же время иерархическая система ручного управления страной в формате КПСС использовалась для дискредитации самой этой системы. Конкурирующая с ней система госбезопасности создала одновременно управления по борьбе с терроризмом и по работе с диссидентами, обеспечивая их сопровождение вплоть до поддержки.

Уже после развала СССР выявились заинтересованные стороны. Monsanto профинансировала разрушение биотехнологии в России и занялась вывозом семенного и племенного фонда. Агенты Джорджа Сороса, рекрутированные из числа отверженных советской наукой научных сотрудников, за триста долларов скупали у бывших коллег десятилетние наработки всего НИИ. В то же время при поддержке Сороса был создан учебник истории для Японии, наводящий впечатление, что радиация в Хиросиме и Нагасаки является следствием аварии на ЧАЭС. После организованного Вашингтоном в феврале 2014 года приуроченного к Олимпиаде в Сочи государственного переворота в Киеве во время войны в Новоросии зафиксирована попытка террористического захвата Хмельницкой АЭС. В то же время произошло усиление деструктивной кампании в высшем образовании, по формату совпадающей с тем, что происходило в науке последние два десятилетия существования СССР.

 

Примером хронической PR-кампании до 2014 года была пропаганда вреда ГМО, поддерживающая разрушение остатков советской биотехнологии. Параллельно шло разрушение советской сети селекционных станций, племенных центров и ботанических садов. Происходил активный вывоз семенного и племенного материала. К концу 2014 года в России завершилось формирование системы сельского хозяйства в формате «отверточной сборки» с минимальной локализацией производства. Биодобавки, антибиотики и семена поставляются транснациональным монополистом. Семена предназначены для получения одного первого поколения – товарного. Воспроизводство этими семенами невозможно.

Организаторы PR-кампании перешли к следующему этапу и поторопились провести постановление правительства о допуске ГМО на российский рынок.

Североамериканский биотехнологический транснациональный монополист Monsanto попал в петлю собственной пропаганды. Агитация против ГМО была направлена на зачистку альтернативного поля биотехнологии для захвата национальных рынков сбыта. Акция превратилась в хроническую пропаганду самостоятельного применения для УМС ради власти. «Вред ГМО» демонстрирует пример максимально устойчивой деформации массового сознания во всей либеральной модели. Отклонение 24.09.14 законопроекта депутата Евгения Алексеевича Федорова 537430-6 об ограничении ГМО стало примером правильно выстроенной PR-акции в качестве попытки реанимации надежно убитой истины.

Депутат Николай Коломейцев сказал на заседании Госдумы 19.11.14: «Посмотрите следующий момент. У нас разрушена большая часть племенных и семеноводческих хозяйств. Нас сегодня Евросоюз и Америка взяли за кадык, и могут уже при непонимании нами генномодифицированные семена, и уже дают такие, и семечку, и зерно, которое посеяли, оно выросло. Потом вы его сеете, оно не растёт. Понимаете, да? То есть уже этот вопрос серьезно наносит нам ущерб, а это вопрос национальной безопасности. Потому что вы можете танки, самолёты, всё делать, но если у вас по сухарику на каждого человека в день нет, то вам могут все эти танки быть бессмысленными, потому что голод – это самый большой побудитель не только аппетита, но и всех бунтов».

Первым сказал в заявлении от фракции «Единая Россия» с трибуны Госдумы 08.10.14 о необходимости возрождения генетики председатель думского комитета по экономической политике Игорь Николаевич Руденский.

Все это звучало открыто, доступно в трансляции и в стенограмме, опубликованной в открытом доступе. Замечено не было и обошлось без резонанса.

Не стоит удивляться, что еще менее известны такие факты, как нацеленная на преодоление мирового кризиса инициатива Николая Второго по созданию международного финансового стабилизатора, на что было выделено сорок миллиардов рублей золотом. Инициативу подхватил британский банкир Эдвард Ротшильд, выбрав периферийную на тот момент перспективную страну Североамериканские Соединенные Штаты. Нация еще хранила живую память о жестком подавлении попытки сецессии, когда северные gringo развязали кровавую гражданскую войну 1861-1865 гг. против одиннадцати южных штатов, пожелавших выйти из состава конфедерации. В итоге войны изменился формат государства с усилением роли федеральных органов власти. В 1909 президент Вудро Вильсон подписал указ о создании Федеральной резервной системы США. По факту государственные функции управления финансами были централизованы в частной структуре. Череда катастроф 20 века была использована для целенаправленного формирования системы управления мировыми финансами. Сложились два новых самостоятельных уровня жизни (игры в жизнь) – финансовая и фондовая система, достаточно независимые от экономики и друг от друга. Вехами становления ФРС в своей роли стали Бреттон-вудс-44, в результате которого США забрали золото воюющих стран на хранение. Затем убийство в 1961 году президента Джона Кеннеди для предотвращения национализации ФРС. В 1971 году президент Ричард Никсон принял одностороннее решение по отказу от золотого обеспечения доллара в ответ на требование Франции и Бельгии о возврате золота с обменом на накопившиеся в странах доллары. В 1988 году состоялся Вашингтонский консенсус между администрацией США и бреттон-вудскими инструментами в лице МВФ и Всемирного банка. Идеологическая победа североамериканских неоконсерваторов привела к росту мировой зависимости от Вашингтона и потребовала синхронного развития виртуальной деривативной экономики в США с созданием в зависимых странах тандемов из высшей школы экономики и министерства экономического развития. На национальном уровне проводилось решение о вычленении из структуры исполнительной власти центрального (национального) банка и отдельно министерства финансов для их переподчинения через тандем Минэк-ВШЭ непосредственно ФРС США. Частная форма ФРС исключает ответственность за деструктивные и/или репрессивные управляющие решения как со стороны администрации США, так и самой ФРС. В результате принимаются и реализуются такие меры, как повышение цен на моторное топливо не только во время роста цен на нефть, но и во время их падения, или падение ВВП при ослаблении рубля.

Политика правительства США в значительной части своих дипломатических усилий, военных и террористических действий с финансовой поддержкой через партийные фонды и прямое финансирование USAID направлена на обеспечение глобальных интересов честных структур – транснациональных монополистов включая Microsoft, Google, Monsanto, Mars и др., к череде которых следует отнести и ФРС.

Подчеркнем, что реализованная для глобального управления схема начисто опровергает концепцию Дарвина, вынесенную в заглавие его основного труда с разными текстами под тем же названием «Происхождение видов путем естественного отбора, или Сохранение благоприятных рас в борьбе за жизнь». Мы видим, как поддерживаются формы, мягко говоря, далекие от лучшего эталона. Напротив, действует в самых экзотических проявлениях все тот же сталинский анти-отбор.

Существует как минимум одно формализовано-доказательное описание экономики переходного периода, исключающее естественную рыночную модель – докторская монография физика, депутата Госдумы Ивана Дмитриевича Грачева «Статистическая модель автопрогресса экономических систем (М.: Наука, 2010. – 181 с., тир. 500 экз. см. http://leo-mosk.narod.ru/works/10_12_28.htm).

 

Таким образом можно описывать любые уровни жизни, имея на вооружении ключ макроэволюционных закономерностей с катастрофизмом и симбиозогенезом вследствие хищничества или паразитизма. Читатель-специалист в конкретной сфере может сам потренироваться на предмете своих знаний и интересов. Представленный нами подбор фактов является нашим know-how. Такой подбор сложно найти в источниках, кроме изустных, потому что он легко опровергается при том, что сами факты по отдельности вполне доступны. Однако уже в самый разгар холодной войны Бреттон-вудс-44 был изъят из советских курсов истории и политэкономии с очевидной целью вовлечения в долларовую зону обломков СССР сразу после его распада.

Эволюционисты вслед за Дарвиным описывают эволюцию через произвольно-субъективный подбор фактов. Однако когда так сделал Лев Гумилев для истории, он и особенно его последователи попали под давление идеологии Суслова. Редакция журнала «Природа» и конкретно философ Бородай пострадали за публикацию его статьи с изложением идей Гумилева (Ю.М.Бородай «Этнические контакты и окружающая среда». Природа, 9 (793), сентябрь 1981, стр. 82-85). После смерти 25.01.82 секретаря ЦК КПСС по идеологии Михаила Андреевича Суслова давление прекратилось, успев обеспечить устойчивый спрос любознательного сегмента аудитории к неформализованной теории Гумилева, отвергнутой профессиональным историческим сообществом. Статья-отречение вышла в свет уже после смерти Суслова (Б.М.Кедров, И.Р.Григулевич, И.А.Крывелев «По поводу статьи Ю.М.Бородая «Этнические контакты и окружающая среда». Природа 3 (799), март 1982, стр. 88-91).

 

Примеров можно приводить множество. Вопрос в том, кто и как принимает решения? На какие последствия рассчитано решение? Как предвидит автор системные последствия? Чтобы освободить источник решений от ответственности, он изолируется в отдаленном доступе. Диктаторские формы управления не получают доказательного подтверждения. Чтобы восстановить цепочку, требуются знания эволюционной генетики и понимание принципов генетико-инженерной биотехнологии.

 

Разумеется, из диктаторов одним из самых эффективных в части генетико-инженерной биотехнологии населения был Иосиф Сталин. Он сделал стране два крупных подарка: раскрепостил и по факту узаконил инстинкт, позволив людям делать то, что они тогда желали, и делегировать вину как причину удовлетворения собственного инстинкта одному человеку – себе самому. Потомкам репрессированного народа понять суть той эпохи своей страны труднее, чем осознать происходящее в США сейчас. Общество одной великой страны меняется во времени больше, чем можно видеть географических различий.

Изменения во времени носят синхронизованный характер стохастических колебаний. Синхронизацию в пространстве-времени обеспечивает турбулентность структуры динамического хаоса. Диктаторы уходят удивительно своевременно. День объявленной смерти Сталина 5 марта 1953 года отмечен чрезвычайно тяжелым моральным состоянием людей, к которому и было приурочено событие. В дальнейшем инверсия во времени причинно-следственных связей дополнила инструментарий биотехнологии народов. Так, рост ксенофобии в США наблюдался как минимум с весны 2001 года и вызвал по-голливудски зрелищную атаку на башни МТЦ осенью, став ее следствием в интерпретациях.

Синхронизация явлений, привязанных к волнам структуры хаоса, устраняет принципиальность различий гомологии и аналогии. Она лишает гуманитарное направление преференций бездоказательности с правом наукообразной мимикрии без экспериментального подтверждения.

Большая, разнообразная и легко воспринимающая новации Россия в зоне интерградации Востока и Запада всегда была оптимальным полигоном для экспериментов над населением. Однако не стоит впадать в национальный мазохизм и утверждать, что эта страна является главной или тем более единственной мишенью. Скорее наоборот, рост запроса населения на содержательную информацию, общественный протест против навязанной извне глобализующей повестки получили адекватный ответ именно в России. Россия опять возглавила мировую тенденцию, причем почувствовалось это больше за рубежом. В самой России больше заметно противодействие.

 

В СМИ практически не попадает информация о росте виртуального русскоязычного мира в связи с тем, что Россия стала источником истины. Здесь были своевременно приняты меры в ответ на мировую тенденцию падения интереса населения к выборам и политике вместе с падением доверия к официальным СМИ. Система СМИ России в 2014 году переформатирована. Сложились условия для широкой конвергенции процессов коммуникации. Это был ответ на запрос активного участия в авторском формировании содержания публичного информационного поля. Люди не хотят оставаться пассивными потребителями кем-то подготовленных заготовок и возник риск потери связи властной элиты и общества.

Распределенная система глобального управления в сложившемся виде является определенной вершиной эволюции на Земле в ее текущем состоянии аналогично прогрессивному фотосинтезу кукурузы из четырех циклов или энергетического обмена воробья. Ее непредвзятой изучение дает столь же поразительные выводы, как и симбиозогенез Г.А.Беляковой – та же мегаэволюция.

Налицо конфликт интересов исследователя. В общегражданском человеческом понимании мы говорим о вредительства массового поражения. Эволюционно-генетический подход может дать понимание происходящего, позволить выстроить адекватную картину реальности только при условии отказа от претензий на знание, как надо или хотелось бы, чтоб было. Исследователь общественных процессов дискриминирован относительно коллег в обычной лаборатории, имеющих сомнительное право на вивисекцию. Экспериментальное вмешательство в общественный процесс возможно тремя наборами инструментов: информационными манипуляциями, коррупционным подкупом, военной силой. Как это делается, иногда становится известно из конкурирующих источников для провокации резонанса и генерации иных решений по сути теми же методами. Участие в подобном процессе исследователя исключено аналогично несовместимости работы журналиста с вооруженными действиями.

Представители власти обязаны принимать решения. В описании их деятельности во время катастрофы исследователю следует быть особенно аккуратным в том плане, что отсутствие достаточных знаний и понимания сути происходящего, неспособность идентифицировать PR-составляющую превращает его в манипулянта, то есть невольного участника. Факты коррупционного подкупа чиновника, участие в международных программах, даже откровенная ангажированность – все это само по себе не более чем аргументы в борьбе и поводы для нее. Однако предвидеть последствия невозможно и лишь иногда удается вычислить логически направления возможных треков развития событий с предполагаемыми точками фуркаций. Системные эффекты могут быть настолько непредсказуемы, что разум конструктивного человека-строителя бессилен. Самое безумное решение может оказаться гениальным в последствиях и наоборот, мы знаем немало примеров необратимо деструктивных последствий от вполне позитивных решений.

История террора и его связь с легитимной властью достаточно хорошо описана в художественной литературе. Менее известно, что применение террора вытекает из закона кибернетики Эшби. Хаотизированное общество на волне базовой тревожности населения вынуждает наращивать мощность управления и на каком-то этапе либо свести его к террору, либо оставить власть в пользу того, кто это сделает.

Тем, кто не может уйти от моральных оценок, стоит представить, что в логике пропаганды самыми мерзкими преступниками на Земле нашлись вовсе не среди людей, а растений. Древние растения дорвались до кормушки и Солнца, варварски уничтожили ресурсы, оставив потомкам Землю с отравленной кислородом атмосферой без строительного ресурса углекислоты и соответственно без шансов на выживание. Результат поражает и постфактум. Уровень и масштаб вредности, которому может позавидовать самые оголтелый фашист, вызвал взрыв эволюции Жизни и населил Землю уникальными формами экстенсивно растущего разнообразия. Кто выжил в Холокосте, вряд ли примет параллели. Однако отрицать невозможно, что выживший в катастрофе выигрывает.

Для нас конфликт интересов исследователя является источником определенной профессиональной проблемы. Мы не можем без указания вины известных бенефициаров описывать текущую атаку на эволюционную генетику с эффективным подавлением этой науки вслед за экологией и климатологией. Создается негативный имидж кафедры генетики Биофака МГУ в пользу молекулярной биологии с ее неадекватной идеологией интерпретации. В пятом созыве Госдумы прошел пакет законов по исключению защиты российской интеллектуальной собственности генетических и селекционных продуктов. В интересах североамериканской транснациональной корпорации Monsanto международное право защищает пересаженные гены и сорта в пользу правообладателей, по сути воров и грабителей. Биоразнообразие защиты не имеет, что снимает суверенитет обладания им в таких странах-источниках, как Бразилия и Россия.

Одной из наиболее опасных тем для обсуждения с журналистами для депутатов пятого созыва стала необъявленная кампания изъятия земель ботанических садов, селекционных центров и племенных хозяйств. По факту это была основная задача Фонда содействия жилищному строительству. Его интересы в Думе защищал Владимир Алексеевич Пехтин. Счетная палата выявила нарушения в процедуре изъятия участков Павловской селекционной станции, но остановить изъятие не удалось, только приостановить.

Борьбу против защиты отечественной интеллектуальной собственности контролируют в Москве прикомандированные смотрящие и прокуратуры США по интеллектуальным спорам. Борьба организуется с площадки ТПП на Ильинке. Под эгидой ТПП работает в России с 2002 года североамериканский Фонд Бакнера, финансирующий приемы нацистской негативной евгеники по видом так называемой ЮЮ, которая является противоположностью настоящей ювенальной юстицией. Само название превратилось в мем со зловещим смыслом.

Однако факт остается фактом: генетико-инженерная биотехнология населения возникла как искусство избранных племенных вождей и конкурирующих с ними шаманов, стала цеховым ремеслом и завершила цикл в формате эффективной глобальной технологии на основе манипуляций и коррупционного подкупа.

Наибольшие проблемы испытывает информатика, которая особенно востребована в условиях лавинообразного экстенсивного роста информационного потока. В 90-е годы в России был создан адекватный образовательный стандарт, который мы использовали для преподавания информатики в одном из московских педагогических колледжей. Опыт преподавания позволил написать собственную программу и выявить линейку качественных учебников по информатике С.В.Симоновича. Образовательные стандарты в то типично смутное время не были официальными и обязательными. Опыт преподавания выявил пучок неадекватных реакций у студентов, впервые столкнувшихся с компьютером постпубертатном возрасте. Лучше всего осваивали курс зрелые женщины, осознавшие свои цели в жизни. Среди молодых людей выявились необучаемые. Этому способствовала подмена информатики обучением программированию или заполнение курса описанием систем счисления.

В 90-были доступны отечественные редакторы, удобные и простые. Сначала это был ChiWriter с квазиграфикой, потом Lexicon, особо удобный для работы с текстами. Его успели внедрить для работы с документами в системе МВД. После появления Windows в России был доступен новый Lexicon, в составе линейки программных продуктов включая Русский офис, созданной специально для этой ОС. Разработчики успели пройти презентацию в Государственной Думе и тем возможно ускорили принудительную ликвидацию своего направления.

Как могло произойти так, что в представленном поле эволюции погибло или было убито перспективное, удобное и надежное в работе направление? В конкуренции победило более агрессивное направление, виолент в экологической классификации – склонный к насилию «силовик», своей стратегией задающий формат сообщества. Как всегда в интерпретации системных явлений допустимы паритетные модели.

Ученый секретарь некоммерческого партнерства экспертов Федерального Собрания РФ «Парламентский Центр «Наукоемкие технологии, интеллектуальная собственность» Валерий Леонидович Севостьянов рассказал нам, как шла конкуренция с демпингом с подавлением отечественных продуктов. Подобная борьба развивалась по той же схеме, например, против прогрессивной платежной отечественной системы «Золотая корона». По информации депутата Дмитрия Федоровича Вяткина, отечественная карточка имела микрочип в то время, как зарубежные системы ограничивались магнитной полосой.

Альтернативная экологическая модель заставляет сравнить, что происходило параллельно с самим предметом информатики. В конкуренцию за ее поле включилось четвертое направление – кибернетика, известная тем, что встала вместе с формальной генетикой в число мишеней советской атаки на науку. Как и отечественное ПО или биотехнология, информатика не умерла бесследно, а перешла на экологическую стратегию патиентов – терпеливых участников сообщества, находящих или создающих ниши, недоступные виолентам.

В дикой природе таким путем пошло подавляющее большинство представителей царств, единственных в своих империях Bacteria и Archaea, также водорослей в широком спектре таксонов. Профессор Биофака МГУ Галина Алексеевна Белякова, от которой мы все это узнали, подчеркивает: введенного Карлом Линнеем порядка Algae не существует в качестве таксона в современной систематике.

Термин «таксон» в своей сфере применения является полным синонимом термина «кластер».

Изменение условий среды может привести к смене экологической стратегии и патиенты вдруг становятся эксплерентами. Не только биологам, но и журналистам и политикам во властной элите известны так называемые «красные приливы» – результат взрывного размножения водорослей царства Dinophytae. На какое-то время они становятся виолентами, диктуя свои условия всему сообществу в расширенном формате. Оказывается, у Динофит для этого есть свой инструмент массового насилия – токсин, эволюционно выработанный для нападения на рыбу.

Мы привели ограниченный набор фактов из ограниченного объема нам известных в том числе то, что является ключевым. Свою задачу мы видим в компаративном описании эволюционных треков. Ниже один из них описан более подробно.

Однако для завершения раздела сначала следует привести вывод, состоящий в констатации: расцвет эволюции монстров не увязывается с идеей отбора. Приведенные примеры лишь капля в море, как красочные описания отдельных типов морфогенеза динозавров из необозримого спектра тупиковых треков с заметным накоплением признаков будущей маммализации (звероподобия). Надо отметить, примеры приведены технические и далеко не самые впечатляющие из текущего расцвета эволюции монстров. Худо поминать всуе деривативную экономику финансовых инструментов, перетоки спекулятивного капитала с использованием фондового рынка России, почившие в бозе ипотечные агентства Fannie May и Freddy Mac и многое другое начиная с первого зафиксированного историей финансового пузыря, аффилированной с властью пирамиды «South Sea Company» в Британии, тогда еще великой.

Цивилизационная эволюция постмодернизма и постиндустриализма на основе варварских критерием антиэстетизма напоминает эволюцию монстров, животных и растений, засоривших атмосферу Земли кислородом и земную кору омертвленными углеводородами.

Концепция какосферы Георгия Александровича Заварзина для так называемых «развитых стран» является антиподом концепции ноосферы Владимира Ивановича Вернадского (см.: Г.А.Заварзин. Антипод ноосферы. – Вестник РАН, 2003, том 73, М 7, с. 627-636; http://www.socionauki.ru/almanac/noo21v/number_2/5_6_2.pdf).

«Како» означает все плохое, например, какофония. Книга философских рассуждений ученого выводит в публичное поле то, о чем коллеги-конформисты мучительно умалчивают. Вывод Заварзина категоричен и прост: все мы вышли из бактериального сообщества. Биосфера чрезвычайно мозаична.

Развивается некая уродливая картина. Какосфера Заварзина сама по себе тоже картинка самоорганизации. В восприятии человека продукт самоорганизации всегда эстетически активен. Североамериканская терминология «управляемого хаоса» намеренно неадекватна. Управлять можно случайностью с переключением самоорганизации в точках фуркации. А хаос – физическая реальность. Перенаправить цунами на США никакое всесильное КГБ СССР не может. Но США могут построить в цунами-опасной зоне ненадежный реактор без защиты – подарок зависимой после бомбардировок Японии.

Депутаты Госдумы шестого созыва на глазах изумленных журналистов осваивают законодательный сквош. Надо понимать масштаб задачи. Началось обратное наступление Ноосферы в понимании Владимира Вернадского против Какосферы в терминологии Георгия Заварзина.

Иной взгляд на текущую эволюцию предлагает завкафедрой зоологии беспозвоночных Биофака МГУ Владимир Васильевич Малахов. Он считает предназначением человека возврат в атмосферу омертвленного в геологических отложениях углерода. Таким образом человек, которого обвиняют в варварском отношении к природе, в концепции Малахова является благодетелем с эволюционной ролью исправления той же ошибки древней Жизни эпохи ее моструозного расцвета, когда общий объем живой биомассы на Земле был на пике.

Свою концепцию В.В.Малахов представил не просто так, а в комплекте с общей картиной Жизни на Земле от рассвета до заката, достаточно убедительной. Практически в каждой чистой и по своему честной концепции есть элемент PR. Концепция Малахова хороша для стороннего взгляда на роль «зеленых» и прочих защитников различных прав. Земная кора настолько пропитана углеродными биолитами, что извлечь их невозможно. Если же представить, как можно сжечь планету на корню целиком и при этом ухитриться сохранить океаны с фитопланктоном, то понятно, что кислород в атмосфере останется и пожаров меньше не станет. Океанический фитопланктон – основной продуцент кислорода наряду с сибирской тайгой и южноамериканской сельвой.

Есть и третья концепция – нового феминизма как развития в мире всевозможных проявлений войны полов Ж с М. Показал на примере США Александр Петрович Никонов (см. Никонов А.П. Конец феминизма или Чем женщина отличается от человека. – М.: Изд-во НЦ ЭНАС, 2005, 256 с. – (Точка зрения). «Эта книга – пилюля. Проглотите ее, чтобы не заболеть. А я, по ходу заглатывания, объясню, почему избрал для своего «лекарства» столь провокативное название» – нагло предлагает Никонов в предисловии к своей книге. Спорить с авторской позицией не хочется: «Ослабленный дурным образованием организм западного общества легко поражается вирусами самого разного рода идей, в том числе и феминистических. Долетают эти вирусы и до нас. Но до последнего времени мы обходились только легким чихом».

Системное явление допускает разнообразие паритетность альтернативных моделей. Автор идеи запретительного налога на перетоки спекулятивного капитала Тойнби больше известен как создатель теории сжатия-расширения цивилизаций на примере России. Нам повезло с временем и местом. Мы видели реализацию мрачного прогноза Стругацкий о центробежных процессах в империи («Трудно быть богом») и затем – воплощение наблюдения Дмитрия Олеговича Рогозина, сделанное будущим вице-премьером в период эмбарго на его медиаперсону для СМИ. Оператор получал взыскание за пол-уха Рогозина в кадре. С тех пор центробежные процессы сменились центростремительными с аттрактором в Москве, причем намного шире, чем Марксов призрак коммунизма бродил по Европе.

Эволюция продолжается. Исход неочевиден. Предыдущие десятилетия стали эпохой попранных прогнозов.

 

Дополнение 2 к главе 2. История катастрофической эволюции отечественной породы ВЕО

Настоящим подарком исследователю Макроэволюции стала история неосознанной, но целенаправленной генетико-инженерной биотехнологии отечественной породы «Восточно-европейская овчарка». Выдающиеся советские кинологи Юдифь Исаевна Шар и Александр Павлович Мазовер уловили мировой тренд перемен конкретной породы и собак в целом. Не боролись с ним, а по наитию добавили вредных факторов на уровне крипторхизма. В те времена генетической терминологии избегали, в наследство от народного академика Трофима Денисовича Лысенко достался термин «расшатывание наследственности». Возрождение генетики на основе редукционизма было использовано против многообещающего проекта. Тогда мы не понимали, что редукционизм не валиден на системные явления. Свидетельством судьбоносных перемен стал Протокол N24 бурного заседания в 1964 году с обсуждением доклада о генетической детерминации крипторхизма генетика ленинградской школы Николая Николаевича Ролле. Перепечатанную на машинке копию протокола сохранила и передала нам оригинатор отечественного варианта породы доберман, выдающийся кинолог, сотрудник кафедры зоологии позвоночных Биофака МГУ Светлана Петровна Каменева.

Интересно, что яростным противником новых отечественных пород и советской кинологии в целом стал муж Каменевой, сотрудник той же кафедры Константин Константинович Панютин. Он собрал доказательства снижения дрессируемости отечественных пород.

Разумеется, тогда генетика не могла выдвинуть доказательные аргументы в пользу того, о чем рассказывала в своем курсе кинологии Юдифь Исаевна Шар. Это при том, что системные явления описывались и в рамках генетических школ, московской или Ленинградской, новой Новосибирской, в Миассово и далее везде, где оказались ученики Тимофеева-Ресовского. Тем более в стане их противников под крышей Трофима Лысенко у Презента или Купероман.

Усилия противников отечественной кинологии формально оправдывались естественными процессами 20 века. Породы как бы поплыли со схожими горизонтальными переменами и очевидной разбалансировкой. Благодаря причудливой самоорганизации в обществе вокруг разных пород собираются люди разного типа и в целом получился эксперимент, поскольку реакция кинологов на естественные перемены была тоже разной до противоположности. Большой пудель получил сторонников новой моды и новаций, поддержавших морфозы акселерации и изменения формы черепа – те же, что у человека. Французские кинологи пытались удержать ограничение размеров пуделя и получили увеличение генетического шума, подобно некоторым другим породам в России. То же получалось с немецкой овчаркой, считавшейся эталоном для борьбы с побеждающим типом ВЕО.

К концу существования СССР и вместе с ним централизованной советской кинологии противники отечественного дождались поддержки управляющей элиты западной кинологии. Многочисленные альтернативные клубы не принесли разнообразия, повсеместно отвечали «разведение ВЕО закрыто». Апофеозом признания самостоятельности ВЕО перед катастрофой породы стала первая и она же последняя Всесоюзная выставка овчарок, ВЕО и немецких отдельно, 1990 года в Битцевском конноспортивном комплексе. Владельцы ВЕО с гордостью называли свою породу национальной.

Пережив катастрофу, ВЕО не только не умерла, но возродилась на новом уровне качества. Сотрудник кафедры физиологии ВНД Биофака МГУ, большая любительница ВЕО Мария Багоцкая получила доказательства, что новыми методами дрессуры без наказания на собаках возрожденной породы ВЕО можно получить исполнение любых команд (см. http://leo-mosk.narod.ru/works/11_05_29.htm и блог М.Багоцкой http://kskpoisk.livejournal.com/).

Например, можно научить поднимать по команде заднюю лапу. Заведующий кафедрой физиологии ВНД  Крушинский не верил, что такое возможно. ВЕО стала крупнее и исполнительнее. В то же время многочисленный импорт по другим породам вызвал снижение дрессируемости, неуправляемость, потерю контакта с человеком или наоборот, патологическую зависимость от человека, паническую боязнь выстрелов. Советская кинология относила страх выстрела к дисквалифицирующим признакам. Получилось наоборот тому, что утверждал Панютин.

Как ни странно, на Западе не было такого единства в отношении к русским породам, как в самой России, среди обычного неприятия всего русского прослеживалось и некое преклонение перед русским. И это в конце концов сыграло свою роль в возрождении ВЕО. В финале свою выдающуюся роль сыграл Владимир Ростиславович Мединский во время исполнения депутатских полномочий, будучи большим поклонником ВЕО разведения военного питомника «Красная звезда». Став Министром культуры, Мединский способствовал созданию на Поклонной горе памятника фронтовой собаке, но судя по экстерьеру – новой породе ВЕО.

В.Р.Мединский применил know-how в законодательной процедуре. Он взял на себя и фактически провалил проведение законопроекта, инициированного североамериканским транснациональным монополистом производства кормов для дискриминации крупных отечественных пород, не использующих искусственные корма.

Дискуссия в рабочей группе Мединского шла открыто, шумно и сумбурно. Это был единственный случай в истории Думы, когда специалисты пришли и дали бой в защиту профессиональных интересов. Для этого объединились конкуренты и идеологические противники. Для сравнения: близкая генетико-селекционная и биотехнологическая тематика прошла вообще без обсуждения и тем более без интереса СМИ. Давление там больше, и интересы крупнее и соответственно намного больше наступивший ущерб..

Законопроект 458458-5 «Об ответственном обращении с животными» внесли в пакете с сопутствующим документом (подписали, потому что разработан проект юридической фирмой «Румянцев и партнеры») 19.11.10 депутаты Госдумы Е.А.Туголуков, В.Р.Мединский, А.Н.Нюдюрбегов, Л.В.Пепеляева, Ю.Н.Волков, В.А.Пехтин, В.П.Таскаев, Н.В.Расторгуев, М.Н.Гасанов, С.Ю.Осадчий, В.В.Зубарев, С.И.Колесников, М.Л.Шаккум, С.Г.Иткулов, В.И.Таранин. Оба законопроекта приняты в первом чтении 23.03.11. Парламентские слушания прошли 24.02.11, заседание экспертного совета 04.04.11, обсуждение в ЦСКП 05.04.11, круглый стол 30.06.11 (см. http://leo-mosk.narod.ru/works/dog.htm).

В список потенциально опасных пород авторами законопроекта внесены: Американский питбультерьер, Южноафриканский бурбуль, Карельская медвежья собака, Анатолийский карабаш, Американский стаффордширский терьер, Кавказская овчарка, метисы указанных пород.

Плотная группа лоббистов племенного разведения проголосовала против списка. В нем есть очевидные ошибки. Поклонники древних отечественных пастушьих пород – Среднеазиатская и Кавказская овчарка – получили серьезное подкрепление в виде письма из войсковой части 32516 Управления Московского военного округа с комментариями к законопроекту: ни одна порода собак, будучи выведена людьми для самых разных целей, не является потенциально опасной. Собаки пород Кавказская овчарка и Среднеазиатская овчарка, неправильно названная в приложении к законопроекту Алабай, являются пастушьими породами и могут нести караульную службу. Кавказские и Среднеазиатские овчарки являются самыми древними и ценными породами собак и составляют национальную гордость России. Собаки этих пород – лучшие в мире охранники, приспосабливаются к суровым климатическим условиям. Начало их использования в русской армии датируется 18 веком. Причисление Кавказской и Среднеазиатской пород к числу опасных наносит ущерб престижу нашей страны и ставит их под угрозу уничтожения. Автор письма заверяет, что Кавказская и Среднеазиатская овчарка не являются социально опасными и должны быть исключены и списка.

Благодаря Мединскому, ни ВЕО ни Немецкой овчарки в списке не оказалось. Указанный прием Мединский использовал и до одиозного законопроекта против «злых собак» - так он провалил внедрение в РФ англосаксонской модели лоббирования и рейтингования. Законопроект о «злых породах» стал уникальным примером в истории Госдумы, когда собрались заинтересованные специалисты и натурально дали бой «злой силе» в лице Мединского. Он для того их и собрал, а для профанации идеи проекта пригласил заинтересованных в бюджетном финансировании общественников – организаторов питомников передержки для бесхозных животных.

Некоторые существенные моменты прозвучали непублично, однако при желании могли быть доступны парламентским журналистам. Это прежде всего аргумент, известный по обсуждению предыдущего закона о животных, со скандалом принятого в конце 1999 года и отклоненного Путиным в числе его первых действий на посту президента. Аргументов на самом деле два и состояли они в том, что нельзя вводить ответственность за вид действия и недопустимо повышать ответственность по неработающим составам.

Последующие полтора десятка лет показали системный характер двух отмеченных хронических патологий законодательства. Конкретно в теме животных речь идет о двух бездействующих нормах – статьях Гражданского и Уголовного кодексов. Заставить правоохранительную систему их применить смогла в эпизодических случаях из массового числа случаев жестокости только Татьяна Новожилова, президент Центра по защите прав животных ВИТА, для резонансных случаев проявления жестокости к животным.

Новожилова представила компетентное заключение о «конвейере смерти» - сложившейся системе воспроизводства огромного числа домашних животных, на которых нет и не может быть спроса, из-за чего любой питомник наполняется за день.

Нам удалось ввести в кинологическую лексику понятие гибридного дизгенеза. Опыт воспроизводства во МГОЛСе, сохранявшем советскую кинологическую систему, показал целесообразность структурирования поголовья для снижения уровня гибридного дизгенеза. Данная система определяет знание источников тревожного неуправляемого поведения. Известны факты поддержки умственно страдающих особей владельцами со склонностью к социальному садомазохизму. Та же мотивация лежит в основе безудержного воспроизводства «конвейера смерти». Для собак неизвестны молекулярно-генетические исследования. Феноменология позволяет предположить наличие как гибридного дизгенеза в общем смысле вследствие несоответствия родителей, так и в узком смысле Margaret Kidwell с исключением контроля размножения мобильных элементов. У животных с ВНД этот вариант гибридного дизгенеза порождает шумящий мозг с некомпенсируемым поведением.

К сожалению, вопрос социального садомазохизма в принципе не решается законом вследствие его девиантности. Мало того, правоохранительную систему в целом устраивает то, что для проявлений садомазохизма мишенью стали домашние животные, за которых она по факту не отвечает. Гораздо хуже то, что в США для той же цели используются усыновленные из России дети. В любом случае проблема нуждается в изучении, подавленном попытками односторонних решений.

Советская кинологическая система позволяла решать вопросы садомазохизма, поскольку система породного воспроизводства заинтересована в его исключении и подавлении гибридного дизгенеза. Для западной системы кинологии как рекламного придатка индустрии кормов данные проблемы не являются критичными.

Изучение модели советской кинологии на основе игрового воспроизводства поголовья с управлением случайностью и порождением конкурирующих треков самоорганизации показало порождение технологии работы эксперта в ринге. Можно наблюдать, как оптимизируется для искусственного воспроизводства схема эстетического полового подбора дикой природы. Принципы обоснования подбора включают четыре варианта с обязательностью наличия осознанной цели в каждой породе, ее структурных направлениях и каждой паре.

Сами кинологи не осознают своей исключительности. Многие из них являются дипломированными биологами, но при этом не хотят понимать, что система не механизм и работать без издержек не может. Эффективность искусственного разведения может быть значительно выше воспроизводства популяций в дикой природе, причем без обязательной стабилизирующей роли высокой гибели в первый год жизни. Достаточно научиться выполнять жесткие правила русской кинологии и оставлять под сукой не более шести щенков.

Подавить отечественную кинологию не удалось, как это получилось с системой воспроизводства сельскохозяйственных животных и растений через разрушение созданной Николаем Ивановичем Вавиловым сети селекционных станций, племенных хозяйств, насаждение непригодных пород и сортов после исключения системы районирования.

Советская кинология пережила вместе с отечественными породами трансформации удивительные, опережающие те же события в стране и мире. Пережив катастрофу, система не только не умерла, но и возродилась в новом качестве. Прошедшие революции заставили нас осознать, что кинология составляет одно из национальных преимуществ, которым Россия может и должна гордиться.

Этот эксперимент пока в прогрессе. Он целиком зависим от генеральной динамики массового сознания. Прослеживается роль в истории личностей Александра Павловича Мазовера, Юдифи Исаевны Шар, Светланы Петровны Каменевой, Константина Константиновича Панютина, Владимира Ростиславовича Мединского и многих, многих других.

У каждого своя роль.

 

Глава 3. Происхождение эволюционной генетики – долгий путь и скорый результат

Генетика и эволюционизм возникали и развивались без связи друг с другом. Их эволюция состояла из череды разнообразных революций и могла бы служить иллюстрацией предмета их изучения. Их соединение в единое целое было настолько предопределено, как будто прошлое строится на основе заданного сценария хронотопа дороги на пути к заранее избранному единственному формату будущего. Получается еще один пример действия антропного принципа в синергетике.

Эта удивительная сфера науки лучше всех других демонстрирует, что в большинстве случаев открытия не совершаются, а происходят сами собой, когда меняется доминанта массового сознания и люди вдруг открывают глаза на то, что давно и назойливо маячило у них под носом. Почему так получается? Вопрос к той же эволюционной генетике, до которой мы пока не добрались.

Эволюционизм всегда был вместе с человеком. Сначала эволюционизм был упакован в первичную религию, эпигенетически комплементарную генетической программе в сложной социализации человека. Можно опрометчиво сказать «все от нервов», но если серьезно, для человека как биологической формы важнее приспособление к непредсказуемости будущего и неопределенности настоящего.

Человек – надвидовая форма, приспособленная к неопределенности условий. Такова его генетическая конституция.

Первые волны глобализации породили вторичные религии, нацеленные на управление массовым сознанием. Пути религии в контроле массового сознания и эволюционизма как познания непримиримо разошлись. Вторичная религия требует отказа от познания. Оставаясь философией, эволюционизм принес независимость от веры и показал свою доступность любому здравомыслящему человеку со способностью выбирать существенное.

А вот тут проблема. Во-первых, получается столь же очевидно, сколь недоказательно. Во-вторых, следующий долгожданный этап требует развития точных наук, причем одновременно по двум причинам. Без них не могла появиться генетика, она изначально наука формализованная. Ни с философией, ни с религией генетика никогда ничего общего не имела и иметь не может даже в корнях. Ссылки Библии на эксперименты Якова с овцами для получения кодоминирования в окраске шкуры неубедительны ввиду отсутствия указания гибридологии как технологического приема в борьбе с алчностью Лавана, отца жен Якова Рахили и Лии.

Кроме того, точные науки тренируют мозги в плане способности к выбору существенного. Это странно, но это так.

Что получилось, превзошло самые смелые ожидания. Эволюционная генетика – долгожданный ребенок, который сам выбрал себе родителей. Так бывает и в мире людей и в науке, производной указанного мира. Как уже сказано, тем демонстрируется действие существенного для эволюционной генетики антропного принципа в синергетике Сергея Михайловича Курдюмова. «Будущее сегодня» означает, что в преддверии перемен тренд будущего развития уже заложен в существующем спектре тенденций. Во время самих перемен будущее как бы засасывает воронкой настоящее.

На этом не только не закончилось, но даже еще и не началось. Незаконнорожденное любимое дитя, эволюционная генетика, оказалась в плену дисциплинирующей няньки редукционизма. Возможно, виноват был еще неисправимый Карл Линней с шизоидной склонностью к упорядочению и систематизации. С его биологической номенклатурой не поспоришь, но и сам ее не создашь без тех же отклонений от нормы в собственной душе.

Систематика, статистика, арифметика стали ценностью. Далеко впереди были и теорема Геделя о неполноте арифметики, и понимание важности для эволюции событий редких и уникальных с расхождением частоты и вероятности. Об этом говорил выпускник кафедры биофизики Физфака МГУ Юрий Викторович Чайковский, ставший выдающимся эволюционистом современности.

Чайковский сделал то, на что претендуют практически все, кто пишет про эволюцию. Он проанализировал разные издания Дарвина и представления Дарвинизма в учебниках, монографиях и энциклопедиях. Написал статью об ошибках в том числе и у самого Дарвина. Обнаружил подделку расписания пароходов, в результате которой Уоллес (в первичной транскрипции «Валас») прибыл в Англию как бы на месяц позже публичного выступления Дарвина и потому приоритета иметь не мог. На самом деле Дарвин выступил со «своей теорией» не до получения письма Уоллеса, а будучи вооруженным его идеями.

Бывает так, один факт все меняет. В эволюции эволюционной генетики таких фактов достаточно. Только почему-то за этим ничего не следует, приоритеты остаются на прочно занятых не своих местах.

В британском обществе того времени витала неопределенность и выбрать будущий тренд было непросто. Согласно изысканиям Чайковского, Дарвин отказался от религиозного варианта изложения, из предосторожности опубликованного под псевдонимом. Уоллес придал Дарвину не только недостающие научные факты, но и уверенность в том, что эволюционная идея вызовет резонанс в обществе и тем обессмертит имя ее правообладателя.

Труды Дарвина имели и имеют до сих пор колоссальный PR-эффект. Они создали основу передела приоритетов в науке. Будущий крах доминирующей германской науки был предрешен. Началось соревнование за предмет исследования – сначала межнациональное, затем междисциплинарное.

Британская PR-машина в борьбе за мировое господство англосаксонской цивилизации со славянской породила проект, превосходящий «Войну и мир» Льва Толстого. Возможно по причине ошибочного отношения к науке самого Толстого, его научная концепция эволюции человека так и не вышла за пределы художественного плена и не породила естественнонаучного продолжения. Разве что кроме отчаянной и безуспешной попытки предупреждения против революций в форме сборника «Вехи» 1910 года.

Проект Дарвина «Происхождение видов» стал для эволюционистов тем же, чем был «Капитал» Маркса для экономистов: читал или не читал, нужно или бессмысленно, к месту или чаще не к месту, но цитирование и ссылки обязательны.

Вместо науки получилась каша сорняками типа Синтетической теории эволюции. От которой шарахались сами назначенные научной молвой авторами. По сравнению с ней романы Льва Толстого – образцы чистоты научной мысли. Не говоря уже о Федоре Достоевском. Это при том, что неверие образованного Толстого в науку намного превышало таковое малограмотного Трофима Лысенко.

Забегая вперед, отметим, что поляну генетики традиционно приватизирует молекулярная биология. Сборное направление молекулярной биологии объединено методами исследования и в строгом понимании не является единой наукой. Однако молекулярной биологии выпал бонус общественного внимания и она лидирует и в популярности и в индексации Хирша или импакта. Молекулярщина оказалась устойчиво релевантной и тем оттягивает на себя студентов за счет классической генетики.

Дарвинизм произвел значительное стимулирующее действие. В России эффект был связан не только с самим Дарвиным, но и с личностью Тимирязева, который точнее последующих изданий перевел «Происхождение видов» на русский. В России расцвел целый букет эволюционистов. Они ухитрялись отчаянно и непримиримо воевать друг с другом, отстаивая ту же эволюционную идею.

В качестве союзницы спорщики неизменно привлекали идеологию. Запустили бумеранг, позже ударивший им же в лоб и по всему организму. В войне за истину произошло немало невосполнимых смертей и изгнаний, добровольно-вынужденных уходов из науки и из жизни. Есть пример прогрессивного выживания отверженных. Результаты и идеи сына известного философа, крупнейшего русского эволюционного генетика Сергея Михайловича Гершензона остаются прогрессивными до сих пор. Например, о мобилизационном резерве вида, искаженного до вредности генетического груза.

Тут пример того, чего мы хотим избежать – оценочное суждение, заложенное в определениях «вредный» или «полезный». Вредность может оцениваться условно в рамках достижения одной конкретной цели. Профессиональное сообщество считало вредным самого Гершензона, потому что он «все сделал раньше всех нас».

Гершензон еще до войны и задолго до открытия двойной спирали изучал эффекты обработок ДНК. Началось однако с того, что его не приняли в четвериковский СООР. Об этой площадке генетического мозгового штурма Тимофеев-Ресовский с удовольствием рассказывал и друзьям, и студентам, и писателю Даниилу Гранину. Ускользнуло то, о чем нам рассказал нам выдающийся историк эволюционной генетики Василий Васильевич Бабков. По его словам, Гершензона не приняли в СООР из-за его жены – «краснокосыночной комсомолки».

СООР – «совместно орать». Совместно не получилось. Стремление отмежеваться от политики неизменно приводит к зависимости и погружению в нее. Известны даже случаи затопления смысла, как получилось с выдающимися эволюционистами, поздними соратниками Тимофеева-Ресовского Николаем Николаевичем Воронцовым и Алексеем Владимировичем Яблоковым. Каждый имеет свои заслуги, каждый сыграл свою политическую роль и вместе получилась басня Крылова.

Участие ученого в политике не всегда удачно.

Гершензон окончил свой научный и жизненный путь в Киеве в ореоле славы серьезного и последовательного ученого. Это эталон свободы научного познания и независимости от идеологии. До третьего тура и Майдана сын философа не дожил совсем немного лет своей долгой жизни, раскинувшийся на несколько эпох.

Большинство записных эволюционистов было заражено идеологией либо дарвинизма, либо антидарвинизма. И все вместе дружно – слепотой к текущей истории. Мода на дарвинизм и антидарвинизм существовала параллельно, питая друг друга подобно профессиональному антисемитизму и аналогичному еврейству. Был и чистый от идеологии опровергатель Дарвина – выдающийся мыслитель и социолог классического философского направления Николай Данилевский. Его работы по ихтиологии выполняли государственную задачу в этой области. Известен Данилевский в основном своим фундаментальным трудом «Россия и Европа». Внимание к нему за рубежом растет быстрее, чем в России. В связи с событиями начала 21 века и осознанием роли России в мире указанный труд Данилевского переведен на английский в США. Последние годы жизни Данилевский провел в крымской Мшатке и посвятил последовательному опровержению Дарвина.

Чайковский считает подход Данилевского к Дарвинизму неконструктивным. Однако надо понимать, какими знаниями о природе и каким мощным научным аппаратом был вооружен Данилевский, насколько он был последователен в своих изысканиях. Тем же отличается и сам Чайковский. Сейчас известно намного больше. Поток данных нарастает лавинообразно и остается без обобщения.

Расцвет эволюционизма в начале 20 века в России был частью общего скачка развития с массовым возникновением и внедрением нового. Новации заложила сама царская власть. Стимул породил пучок вредных факторов, из которых наиболее известен красный террор. По отношению к природным или внешним факторам террор был вторично неизбежным. Таковы эволюционные законы и нам придется возвращаться к этой теме.

Здесь в контексте нам важен такой момент. Источником инноваций в России служит сама власть. Очень она боится своего народа независимо от формата государства или персонального состава правящей элиты. Большая гибель не всегда приводит к эволюционному скачку. В России получается оптимизация соотношение цены и качества эволюционных последствий. В других странах смысл террора зачастую ограничивается укреплением власти.

Приоритет науки вместе с чувством будущего обосновался в стране прочно и надолго. Основные судьбоносные открытия и обобщения для эволюционной генетики были сделаны представителями русской науки. Старт будущей генетики Николай Владимирович Тимофеев-Ресовский, за ним Симон Эльевич Шноль отсчитывали от выступлений зоолога Михаила Александровича Мензбира и химика-органика Александра Андреевича Колли 10 января 1894 г. в Политехническом музее, на IX Всероссийском съезде естествоиспытателей и врачей, который вел Климент Тимирязев.

С.Э.Шноль любит рассказывать об этом эпизоде весьма красочно: «Колли выступал с докладом, в котором впервые задал вопрос: «Как такие маленькие клетки хранят столько наследственных признаков?». Ответа он не дал, но поставил первый вопрос молекулярной биологии». По словам Шноля, в этот момент в зал вошел Лев Толстой и вопрос Колли утонул в аплодисментах восторженных студентов.

Великий писатель пришел узнать, что дает человечеству наука, которую он не верил. Его собственные романы в содержательной части легко формализуются в русле того, что он закрыл и своим неуместным появлением и своей тиражированной позицией для своих многочисленных последователей. В Думе негативную позицию Толстого относительно науки поддерживает Елена Григорьевна Драпеко.

Что произошло с идеей матричного копирования? Тонкая цепочка чудом не прервалась: Мензбир – Колли – Кольцов – Тимофеев-Ресовский. Дальше воронка антропного принципа в синергетике, Шредингер и превращение науки о Жизни в часть физики. Цепочка продолжилась в Миассово и затем в Москве, на кафедре генетики Биофака МГУ.

Эволюция живучей идеи имеет самодостаточное значение для понимания эволюции.

По тем временам идея была революционной: сперматозоид несет не форму человечка, а информацию о ней. Это было задолго до открытия редупликации, транскрипции и трансляции. Даже автоматы Тьюринга-Поста были далеко еще впереди.

Студент – участник съезда, позже известный зоолог Николай Константинович Кольцов опубликовал статью о матричном копировании наследственных молекул.

Основы будущего эволюционизма заложила статья 1905 года о волнах жизни Сергея Сергеевича Четверикова «Обзор бабочек Московской губернии» в Известиях Императорской академии наук. Идея получила развитие. Он же опубликовал первую статью о микроэволюции, как теперь называют динамику аллельных частот генов в популяциях. Было выявлено четыре фактора: мутационный процесс, случайное изменение частот при колебаниях численности, изоляция, естественный отбор.

В науке произошла очередная революция, открывшая ящик Пандоры, набитый сокровищами фактов и аргументов. Считается, что генетика возникла как точная наука благодаря опытам Грегора Менделя. Однако причина все же в изменениях сознания людей, сделавших доступными пониманию выводы Менделя. Позже вспомнили, что у Менделя были и предшественники и переоткрыватели. Получился элемент динамики массового сознания – пример стохастической волны.

Отсюда возникло понятие гена как передающейся по наследству материальной единицы программы развития. Нечто вроде управляющего файла компьютерной программы, который можно переписать, передать и получить по наследству тем или иным способом от автора или грабителя интеллектуальной собственности.

На самом деле гены управляют не развитием вообще, а манифестацией в фенотип тех или иных признаков. Занятые генетическим анализом исследователи предпочитают называть гены маркерами. Ген можно идентифицировать, если он доступен генетическому анализу благодаря наличию разных вариантов – аллелей. Единица транскрипции геном не является и зачастую ему не соответствует.

В сравнении с компьютерными делами, ген является таким файлом, который выводит на экран сообщение или картинку, информирующую о марке компьютера, версии загруженной в него программы, состоянии ее работы и т.д. Можно ли из данных генетического анализа реконструировать устройство программы?

Существующие методы исследования показывают, что и в компьютерных и в генетических программах собственно программным функциям организма в целом отведено не так уж много ресурсов. В основном файлы/гены заняты программированием друг друга. В организме есть и гуморальная система регуляции, и несколько нервных систем. Каждая система регуляции может изучаться узким специалистом как свой уровень жизни. Наиболее существенная информация возникает при изучении фронта взаимодействия разных систем регуляции.

Для компьютерной сферы программная эффективность зависит от маркетинговой политики. Западная модель не ставит эффективность в основу стратегии создания программ массового предназначения. Ее приоритет скорее обратный – наращивание искусственной сложности и выполнение задач третьей стороны, обеспечивающей политическую поддержку на уровне глобальной внешней политики.

В живой клетке можно видеть в общем примерно то же. Эффективность системы зависит от эволюционного состояния вида. В достижимом варианте высокая эффективность обеспечивается тупиковой специализацией. Для обеспечения общего скачка нужен арогенез с вредными факторами и риском гибели. Приспособленный к арогенным счкачкам геном представляет собой самостоятельную форму жизни без эффективной адаптации для решения конкретных задач. Похоже на властную элиту в правительстве и окрестностях, оторванную от жизни населения в целом.

В целом исследователь видит какой-то свой уровень жизни, в сложности которой отражается ее эволюционная история. Чтобы представить, что там происходит, хорошо подходит сравнение с властной элитой.

«Утром мажу бутерброд, сразу мысль: а как народ?» – бессмертный юмор сказки про «Федота стрельца, удалого молодца» Леонида Филатова. Люди склонны завышать возможности человеческой или генетической власти, обвиняя ее в неэффективности и неправильности. Оценочные категории складываются в свой уровень жизни, паразитирующей на ее самовоспроизводимых формах.

За этим увлекательным занятием плохо видны прямые исследования без софистики. Тимофеев-Ресовский в Берлин-Бухе собрал эффективную команду и провел объемные исследования по изучению формирования признаков у плодовой мушки Drosophila melanogaster. Вот тут-то и была создана настоящая теория. «Дед» не плодил лишние сущности, он придумал линейку необходимой терминологии: пенетрантность и экспрессивность, генная среда и олигогены, фен как элементарный признак.

Подчеркнем: генетический анализ производится методом «черного ящика», который не вскрывается и не ломается, чтобы посмотреть, что там внутри. Условно говоря, скрещивая черный «ящик» с белым, можно получить больше информации, чем сломав его ради детского любопытства и потом долго ломать голову, зачем столько лишних деталей?

«Дед» Тимофеев-Ресовский был человек общительный и необузданный. Эволюционная генетика стала для него смыслом жизни. Германия меньше ограничивала внешние контакты ученых, что СССР. Стимулирующее влияние Тимофеева-Ресовского на развитие генетики сказалось в привлечении физиков в биологию и развитии конкуренции на пути к истине. Для гонки за Нобелевской премией дед указал прямой путь.

Рано или поздно реконструкции генетического анализа все же требуют подтверждающего выявления того, что там внутри. В микроскопе видна структура, которая при делении клеток в ходе создания нового организма ведет себя, как гены – хромосома. Естественно было постулировать, что гены находятся в хромосомах. Ген – не пункт программы, а совокупность некомплиментарных мутаций (аллелей), сгруппированных по cis-trans тесту.

Ген идентифицируется с помощью его испорченных копий. Так руководящая роль приписывается тому, что не мешает развитию. Вопрос о программе развития менделевская комбинаторная генетика оставляет открытым.

Теоретически должна была быть выстроена система параллельной терминологии для генетического анализа и молекулярной биологии: ген – транскрибируемый и транслируемый в пептид участок хромосомы, группа сцепления генов – хромосома, геном – совокупность генетического материала организма. Однако так называемая молекулярная генетика смешала все одну кашу.

Междисциплинарный подход выявляет идеологическую диверсию и потому вызывает ужас.

Программистам и продвинутым пользователям известно, что файл может быть разорван и разбросан по магнитной записи на диске – «хромосоме» компьютера, что в его работе как правило незаметно. На этом параллели не исчерпываются.

20 век был богат достижениями эволюционной генетики. Предпринятый Сталиным разгром генетики имел пучок последствий включая стимулирующие и консолидирующие. Профанаторы, конъюнктурщики, ученые-экспериментаторы и теоретики были по обе стороны баррикады, и в лагере Трофима Денисовича Лысенко и в стане его противников. Известный сексуальным характером руководства двумя биофаками одновременно в Москве и Ленинграде Исаак Израилевич Презент был блестящим полемистом. Иван Евдокимович Глущенко, академик-секретарь при Лысенко, был не правой его рукой, а левой головной болью, доводящей матерщинника Трофима до сердечных приступов.

Глущенко собрал и обобщил материал по генетической нестабильности задолго до Романа Беньяминовича Хесина-Лурье, который узаконил явление под названием «Непостоянство генома».

Под зонтом лысенковщины работала Фаина Михайловна Куперман, заложившая основы генетической инженерии растений in vivo. Понятно, все слова с корнем «ген» тщательно выбраковывались, но сути дела это не меняет.

Миссия Презента состояла в создании инструмента борьбы с мухолюбами-человеконенавистниками. На вооружение был взят Ламаркизм как антипод и формальной генетики и Дарвинизма. Научная составляющая мракобесного направления получила право на холизм, то есть целостный системный подход.

Однако и менделисты-формалисты не дремали. Исследования В.В.Бабкова Московской школы эволюционной генетики показало наличие системных эффектов в действии отбора. Возможны три варианта ответа на отбор: отсутствие изменений, подтверждающие микроэволюционную модель изменения частоты аллеля или эффект изменений признаков, не имеющих прямого отношения к мишени отбора. Например, разбалансировка или стабилизация.

Первый и третий варианты обусловлены явно системными причинами. Например, данные Марии Николаевны Сотской по отбору против крипторхизма у крыс показывают, что частота крипторхов не снижается. Очевидно, крипторхизм является манифестацией генетического шума. Подавить его можно с помощью отбора по эмпирически найденным маркерам. У каждой породы и даже семейства собак стабилизирующие маркеры могут быть свои. Лев Анатольевич Животовский нашел и описал пример на Дрозофиле.

Парадокс: высшие достижения системной генетики пришлись на период ее пребывания в плену редукционистской парадигмы. Системность в основе холизма оказалась на семь десятков лет вне закона. К ее апологету Александру Александровичу Малиновскому относились снисходительно и слушали не более чем из уважения к его происхождению.

Однако системность не только не умерла, но получила новый стимул. Кто выживает в катастрофе, системно выигрывает.

В конце 20 века в науке произошла революция и все казалось бы встало на свои места. Вернулся холизм. Основой формата эволюции оказалась структура динамического хаоса великого североамериканского математика Эдварда Лоренца. Эволюционизм занял свое место в составе синергетики как часть физики без права на словоблудие. Эволюционная генетика стала какой-то всеобъемлющей, приобрела универсальное значение.

Почему об этом практически неизвестно не только широкой аудитории, но и самим ученым? Вопрос требует отдельного прямого изучения. Мы не знаем причин информационного цикла: генерация, эмиссия, сукцессия и рецессия – почему одна информация остается в патиентном варианте, другая становится типичным эксплерентом? Что за причина ее потом убирает, если это не видимый виолент, или, наоборот, почему она остается навсегда воспроизводимым участником информационного обмена? В примерах тысячекратного тиражирования было невозможно выявить источник эмиссии, тем более генератор в лице автора. Разработчикам поисковых машин пришлось принимать специальные меры против эксплерентного сукцессирования.

Важнейшей частью генетики стало открытие в США Барбары Макклинток элементов, управляющих работой генов окраски зерен кукурузы. Фокус в том, что эти управляющие элементы меняли свое положение в хромосоме. Макклинток оказалась самой упорной из группы генетиков кукурузы. Нобелевская премия для Макклинток достаточно необычна – открытие мобильных элементов сделано методом «черного ящика», как и законы Менделя. Далеко не все поняли причину, по которой Макклинток стала национальной гордостью США, столь сложна для восприятия оказалась логика ее выводов.

Сами мобильные элементы были известны сначала для бактерий и назывались транспозонами. Признание феномена пришло с трудом и только после открытия в хромосомах Drosophila melanogaster последовательностей с меняющимся положением.

Авторы открытия, сотрудники лаборатории Хесина в РБО Курчатовского института Евгений Ананьев и Владимир Гвоздев придумали название «мобильные диспергированные гены» (МДГ). Заслуженную нобелевку они не получили. Мало того, сначала результаты работы были восприняты как ошибка эксперимента. Когда работа получила признание, случилась Государственная премия.

Казалось бы, после открытия Макклинток мобильные элементы надо было целенаправленно искать путем «взлома клетки», дополняющего результаты из «черного ящика».

Название МДГ не прижилось. К настоящему времени МЭ так же признаны, как горизонтальный перенос генетического материала, роль невоспроизводимых уникальных событий или симбиозогенез, открытый Константином Мережковским век назад.

Мобильные элементы принесли много интересного. В частности, их регуляторная роль в переключении экспрессии генов в онтогенезе связана с самоорганизованными воспроизводимыми изменениями их паттерна в хромосомах. Это показали эксперименты ленинградского генетика Леонида Зиновьевича Кайданова.\

Эволюционизм обрел базу в форме эволюционной или динамической генетики. Однако тут должен быть и третий родитель – формализованная наука экология, превращенная западной пропагандой в политическую проститутку наподобие советской политэкономии. Только с экологией ситуация оказалась более плачевной.

Однако ее адекватное изложение существует и его представил на лекции полит.ру 15.09.14 красноярский лимнолог-эколог Егор Сергеевич Задереев. Симптоматично, что на лекции возник спор. Пожилой и заслуженный ученый-эколог упорно доказывал Задерееву, аудитории и самому себе, что экология – soft science, законы ее созданы более полувека назад и в следующие полвека прорыва не будет. Что противоречит действительности, потому что экология – пример сильной хорошо разработанной формализованной науки, одновременно допускающей неискаженную увлекательную популяризации.

Именно это и продемонстрировал Егор Задереев. На лекции он представил дискредитирующие науку «законы» полит-экологии. По сути это четыре слогана, которые бесят ученых: «все связано со всем», «все должно куда-то деваться», «природа знает лучше», «ничто не проходит напрасно». Вариант – «за все надо платить».

Тем более уникален приведенный Задереевым пример судьбы закона конкурентного исключения. Работу называют основной современной экологии. Георгий Францевич Гаузе опубликовал ее в 24 года и его авторство получило мировое признание, что уникально для российского/советского автора. В подавляющем большинстве случаев получается наоборот – мобильные элементы генома, короткие РНК, орбитальная (космическая) биология, жидкие кристаллы, радио. Достойна внимания «экология медийного поля» в формулировках депутата Андрея Туманова, больше известного в качестве издателя «Ваши 6 соток». Схема из трех экологических стратегий имеет сферу применения намного шире собственно экологии: виоленты, патиенты и эксплеренты. Как и законы экологии или теории Макроэволюции, это типичные hard science, причем очень «hard». Явление описано давно как феномен поризма последователями Тимофеева-Ресовского – Корогодин, Лучник и др. (например, http://pptonline.ru/slide/id/402316). Используется методом индукции.

Однако в Кембридж Гаузе все равно не взяли и вот это типично. А на последователей Тимофеева-Ресовского упала критика, справедливо предназначенная совсем другому ученому, известному научным воровством и интриганством.

Кто это, можно посмотреть в сводке Богданова, где пост-лысенковскому испытанию генетики на прочность посвящена целая глава.

 

Глава 4. Катастрофический механизм возникновения нового (общая схема Макроэволюции)

Для большой эволюции известны два генетических процесса. Представители изолированных эволюционных школ неоднократно придумывали разные пары терминов, имея в виду одно и тоже. Мы применяем слова аллогенез (постепенная эволюция) и арогенез (катастрофа). Макроэволюция в любом случае следует одной общей схеме из четырех возможных режимов – катастрофа, стабилизация, стагнация, необратимая внеорганизменная форма бессмертной жизни с безумным накоплением шума, избавиться от которого уже не может.

Переключение режимов происходит под воздействием внешних факторов или сочетания параметров, эстетического отбора и пересадки на свежую среду. Тут вновь и вновь возникают параллели генетической и общественной сфер. В частности, Государственная Дума служит таким же инструментом манифестации неявных перемен массового сознания, как тело – состояния генома. Причем речь идет о виртуальном информационном потоке, а не о сером прогнившем здании Совета Труда и Обороны на Охотном ряду. Если разговоры о строительстве нового парламентского центра будут переведены в практическую плоскость, это может изменить пространственно-временную структуру хаоса во властной системе и роль Госдумы будет какой-то иной.

Режимы массового сознания переключаются PR-потоком включая законы или их обсуждение на основе завихрений в структуре хаоса. В культуре растительной ткани может быть применен широкий спектр факторов включая такие, которые по отдельности снижают выживаемость, а совместно дают синергизм с возникновением новых форм и превышения исходной жизнеспособности. Физический механизм фактора не всегда важен, действие больше зависит от состояния системы.**

Благодаря инновационной организации человеческого генома, в зависимости от нашего состояния генетическим оружием может стать буквально все что угодно и оно активно используется. Роль макроэволюционного фактора сыграли те же выборы, которые в 2003 году убили либеральный электорат. Приемами воздействия на генетическое состояние общества блестяще владел Сталин, изредка позволяя себе даже действовать против ожиданий массового сознания. Запрет абортов в сочетании с расстрелом за побег за границу дал в результате сквозь волну шума в потомстве положительные изменения. И это при том, что детей тогда ненавидели. Подобные приемы как и любые формы проявления террора стрессируют популяцию, вызывая генетические перемены подобно тому, как действуют на культуру ткани in vitro супервариабельная тимусная ДНК, колхицин, регуляторы роста растений.

Подчеркнем, что новое возникает только в катастрофическом режиме, будь то выход позвоночных на сушу или журналистско-депутатский креатив, способный пробить глухоту общества к информации о какой-то новой надвигающейся разрушительной проблеме.

Сложилось так, что постепенную эволюцию описывать удобно и диссертабельно. Больше подходит для тех же целей только раковая форма жизни. Тщательно выстроенные на таком материале науки не распространяются на происхождение самого материала. Оно остается в тайне и ставит основополагающие вопросы.

Если исследователи эволюции видят на ее пути лишь упрощения, откуда берется первичная сложность? Приспособление к конкретным условиям происходит без повышения уровня организации и сопровождается редукцией числа хромосом, запаса ДНК в геноме, генной нагрузки признака.

Второй вопрос усложняет и без того неразрешимую задачу. Раковая жизнь бессмертна в том плане, что выключить ее может только прекращение культивирования, доступа к свежей среде и притоку ресурсов. Раковая жизнь служит неиссякаем источником искомого разнообразия, однако принципиально нового не порождает.

Очень жаль, но это факт: механизм катастрофы с выходом на новый уровень развития системы лучше описан в художественных произведениях, чем в научной литературе. Один из наиболее адекватных вариантов каждому русскоязычному ученому знаком с детства – «Буратино» Алексея Толстого. Римейк «Пиноккио» отличается от вдохновляющей модели строго тем, что нам нужно для понимания динамики катастрофы. В сказке представлен репрезентативный набор факторов, условий, персонажей и исхода в очевидном месте, где его никто не искал. Просто не приходило в голову.

Если вспомнить место и время, где это было написано, то понятно, что автором была сама природа этой странной страны России.

Если будущее человечеству может на раз вытесать из предсуществующего полена любой плотник Папа-Карло, то почему это недоступно академику? Видимо, действует правило Копа происхождения от неспециализированного предка

Впрочем, упреки ученым не слишком оправданы. У них все в запасе есть и они отлично знают, где вход в светлое будущее за нарисованным очагом. И столь же отлично знает наука, что там тот же театр, только нарисованный во исполнение заложенного в человеке стремления к идеалу.

Полезная вещь – стремление к идеалу, эта уникальная особенность человека бывает вредна иллюзией прямого пути. «Окно возможностей», как теперь говорят, открывается исключительно в катастрофическом режиме. Фигурально выражаясь, когда цирк сгорел и клоуны разбежались, палач запил, Карабас-Барабас запутался в бороде и далее по трафарету шрамов на судьбе человечества от безжалостных ударов турбулентности в структуре динамического хаоса.

В дикой природе происходит ровно то же. Только дикая природа сказок не пишет, она сама сказка в театре вечности.

Схема «Буратино» стала национальной идеей для инновационной страны. Сказка хороша тем, что каждый может извлечь из нее свой вывод и найти в ней свою долгожданную роль. Наступает момент, когда в улове из удачно заброшенной сети приходится искать консолидирующее начало.

Для процесса познания консолидирующее начало возникает через формализацию в той форме, которая будет принята сообществом. Иными словами, и тут та же эта самая чертова эволюция. Никуда от нее не деться. В формализации самое страшное фальстарт. «Вдоль дороги лес густой с бабами-ягами, а в конце дороги той плаха с топорами» – сказка не кончилась, чтоб перевести дух и сладко уснуть. Пошла другая серия, а до идеала, как до Луны пешком.

В дикой природе консолидирующее начало возникает без всякой национальной идеи. Возможно, национальная идея есть у скота навязанной России фризской породы и каждый пастух это знает. Стада одинакового черно-пестрого окраса шкуры необратимо смешиваются, достаточно коровам увидеть маркерный признак окраски на другом конце поля.

Возможно, это атавизм – эволюционная память сосуществования предшественника домашнего скота в лице истребленного человеком тура. В стаде больше вероятность избежать фатальной роли мишени.

В человеческом обществе консолидирующее начало возникает еще проще. Достаточно организовать на Руси очередное смутное время, встать во главе ополчения, затем организовать выборы в единственной уцелевшем после пожара постройке – Успенском соборе Кремля. И можно садиться за диссертацию. Благо протоколы опытов над страной записаны в форме летописей.

Так в чем суть консолидирующего начала и откуда оно берется? В любом случае очевидно, необходимы условия вредные на грани выживаемости. Фактор вредности – ключевой фактор любой эволюции. Вопрос в том. как формализовать вредность. Сама по себе она действовать не может и вообще не бывает. Чтобы создать вредность, надо иметь, кому создавать. Катастрофа на пустом месте не бывает. Будущее предсуществуует в настоящем.

Дело не во вредности. Было бы тело, а паразит возникнет, как мыши из грязи в представлениях виталистов. И хищники набегут из кустов. Мерзавец тот, кто посадил кусты? Хищники неподсудны как естественный финал эволюции. Один из неизбежных финалов – после паразитов приходят хищники.

В основе понимания живительной катастрофы лежит произвольно трактуемый антропный принцип в комплекте с менее известным и более прагматичным производным – антропным принципом в синергетике Сергея Михайловича Курдюмова.

Накопленные знания фундаментальные знания естественнонаучного толка обязательно сыграют в ответ на вредные факторы. Изначально эволюция шла за счет чисто физических причин начиная с волн в структуре хаоса. Человек со своей любознательностью естествоиспытателя не мог ограничиться ролью чистого наблюдателя и принялся создавать всяческие факторы. В основном вредные. А что будет с мухой-паутом, если оторвать крылья? Смотри-ка, она куда-то ползет...

Природа создала человека, чтобы он ее познал? И человек принялся экспериментировать на себе. Интересный вывод. Но отсюда так называемые мировые войны включая крестовые походы и особенно войны информационные.

Изобретательность человека по части вредных факторов поражает воображение. В результате изучения феноменологически сходных периодов человеческой истории поражает другое – скудость однообразия в ранге высшей эстетической категории. Фашизация с растворением собственного «Я». Одни и те же идеи для шизофренического оправдания войны, экспансии, жажды власти и стремления жить за счет других.

Все люди свободны и каждый свободный человек имеет не менее трех рабов. Евгеника была провозглашена в мимикрирующей под науку достаточно поздно, когда ее идея уже была проверена. Основатель евгеники, кузен Дарвина Френсис Гальтон, научно обосновал идею народосбережения избранной расы, а именно высшие слои англосаксов.

Цель была откровенно нацистская и это не скрывалось. Нам в контексте важно другое. И евгеники, и их предшественники с упорством, достоянным лучшего применения отстаивали идею жесткого разделения любви и размножения у человека. Наш опыт включая наблюдения над воспроизводством породы «Большой пудель» показывает, что лучшие результаты по влиянию на качество потомства получает именно любовь. Этот фактор перекрывает все остальное. Дети человеческие стали красивыми и счастливыми, когда с начала 70-х их вновь принялись зачинать в любви.

Зачем надо было с таким упорством провозглашать разделение любви и размножения? Возможно, людям требовалось оправдание взаимной злобы, сопровождавшей острые моменты истории. Злоба, раздражительность, взаимное непонимание – следствия эпидемического роста базовой тревожности, болезней сна и общения. Человек возможно самое чувствительное к изменениям в структуре хаоса животное. К тому же действует механизм положительной обратной связи.

Евгеники вполне ощущали себя генетическими инженерами и по факту были таковыми, роли своей не осознавая. Положительный эффект на людях может быть только системным. Сама идея в прямом применении несет боль, кровь и многочисленные страдания.

Тем, кто пойдет за нами, мы желаем описать катастрофу строго формально, когда наука в своем движении к недостижимому идеалу уйдет от сказок. Природа устроена просто. Сложность создает эволюция. Особенное нагромождение сложности имеет место в человеческом мозгу, когда он принимается писать картину окружающей реальности. Подглядывании за подглядывающим, описание системы описания особенно увлекательно. Так возникают теория цвета, теория хронотопов, теория эволюция.

В феномене человека все «особенно». Также предсказуемо, непреодолимо и неизбежно. Вредные факторы человек изобретает себе сам. Чтоб посмотреть что будет. Особенно женщины – над мужчинами, когда мужчины устали.

 

Глава 5. Волны жизни Сергея Четверикова и структура хаоса Эдварда Лоренца

В 1905 году вышла статья «Обзор бабочек Московской губернии» с описанием волн численности этих насекомых. Написал ее будущий творец теории микроэволюции (популяционной динамики) Сергей Четвериков, которого Тимофеев-Ресовский считал одним из своих учителей наряду с Николаем Кольцовым, также творцом теории микроэволюции наряду с американцем Sewall Wright.

В дальнейших интерпретациях волны жизни сузились строго до одного из четырех факторов популяционной динамики, меняющего случайным образом частоты аллелей в том промежутке, где мутационный процесс без каких-то ухищрений не может догнать естественный отбор. Однако данный фактор проявляется прежде всего в макроэволюции. У человека самым заметным выражением волн жизни является мода. Или так называемые «циклы Кондратьева» для экономики, описанные русским ученым Николаем Кондратьевым примерно в то же время, когда публиковал свои находки Сергей Четвериков.

Для истории циклы описал Арнольд Джозеф Тойнби. Его тщательно прописанная теория получила естественное развитие через физику. См. Кирилл Мямлин

 

 

 

 

В любом случае волны жизни проявляют структуру хаоса Эдварда Лоренца 1952, о чем можно было узнать из лекций Юрия Климонтовича на физическом факультете МГУ. Большие волны как правило имеют предвестников по принципу «будущее сегодня». Так, уже за сто лет до Холокоста граница эротики сдвинулась в пользу порнографии, отказ от естественной сексуальности и затем утверждение единообразия в ранге высшей эстетической категории погнали толпы людей строем друг против друга. Несколько поколений прожили вне постоянной видимости лиц другого пола.

О грустном в следующем разделе, а здесь укажем на один из итогов наших исследований. Если за волнами следить по одному-двум параметрам, они повторяются, чередуясь. Если расширить наблюдение до пяти-шести и более признаков (оцифрованных и формализованных), каждая волна становится неповторимой, даже если ее продолжительность не превышает одной-двух недель. Интересно, что структура хаоса проявляется в том числке и в самом эксперименте – как можно понять, именно с этим явлением столкнулся исследователь и популяризатор науки Симон Шноль.

 

Элементы макроэволюционной схемы можно видеть в самых разных и иногда неожиданных проявлениях жизни. Наиболее заметны волны жизни. В простейшем выражении это могут быть колебания численности. Относительно регулярные волны хорошо известны садоводам и огородникам, например, чередующиеся «яблочные года». Регулярность привычна и удивления не вызывает. В некоторых науках на основе естественной регулярности формулируют свои отраслевые законы. Например, циклы Кондратьева в экономики. В климатологии волны описаны на основе точных данных о температуре и других вычислимых параметрах. Схему в общем виде нам нарисовал Владимир Евгеньевич Чуров, председатель Центризбиркома России. Как правило, можно видеть наложение монотонной тенденции и колебаний в определенном коридоре возможностей.

Если школу времени сжать от лет к тысячелетиям, то тенденция окажется боком одного из зубцов пилы боку более масштабной тенденции. Растяжение масштаба времени покажет, какая из сторон зубца является сейчас тенденцией, рост или спад. Картина оказывается фрактальной. В масштабе лет человеческой жизни оказываются синхронизованы едва ли ни все показатели, поддающиеся численной фиксации в относительной независимости от манипуляций статистикой – смертность на дорогах, рождаемость и суициды, трафик на транспорте или в Интернете, покусы собаками в городе.

Что интересно, по данным эксперта в сфере проблем и причин агрессии Дмитрия Кавтарадзе, собаки больше кусают людей с возрастом климакса и особенно пубертации. Сам покусанный обычно утверждает, что собаку не дразнил и вообще напала она неожиданно, однако доктор не верит.

Совсем другая картина получается, если следить за каким-то одним процессом с множеством параметров. Желательно не меньше десятка. Тут как повезет, потому что чем больше параметров, тем теоретически надежней, однако сложность обработки массива возрастает. Институт мозга Фогта, в котором в Берлин-Бухе работал Тимофеев-Ресовский, в Москве вел исследования по поиску закономерностей в ритмах электрической активности мозга. С тем же успехом климатологи ищут закономерности в ритмах погодных показателей.

Возможно, мешает не столько дефицит компьютерной мощности или программистской грамотности, сколько зависимость от политической конъюнктуры. Если отнестись к задаче проще, можно видеть на оси времени достаточно независимые блоки событий – естественные кластеры, причем каждый со своим «лицом» в форме набора параметров.

 

Глава 6. Для чего нужна адекватность терминов: эволюция – микро или макро?

Начнем с простого. Точнее, не с простого, а хорошо выученного. Типичным примером мироэволюции в пределах вида считается история индустриального меланизма березовой пяденицы Biston betularia. Смог – такое же чисто английское национальное понятие, как тоска или интеллигенция – русское. Смог в Лондоне отражал промышленный подъем. Для этого требовалось добывать и сжигать много угля. Дым и копоть накрыли страну. Закопченными оказались даже стволы берез в лесах. Белые бабочки на темном фоне стали заметными на радость птицам.

Эволюционный ответ не заставил себя ждать, крылья бабочек из белых сделались темными. По мере развития технологий небо очистилось от дыма. Смог с улиц Лондона ушел в историю. Бабочка пяденица так же быстро снова стала белой.

Что произошло? Согласно выученной на студенческой скамье схеме, микроэволюционный процесс начинается со случайной мутации и заканчивается естественным отбором, который подхватывает ставшее адаптивным изменение. До сих пор непонятно почему живуч в дискуссиях вокруг Дарвинизма «кошмар Дженкинса»: естественный отбор не может «работать» с низкими частотами аллелей. Фактически мы натыкаемся на временной запрет, так много лет потребуется на то, чтобы один ген завоевал всю популяцию, пройдя путь от ничтожной частоты естественного спонтанного мутационного фона до ста процентов популяции.

В профессиональном просторечии принято говорить «ген». Подразумевается понятно мутантный аллель, вытеснивший свою нормальную альтернативу, ставшую невыгодной в изменившихся условиях. Критика Дарвина основана на невнимательном прочтении. Его труд «Происхождение видов» так написан, что каждый находит в нем то, что ищет. Находят телегонию или «три к одному» Грегора Менделя. Есть у Дарвина и факторы, способствующие естественному отбору.

Полную схему микроэволюционного процесса представил Сергей Сергеевич Четвериков в обширной статье «О некоторых моментах эволюционного процесса с точки зрения генетики». И был бы забыт и остался бы единоличным родоначальником теории микроэволюции североамериканец Сьюэл Райт со своей статьей «Эволюция в менделеевских популяциях». Позже присвоение приоритета стало для США нормой. А тогда в ход описанной истории науки вмешался со своими барскими замашками не терпящий возражений Николай Владимирович Тимофеев-Ресовский.

Битые советские ученые его боялись. Пугала свобода этого человека, его многочисленные знакомства с западными учеными и их восхищение перед ним. Было принято отмежевываться от него как фигуры одиозной. Научный подвиг совершил Алексей Владимирович Яблоков изданием на русском языке исследований Тимофеева-Ресовского в развернутом виде приложения к эволюционным процессам вообще.

Вопреки расхожему мнению об опытах на людях, генетические исследования Тимофеева-Ресовского ограничивались Дрозофилой. Выборки были настолько огромные, а результаты настолько впечатляющие, что на другое времени не было. Результатом стала «Зеленая тетрадь» – публикация в малоизвестном журнале, ставшая судьбоносной для научного сообщества. Шредингер написал эссе «Что такое жизнь?» Физики узнали, что генетика – точная наука, и нашли в ней достойное применение своим талантам.

На Запад Тимофеев-Ресовский не ушел, в награду за иррациональный патриотизм угодил за решетку, потом в шарашку. Наконец даже до Пленума ЦК КПСС дошло, что Тимофеев-Ресовский – существенная деталь витрины страны. Эту линию его судьбы завершил Виктор Иванович Илюхин, именно ему был поручен идеологически опасный проект реабилитации непопулярного на Родине ученого. Позже в роли депутата Госдумы Илюхин подобные миссии выполнял неоднократно и умер не своей смертью. Скорее всего, просто переволновался, неся людям истину, ими отторгаемую.

История Тимофеева-Ресовского, его происхождения, работы в Берлин-Бухе, отказ от Запада, осуждения, шарашки и реабилитации исполнена случайностей. Судя по рассказам Елены Алексеевны Ляпуновой, отправной точкой реабилитации одиозного ученого стало ДТП – машина генерального прокурора удачно столкнулась с машиной эволюциониста Николая Николаевича Воронцова. Завязался разговор, который естественным образом вышел на Тимофеева-Ресовского.

У каждого генетического объекта есть своя разрешающая способность в понимании Нины Николаевны Орловой. Бабочка красива, но у нее нет описанной индивидуальной судьбы. Описать некому. Гора обездвиженных Дрозофил в конце рабочего дня навевает тяжелые аналогии. Гибридный дизгенез у мух выглядит мутационным фоном и его можно считать, а у людей становится причиной неистребимой базовой тревожности.

Судьба Тимофеева-Ресовского является типичными примером полноценного эволюционного процесса, который мы сейчас пытаемся описать. На основе значительного массива знаний Тимофеев-Ресовский упростил схему микроэволюции до четырех факторов – спонтанный мутационный процесс, изоляция, колебания численности и естественный отбор.

А кто придумает пятый, тому трешку на пол-литра, – сказал дед в последнем своем спецкурсе для кафедры генетики МГУ и для пущей убедительности продемонстрировал вынутую из кармана мятую трехрублевку.

Он подробно описал все четыре фактора. Рассказал, как могут выражаться действия аллелей в зависимости от генной среды. Определил понятия фена, пенетрантности и экспрессивности на примере фенотипического выражения мутации прерывистости поперечной жилки крыла Дрозофилы – vti. Выстроил схему генетической детерминации признака. Наиболее впечатляющим были рассказы о факторе «волны жизни» Четверикова.

Схема микроэволюции стала популярной. Возникла настоящая игра в жизнь – не крестики-нолики, а более сложная. Со временем игра переместила в компьютеры и унифицировалась. До этого один и тот же фактор случайности как только ни называли – генетико-автоматические процессы, дрейф генов, эффект горлышка бутылки и так далее. Колебания численности популяции в природе колоссальны. При этом исключительно случайное попадание носителя некой мутации в число выживших поднимает ее частоту на три-четыре порядка.

И все бы хорошо, однако никакого отношения не имеет это к истории индустриального меланизма березовой пяденицы. Развитие молекулярной генетики показало, что многие известные мутации не были случайными заменами оснований в ДНК – транзициями в кодонах. Зачастую можно было видеть инсерции (вставки) так называемых мобильных элементов в операторную область гена, управляющую транскрипцией – синтезом РНК-матрицы для последующего построения пептидной цепи.

Иными словами, никакой случайной мутации как повреждения не было. Изменчивость предсуществует и следствием простого мутационного процесса не является. В природе можно видеть некий системный процесс с необходимом вкладом самоорганизации. Как минимум, приходится констатировать неслучайность стохастики, как в самой судьбе ученого Тимофеева-Ресовского.

Вот так мы подошли к ключу разделения микро и макро. Теория микроэволюции, или более точно динамики частоты аллеля в популяции, представляет собой чисто комбинаторную схему. Фактически это расширение на популяционный уровень законов Грегора Менделя. Для кодоминатных аллелей, которые оба проявляются в фенотип в гетерозиготном состоянии, можно на популяционном уровне изучать соотношения Харди-Вайнберга – аналог соотношений Менделя, и таким образом идентифицировать гены без изучения массового потомства лабораторных скрещиваний, если объект этого не позволяет. Например, касатки или человек.

Короче, микроэволюция – та же комбинаторика без учета системных эффектов. Если есть системные эффекты, то это уже сфера теории Макроэволюции. Она не выше и не ниже, шире или глубже, – она другая.

Исследования Василия Васильевича Бабкова показали три варианта ответа на отбор. Микроэволюционная схема описывает один из трех. Может не быть реакции вообще. Кинолог Мария Николаевна Сотская по своему опыту знает, насколько бесполезно вести отбор против крипторхизма. Однако кинологическая практика показывает, как в некоторых линиях разведения можно находить незначительные для жизнеспособности признаки, отбор против которых генетически стабилизуют потомство. Классика – неполнозубость, в русской кинологической школе такие собаки до разведения не допускались. На примере Дрозофилы строго описан случай использования стабилизирующего маркерного признака Львом Анатольевичем Животовским.

 

Глава 7. Что все-таки это такое – Макроэволюция?

Нехорошо отталкиваться от отрицания, однако мы так и не наши пути иного в столь чувствительном вопросе, касающемся каждого любознательного человека. Попробуйте забить в поиск слово «макроэволюция» в любой поисковой системе, которой оказываете предпочтение. Обнаруживается доминирующая тенденция научного возрождения десятых годов нового века: конкуренция словарей и энциклопедий отражает смену системы авторитетов. Палеонтолог Александр Владимирович Марков замещает в ссылках на макроэволюцию генетика Николая Владимировича Тимофеева-Ресовского. Он сам подобный процесс в дикой природе называл «викарированием».

Тимофеев-Ресовский был известным изобретателем терминов. Пенетрантность и экспрессивность генов вошли в классику генетики. С фенами получилось сложнее из-за неоднозначности толкований. Есть такая проблема. Некоторые термины вдруг получают популярность на уровне устойчивых мемов, что касается и самого этого слова, предложенного Ричардом Докинзом в его гениальной работе «Эгоистичный ген».

Популярность красавицы вызывает бурные чувства и каждый жаждет внести в ее жизнь что-то свое. Некоторые строгие термины теряют смысл – ген или фен, система и информация, кластер и многое другое начиная с такого, как нация.

Макроэволюция представляет собой исключение. Этот термин не терпит разночтений. Доминирующей результат в сети отражает «Яндекс.словарь»: «Макроэволюция, совокупность процессов эволюции живых форм, протекающих на надвидовом уровне, то есть после установления практически полной межвидовой изоляции и прекращения нивелировки достигнутых различий путём скрещиваний».

И вот тут есть два неприятных момента. Во-первых, сам Тимофеев-Ресовский имел в виду другое, только что надо было его слушать, а не читать написанное с его слов другими. Вот так далеко за пределами политики мы сталкиваемся с чисто политической монополией на мышление. Изъяты из публичного оборота альтернативные попытки. Например, выдающийся историк генетики Василий Бабков, неизлечимый аристократ, в своих попытках всех примирить ввел термин «мегаэволюция» наряду с микро и макро.

Во-вторых и в главных: на привязанном к систематическому делению определении мы далеко не уедем – до вида «микро», выше вида – «макро». Просто останемся в пределах заколдованного круга. Что и наблюдается, эволюционизм бежит белкой в колесе. Белочка красива, колесо сверкает в лучах восхищения публики, оставаясь игрушкой без приложения. И орешки все грызет в красивой сказке. Не случайно Александр Марков отрицает возможность интерпретации макроэволюцией того же политического процесса. Ученые предпочитают утверждать отсутствие эволюции человека. Вопреки тому, что мы видим собственными глазами, признанные авторитеты считают человека стабильным на протяжении десятков тысяч лет.

Ученым проще признать весь массив человечества единым видом, хотя это очевидно не так даже по железобетонному критерию различия морфологии половых органов. Пока ученые остаются в глухой несознанке, воротилы секс-туризма отлично выучили, у каких наций какие пенисы и какие вагины и что с чем опасно несочетается. Разные мы и в этом суть. Мало того, живешь на одном месте в той же Москве, где родился, и видишь перемены во времени больше, чем можно попасть в один и тот же миг времени на разных географических точках планеты.

Факт находки пальца «денисовского человека» вызывает раздражение. Из-за расшифровки геномов история состыковалась с палеонтологией. Новации в генетике всегда оказывали на современников эффект, близкий к ужасу первых описаний паровоза на железной дороге.

Проблема в том, что способные к эволюции формы имеют размытый видовой статус включая прежде всего человека. У них особая популяционная структура полуколониального типа и генетическая конституция с заметно выраженной оперативной компонентой. Ее еще называют факультативной, потому что без нее вполне можно обойтись. Но только в стабильных условиях, когда не надо переживать катастрофы и можно сотнями поколений устраиваться поудобней в своей постоянной и надежной нише.

Второе название факультативной компоненты генома согласно В.В.Попопу – оперативная. Она стала полигоном экспериментов. В то же время облигатная компонента генома консервативно работает, обеспечивая при различных потрясениях синтез белков и энергетический обмен.

Облигатная (консервативная) и факультативная (оперативная) компоненты генома разделены прежде всего по типам рекомбинации, в которую они вовлечены. Консервативное единство вида поддерживает половая или вертикальная рекомбинация – комбинация хромосом в гамету, комбинация гамет в зиготу и кроссинговер. Половая рекомбинация затопляет адаптивные генные блоки. Например, блоки генов патогенности и вирулентности. Зоны их локализации в хромосомах от половой рекомбинации защищены. Некоторые формы полностью отказываются от традиционного полового процесса, используя для поддержания единства вида суррогаты. Например, несовершенные грибы или чеснок.

Причина проста и понятна. Представьте результат смешения программ производства автомата Калашникова, вертолетоносца Мистраль с изъятой начинкой и креативным творчеством анекдотов про Сталина или Гитлера, имеющем нынешнее продолжение. В дикой природе случаются намного более причудливые сочетания. Получается мусорное сочетание значимых кусочков. Вот именно потому и недостижимо промышленное производство биологического оружия, что в живой системе без постоянного применения сохранить агрессивный блок невозможно. Это все равно что есть и спать с женой постоянно в каске, бронежилете и с автоматом только потому, что за окном постоянно мерещится под предводительством ее любовника армия стратегического противника.

В хромосомах нет отдельного заповедника для оперативной или консервативной компоненты, их элементы взаимно вставлены друг в друга.

Есть еще затырка, касающаяся роли уникальных событий. Почти сотню лет развития генетики их просто не считали имеющими право на существование. Опубликовать статью было невозможно без подтверждение статистической достоверности, не говоря уже о защите диссертации. Между тем дотошный Юрий Викторович Чайковский со своим физическим образованием давно твердил простую истину о расхождении частоты и вероятности. Как следствие – отсутствие моментов распределения. Как без этого показать статистическую достоверность?

Чайковского уважали без понимания. Потом и уважать перестали. Он на свою беду назвал биоинформатику грантоедством и удостоился из того лагеря ярлыка «не ученый». Что-то подобное сделали в прошлом и с автором адекватного определения информации Андреем Колмогоровым и с апологетом системности Александром Малиновским.

Любопытная картина перипетий и катаклизмов с пониманием Макроэволюции отражает... отражает ее самое в дикой стороне искусственной природы человека. А ведь надо еще отделить микроэволюцию, по сути эволюцией не являющуюся.

И еще один прискорбный факт. Вековое победное восхождение к вершинам генетики, молекулярной биологии, биофизики ничего не открыли нового в феномене происхождения жизни. Определение великого Энгельса утратило доверие неверным. Белки возникли уже во время существования нуклеиновых кислот, когда ферментативную роль играли рибозимы. Жизнь оказалась фактом существования не белковых тел, а чего-то более универсального типа информации. Но и это еще не самое неприятное.

Самое-самое неприятное в том, что средневековые понятия вроде теплорода, эфира и жизненной силы выстроились в очередь за стеклянной дверью официальной науки, зловеще ухмыляясь с уверенностью, что без них не обойдутся и возможно даже позовут обратно.

Писать в начале 21 века о роли в эволюции Vis vitalis может человек, рассчитывающий на признание разве что на костре. Однако уже есть пример введения в оборот понятия структуры динамического хаоса (в иной терминологии – «кипящий вакуум»). История давняя и как всегда фантаст подключился – писатель Рэй Бредбери подкрепил идеи математика Эдварда Лоренца.

Теория макроэволюции в своем изложении наталкивается на проблемы языка, но с другой стороны, допускает множественность паритетных интерпретаций. Источником ее формализации может стать структура хаоса. Ее придумал автор первого аттрактора-бабочки американский математик Эдвард Нортон Лоренц http://www.rian.ru/review/20080417/105288078.html (23.05.17-16.04.08) и развили в советское время апологеты синергетики и теории катастроф Курдюмов, Климонтович, Арнольд, Чайковский, Блюменфельд и многие другие, кто прятался за Пригожиным от жестоких страстей советской науки.

Образ бабочки Бредбери вдохнул жизненную силу в идеи Лоренца и обеспечил единство адекватного понимания. Спустя шестьдесят лет мы дожили до появления учебников нового типа. Книжки Сергея Деменока «Просто хаос» и «Просто фрактал» стали поистине судьбоносными.

Трудно назвать такой расклад судьбы удачным, Однако большинство идейных прорывов связаны с преодолением некой задержки. Консервативное научное сообщество не желало видеть прошедшую в конце прошлого, бурного двадцатого века революцию в способе построения естественнонаучной картины миры. Трудно поверить в приверженность ученых моде в науке, но это факт. Мода – по сути, те волны жизни, о которых написал в 1905 году основоположник современного эволюционизма Сергей Сергеевич Четвериков в статье «Обзор бабочек Московской губернии». Бабочки были тогда существом сакральным.

Об этом далее. Здесь остается кратко сформулировать, что такое макроэволюция, чем микро от макро отличается и почему это так важно понимать.

 

Глава 8. Стайность и стадность, миграции пиковые и маятниковые

Итак, теория Макроэволюции тоже основывается на простой схеме из четырех факторов. Столь же особую, ключевую роль на системном уровне сохраняют изоляция и волны жизни. Из черно-белых они становятся динамично окрашенными. Бывает, колебания численности заложены в самой биологии вида. Юрий Викторович Чайковский в своей книге «Зигзаги эволюции» описывает гигантскую гибель перед спариванием у термитов. Чтобы птицы и прочие хищники могли не спеша полакомиться, в природе термита заложен механизм обламывания крыльев.

Значительная гибель перед спариванием известна для нереид в океане или поденок в речке. Подмосковные птицы до вступления в размножение погибают более чем на 98%. У человека что-то подобное происходит на фазе сперматозоидов. Объяснить, зачем нужны они в количестве десятков миллионов, можно только макроэволюционной схемой.

Среди выживших после такой гигантской гибели можно обнаружить самые экзотические сдвиги в сторону очевидных неслучайностей.

В системной макроэволюционной схеме существенно, что любое физическое воздействие может сыграть роль любого фактора в зависимости от состояния системы. Их четыре, по два в когерентном режиме и некогерентном. Когерентный режим легко наблюдать и вполне диссертабельно описывать. Отбор работает, как ему положено. Происходит либо стабилизация после прошедшего генетического потрясения, либо стагнирующее безбедное существование в относительно стабильной нише.

Наиболее важной для эволюции является фаза катастрофы. Описывать катастрофу нетрудно, но политически опасно. Публичные фигуры всевозможного толка растащили элементы катастрофы на дрова для костров политических амбиций. Двадцатый век приучил людей говорить о страшном безразлично. Люди на трибунах с микрофонами накачивают градус трагизма в риторике и люди по ту сторону экрана перестают воспринимать исключительность катастрофы. Наблюдение за наблюдающими заставляет задуматься, не является ли катастрофический режим имманентным для феномена человека?

Товарищи ученые тем временем закопались в свои опыты, оставив общественную поляну самозванцам и просто кликушам. Само их появление на исторической арене – типичные волны жизни. Нашествие пророков, мессий, колдунов, проповедников и просто шутов с цирковыми клоунами стало типичным признаком особого времени в истории народов. Мем «эпоха перемен» отражает дань ее значимости для будущего, ибо время это скоротечно.

Проблема теологического подхода не споре о факте существования человека по имени Иисус из Назарета, а в том, что избранным его сделали сами люди из множества ему подобных. Сам первосвященник Иудеи не мог вспомнить, кто был среди прочих тот, кого обожествили для новой религии. Правдоподобную версию Фейхтвангера о словах Гамалиил из Ямнии можно списать на авторский замысел. Чего нельзя сделать с фактом: Тит Веспасьян рассеял евреев и традиционная религия ослабела в роли консолидирующего фактора.

Перемены можно наблюдать во всем, что можно наблюдать. Люди начинают массово перемещаться, ищут приключений на свою голову и прочие части тела. Растет брачное расстояние. Обычными становятся экзотические мезальянсы с появлением детей от родителей без общего языка, которые за всю совместную жизнь доброго слова друг другу не сказали. Бывало, что дрались со взаимным чувством лютой ненависти. Или наоборот, в жарких объятьях запутывали цепочки нательного крестика и могендовида. Безумное время рушит преграды сословные, кастовые, пространственные, возрастные. Их дети, кто выжил, выросли без норм жизни, традиций, материнского опыта и отеческих наставлений, пополнили нестройные ряды интеллигенции с ее русской тоской.

Что им оставалось делать, если только не учить других тому, чего лишило их само лихое время? В итоге человечество накопило огромный массив всевозможных описаний макроэволюционного режима катастрофы на примерах собственных судеб и ощущений. Во многих очевидно прослеживаются признаки гибридного дизгенеза с привязкой собственной тревожности к жизненному кризису, пубертации или климаксу, к времени года или даже суток, к собственному «лунному циклу» или циклу природному. Особо тревожные и чувствительные – золотой фонд нации, они находят себе применение в управлении массовым сознанием. Тревожные люди первыми чувствуют новую волну, способны оседлать ее, привлечь внимание к себе одними словами и обеспечить своему личному существованию «красу, чины, богатства, сей жизни все приятства...»

При этом народ может благополучно тонуть в крови и судорожно обеспечивать собственное выживание за свой счет, причем счет не малый.

Зоологи отлично знают, что как это происходит в дикой природе. Колебания численности сопровождаются сменами режимов оседлого существования на основе инбридинга или массового перемещения с гигантской гибелью и последующим ауткроссингом. Массовые миграции некоторых животных вошли в историю наподобие эпидемий. Саранча несла голод. Крысы, большинство которых утонуло по дороге из Юго-Восточной Азии, завоевали Европу. Хвостатые агрессоры покорили народы Европы не сами по себе. Они оказались контейнерами опасного для человека заболевания – чумы. По Евразии вслед за чумой распространились гены устойчивости, известные по системе четырех групп крови AB0.

Миграции крыс прошли исторически позже колонизации Нового света азиатами. Генов устойчивости у них нет и этим воспользовались конкистадоры, подбрасывая индейцам зараженную одежду. Так в покорении Америки сыграло свою роль биологическое оружие.

Кому не лень, может описать возникновение и распространение генов устойчивости к чуме в терминологии микроэволюции. Тут наиболее впечатляющий пример целый пучок вредных мутаций от всевозможных талассемий до серповидноклеточной анемии, указывающих на происхождение страдальца из бассейна Средиземноморья. Точнее, из ареала малярийного плазмодия. Оставим пример специалистам, они так и не пришли к общему мнению в данном вопросе. Пока шли споры, успешная война человека с малярией вызвала еще более успешную эволюцию комара – промежуточного хозяина удивительного паразита, происходящего от водорослей. Можно наблюдать вертикальную миграцию. Генетическая устойчивость к малярии придает человеку непереносимость лекарства. Паразитологи об этом не сразу узнали и очень удивились, почему победить малярию в Азербайджане оказалось невозможным. Известно, что для искоренения массовой заболеваемости не обязательно пролечивать или вакцинировать сто процентов населения, потому что получив барьеры передали, паразит отступает.

В случае малярии паразитологи-эпидемиологи столкнулись как раз с каналом передачи.

Массовые миграции животных вошли в историю наряду с крестовыми походами и прочими завоеваниями. Чем отличаются от набегов саранчи или крыс походы Мамая, Наполеона или Гитлера? Только тем, что природу не повесишь в петле, осудив на Нюрнбергском трибунале со взаимными обвинениями германского и североамериканского фашизма.

Редкое явление массового исхода характерно для эволюции животных включая таких экзотических, как люди или грибы. Отметим, что событие уникальное становится ключевым в эволюционной истории. Поражают воображение рассказы Юрия Таричановича Дьякова о том, как путешествовала по планете ржавчина кофе. Тут никаких контейнеров в виде крыс или комаров не потребовалось, споры несовершенного гриба просто перелетели через океан с пассатами. Критический объем заразного начала, что называется, ветерком надуло. Тут получился обратный поток. Ржавчина кофе попала из Нового света в Старый. Ей мы обязаны цейлонскому чаю. Кофейные деревья пришлось вырубить и перейти ради спасения бизнеса на другую агрикультуру.

Время движения паразитического гриба по суше оценивается скоростью столетия на материк. На океан ушло два года. Грибы – это такие удивительные животные, которые поставили массу рекордов биосферы. У них – огромный объем биомассы и самый большой организм м видом из Космоса, фантастическая саморегулируемая изменчивость и удивительная широкая специализация. Особая генетическая конституция с заменой обычного полового процесса на суррогатный парасекс сохраняет от затопления адаптивные блоки генов. Способность несовершенных грибов адаптироваться к новому напоминает системы макроорганизмов с генетической нестабильностью – нейрогенез животных с ВНД, иммунитет теплокровных, запасные белки высших растений.

Адаптивные блоки генов микроорганизмы передают друг другу как переходящий приз за экологическую смелость в покорении новой ниши в неожиданном качестве. Фактором взрывной эволюции как правило служит человек с его головотяпством и волюнтаризмом в принятии судьбоносных решений. Одно только бесконтрольное применение антибиотиков породило бурную плазмидную эволюцию бактерий. Мировая фармация наживается на страданиях настолько, что может «купить» в своих коммерческих интересах небольшую пандемию свиного или птичьего гриппа. Как меняется человек в ответ на массовое и бесконтрольное применение ненужных лекарств, должны оценить те ученые, которые либо подкуплены, либо подавлены. Цена вопроса превышает финансирование науки. В результате мы имеем антибиотики во всем, в еде и средствах гигиены. Ниша человеческих рук, ног и прочих органов включая мозги освобождается для тех же грибов.

Рукотворные волны жизни настолько политически запутаны, что по факту от разума людей не зависят и по сути являются теми же природными факторами эволюции.

У некоторых животных опасные миграции заложены в самом жизненном цикле – проходные лососевые рыбы, перелетные птицы, некоторые копытные.

Большие миграции, массовые переселения или агрессивные походы напоминают пресловутый девятый вал, отраженный в страшных легендах и на художественных полотнах. Предания о Бермудском треугольнике находят физическое обоснование. На карте мира действительно есть зоны особо мощной турбулентности. В зеркале земного океана их площадь незначительна. Однако влияние заметно. Быстрое течение привлекательно в смысле экономии времени и топлива. Если б течение было строго ламинарным, мы и не узнали о его физической природе. Повышенная гибель морских судов требует объяснений и физика в части строгого описания турбулентности пока не слишком преуспела. Пример не единственный, аналогичная ситуация с картиной электронных облаков молекул.

Регулярные миграции в сравнении с уникальными напоминают морской прибой. Волны прибоя бывают разными. Некоторые умиротворяющее ласкают ноги и более ни на что не пригодны. В других испытывают свои чувства отчаянные любители серфинга. Есть и такие, что заставляют держаться подальше от берега.

Берег, он как межа, – линия обострения противоречий.

Волны жизни в смысле теории познания напоминают поведение электрона с его сравнимыми проявлениями свойств волновых и вещественных. Явление существенно зависит от позиции наблюдателя и способа наблюдения. Сопоставление описаний различных волновых проявлений в дикой природе или искусственном обществе, во времени и пространстве, на карте города или в пульсации взлетов с падениями во времени показывает два момента.

Во-первых, исследователь в исключительно редчайших случаях видит гармонические колебания с параметрами частоты и амплитуды, поддающимися простой оцифровке. Усложнение картины появлением преград и вторичных источников тоже не составляют проблем благодаря интерпретируемости таких явлений, как дифракция (огибание препятствия) и интерференция (наложение волн от разных источников, первичных или вторичных).

Подавляющее большинство колебаний гармоническими не являются. Завкафедрой биофизики Биофака МГУ Андрей Рубин назвал такие колебания стохастическими.

Второй вывод состоит во всеобщности явления. Достаточно дать себе труд не ограничиваться удобными, диссертабельными моделями согласно моде в науке и окажется, что и сама эта мода в науке является стохастическими колебаниями. Иногда в науке случаются большие цунами революций, меняющих основу построения картины мира. Однако волны на поле идей есть всегда. В нематериальной сфере нет и не может быть полного штиля. Все зависит от масштаба измерений, как и на поверхности моря.

Кризисы человечества в интересах политики манипулирования массовым сознания и геополитической конкуренции упорно называют экономическими кризисами. Сопоставление событий начала нового века показывают отсутствие прямой связи данных социологических опросов о благополучии людей с параметрами экономики. Зато с событиями в природе связь есть, столь заметны повторения в то же время уникальных погодных явлений в форме цунами, наводнений и засухи.

Не надо думать, что природные явления свободны от человеческого фактора. Например, в США есть мнение о полезности лесных пожаров. Якобы, они создают возможности воспроизводства секвойи – национальной гордости североамериканцев. Национальное самосознание регулирует государственное управление, которое в свою очередь пытается держать под контролем волны сознания людей. Стихийные бедствия ставятся подарком правительству, неспособному обеспечить запросы населения. В их отсутствие приходится устраивать небольшую войну или большой теракт. За контроль и управление террористическим интернационалом идет настоящая война между крупными игроками геополитики.

Есть и более тонкие методы. Достаточно представить себе ситуацию, когда сознание человека, измеримое по системе ценностей, меняется пандемически. Эффективное управление имманентно включает социологический мониторинг и скрининг. Сами люди в большинстве не чувствуют, что стали другими. Изменения могут быть незначительными. Так, волна цунами может в тоже океана обогнуть земной шар. Сдвиг гигантских объемов водной массы на метр-два не заметен, пока не натолкнется на преграду берега. Дальнейшее известно: разрушения на несколько километров вглубь суши, сотни тысяч жертв. И опять человеческий фактор. Авария на АЭС Фукусимы использована против дешевой атомной энергетики, но ее могло и не быть, если бы власть Японии обладала достаточной суверенностью в контроле энергетики. Реактор североамериканского типа построен в цунами-опасной зоне с экономией с экономией на средствах защиты.

Человеческие «цунами» тоже становятся видимыми как катастрофы при столкновениях с препятствиями. Их строят создают искусственно направлением внимания общества на образ действительного или мнимого врага. Технологии управления включают организацию уличного протеста, развитие национальной коррупции и вынужденной миграции, внешнее финансирование системы СМИ и образования.

Специалисты по организации уличного протеста предъявляют обществу модели деструктивного поведения. Обработку сознания ведут через социальные сети путем дискредитации национального руководства. И опять же простое сопоставление. События Майдана в Киеве 2013 года планировались на 2011-2012 годы на Болотной в Москве. Опыт несвершения государственного переворота вошел в золотой фонд истории и придал ей сослагательное наклонение.

То, что во времена Гюстава Лебона выглядело как ремесло толпоэлитарного общества эпохи «века толп», давно стало войной технологий и по сути составляет единое целое с гонкой электронных систем вооружений. В макроэволюционной схеме мы имеем конкуренцию за управление факторами директирования для последующей стабилизации с хаотизацией для исключения стабилизации с целью введения системы в режим необратимой перманентной катастрофы.

Типичная генетическая инженерия в ее высшем выражении.

Война биотехнологий в генетической инженерии народа выражается прежде всего в сокрытии ключевых уникальных событий от внимания общественности или затоплении их, если скрыть оказалось невозможным. К первому варианту относится пример раскрепощения тарифов в бюджете-2002, ко второму – приезд в Петроград Ленина с германской миссией смены власти для сепаратного мира.

Подлая суть мотивации равно Анатолия Чубайса с его «реформой» ЕС России или Владимира Ленина с его сепаратным миром в пользу проигравшего агрессора не должна отвлекать от эволюционной сути каждого события. Благодаря развитию компрометирующей журналистики – метажурналистики – Чубайсу уже не суждено отметиться в истории позитивом. Ленин все же остался в памяти людей не только карикатурной фигуркой на броневичке, но и создателем ГОЭЛРО – ЕЭС, которую разломал Чубайс. Судя по описанию Дмитрия Быкова на основе дневников Крупской, ее Володя еще за полгода не знал, что ему суждено править одной шестой суши.

Неисчерпаемые возможности описания дают наблюдения за работой Думы как органа информационной трансформации. После провала «снежной революции» на Болотной площади встал вопрос дирекции в переходе к стабилизации. Вопрос решался во взаимодействии миссий сначала Евгения Федорова, затем Владимира Плигина.

 

У стайных животных в режиме катастрофы случаются не просто перемещения, а даже и такие конфузы, когда ведущим их вождем становится фигура случайная, генетически дефектная и за жизнь своего народа не отвечающая, с нарушенным половым поведением и болезненной социализацией. Известен казус главенства в стае обезьян самца, стащившего пустую канистру с человеческой помойки. Этот подлец оказался лишен естественного для животных с ВНД страха грома. Ему очень нравилось колотить одной из четырех своих рук по канистре, потому что соплеменники от этого впадали в ужас!

Все как у людей. За исключением одного: у людей волны жизни хорошо фиксируются в изменениях языка. Катастрофа почти всегда сопровождается массовыми заимствованиями, горизонтальными изменениями в произношении, системе окончаний слов или суффиксов. Характерный признак катастрофы – появление нового с возможностью увеличения сложности. Все другие режимы в лучшем случае поддерживают накопленное. Как правило, наблюдаются утраты с редукцией падежей и склонений, числа букв в алфавите и объема слов в словарном запасе, омертвлением некоторых языков.

С другой стороны, наращивание сложности в катастрофе среди прочего выражается в появлении и распространении необычных или откровенно уродливых конструкций, потому что становится моден эпатаж. Эпоха перемен несет потребность в эпатаже и вообще в переменах ради перемен без привязки в логике и к смыслу существования. Человек живет по принципам «живем один раз» и вообще как говорится «проснемся – разберемся».

Кто проснется, тонет в словоблудии с нагромождениями заимствований, окказионализмов и плеоназмов. Множество людей становятся признанными специалистами в области эволюции человечества, как бы ни называлась их должность или возглавляемая ими структура, созданная для привлечения финансирования.

Проблема теории Макроэволюции в ее простоте и доступности. Закономерности макроэволюции может невзначай сформулировать любой академик по котам или по котам, два редактора с корректором, кинохроника с прожектором, прочие профессора или даже медицинская сестра, не говоря уже о поэте – авторе увлекательной истории, очень жизненной и отнюдь не фантастичной. Особенно преуспевают в формулировках законов природы человека и жизни на Земле склонные к философии отечественные сантехники и прочие шабашники, к размеренной жизни не способные, без царя в голове и личных планов на будущее. Каким он может быть и обязательно будет для человечества, знают точно. В условиях жесткой конкуренции, борьбы за политическое существования и не очень естественного отбора публичным фигурам приходится вести весьма изобретательный образ жизни прежде всего в части своего лично-публичного языка. Вот так и появляются двусмысленные многозначные конструкции вроде «избирательная демократия», «либеральные ценности», «боестолкновение», «системный кризис», «антикризисное управление», «управляемый хаос», «переходный период».

Теоретически, прежде чем повторять такие сочетания, стоит задуматься, а могут ли быть бой без столкновения, демократия без выборов, ценность во вседозволенности, управление кризисом или самим хаосом и кризис вне системы.

Люди мы в конце концов и чем отличаемся от других животных, кроме умножения уровней жизни включая публичный язык для наращивания числа сфер, на которых можно изучать ту же макроэволюцию? Или само устоявшееся название вида Homo sapiens придется поставить в тот же ряд сомнительных двусмысленностей.

Кризис в данном случае полный синоним катастрофы и «переходный период» – эвфемизм ее, потому что в отличие от копытных, у человека не бывает движения от берега к берегу по спинам ошалевших от обилия еды крокодилов. У человека это естественное состояние души.

У нас в целях предложенного читателю описания всегда в запасе простой ответ на все поставленные вопросы. Человек – идеальный объект для изучения и описания макроэволюции. Вопросы «кто виноват?» или «что делать?» пусть продолжают отрабатывать миссионеры и прочие городские сумасшедшие. Мы рады за них, потому что в век «управляемого хаоса» за это хорошо платят. У нас же есть простой ответ, сформулированный доктором Булгаковым устами своего персонажа Воланда: все правильно.

Важно перевернуть конструкцию обратно с головы на ноги. Глобальный эксперимент над людьми поставили не люди и тем более не конкретные вожди с аналогом пустой канистры в форме управления хаосом. Человек сам стал естественным этапом развития жизни, предетерминированной в нашей Вселенной на основе структуры динамического хаоса. Волны жизни отражают всплески турбулентности в структуре хаоса. Вот здесь физический термин используется по назначению и не является ни метафорой, ни окказионализмом.

Если же кто жаждет получить публикацию в библии или хотя бы желает, чтоб его портрет смотрел со всех газет, ему достаточно вмешаться в эксперимент в роли провокатора перемен или директора последующей стабилизации. Иными словами, управление народами по сути сводится к управлению их массовым сознанием. А это уже ничем другим не является, кроме прямой генетической инженерии. Сама генетическая конституция человека так устроена, чтобы это было возможно. Естественная системная макроэволюция на человеке давно стала технологией. Точнее, биотехнологией с обязательным включением творческой составляющей и оптимизацией всего, что оптимизации поддается. Непредсказумость неизбежна. Александр Галич прав, бояться надо тех, кто знает, как надо. Задача биоинженеров состоит в оптимизации соотношения степени обновления с повышение поля будущих возможностей и гибели как цены обновления.

 

Глава 9. Информационная война или дарвинов отбор научных динозавров?

В мире идет война за умы и прежде всего за приватизацию эволюционной идеи, чтобы подавить сукцессию доминанты русской эволюционной генетики. Макроэволюционные закономерности стали ключом к пониманию и одновременно связующим для большинства проявлений жизни во всех ее сферах и помогает логически свертывать разнородные сведения из несвязанных источников. Единица эволюции – не популяция, а любой уровень жизни, любая модель физическая или виртуальная, с признаками системной несвязности поведения целого с поведением элементов, зависимая от стохастических колебаний в структуре динамического хаоса или иных факторов влияния на состояние системы.

Аналогичная война идет за размывание информатики и по сути это одна война одной цивилизации против другой, более прогрессивной эволюционно. В результате в статусной науке политически нагруженной идеологии намного больше, чем в статусной политике.

Абсолютизация мутационного процесса и естественного отбора – кастрирующее насилие над наукой, мутации вообще не являются фактором эволюции иначе кроме тормоза. Не имеют никакого отношения к отбору стимуляция жизненной силы на грани выживания, генетическая стабилизация большой гибелью.

Атака на эволюционную идею идет не только через шумные акции клерикалов, но ползучим образом через ангажированных людей в молекулярной биологии, лидирующей по индексации в науке. Извращаются основные понятия. Мобильные элементы и непостоянство генома вынесено из школы на высшее образование. Но и там с динамической генетикой плохо из-за подавления холизма реакционным редукционизмом. В России он потерял популярность во время революции в науке в конце прошлого века, а из США насаждает.

Насаждается извращенческая концепция генетического груза. Концепция Сергея Гершензона мобилизационного резерва вида забыта.

Традиционно наиболее идеологизированной в науке сферой является эволюционная генетика. На фоне общей войны с истиной она страдает больше всего и не надо думать, что современное общество далеко ушло от времени Коперника и auto-da-fe. В таком ракурсе политическая борьба – лишь одна из зон наиболее видимого поражения на фоне всеобщего заражения затопляющей информацией с включениями прямой дезинформации.

Это тоже форма симбиотической жизни, подобная случаям полного заражения грибами растений в дикой природе.

 

По той же причине извращается идея теории Макроэволюции, чтобы подавить ее системную основу. Имманентной природы отклонения от менделеевских закономерностей отбрасываются вместе со случайными событиями с расхождением частоты и вероятности. В основе эволюции лежат уникальные события, повторяющиеся в режиме с обострением, и это мы наблюдаем в России, где всегда находится человек на уникальную роль. Например, Юрий Чайковский описал Макроэволюцию адекватно, а Симон Шноль красочно отразил самый интимный момент антивероятностного перехода в катастрофе.

Усугубляет ситуацию доступность учительского корпуса внешним манипуляциям УМС. Учителя не в такой степени, как вузовский ППС, настроены антироссийски. Антипатриотичная позиция отечественной интеллигенции является таким же ее имманентным свойством, как и русская тоска, происходя из одного корня. Выглядит нелогично: антисоветский настрой без рефлексии перешел на государство, созданное по просьбам трудящихся интеллигентов. Отсюда вытекает третье: будучи составной частью системы власти и пользуясь ее преимуществами диспаритетного общения в схеме Берна «Родитель – Ребенок», преподаватели категорически дистанцируются от власти и от политики. Косвенно сама власть тому способствует, отказываясь признать учителей государственными служащими для сбрасывания ответственности за исполнение конституционных обязательств.

Тема антагонизма власти и интеллигенции давно стала ахиллесовой пятой политики России и в Думе озвучивается в безнадежной риторике. Фактически корпус учителей и приравненных к ним сотрудников детских садов является первой и главной властью, с которой по жизни сталкивается человек. Инструментов защиты от девиантного садомазохизма нет. Есть злоупотребления с обеих сторон и есть открытость манипуляции через управление недовольством и ненавистью. Параллельно развивается нерелевантная тема женской агрессивности с подавлением мужского начала. Процесс идет с положительной обратной связью, поскольку основную массу воспитателей, учителей, преподавателей, судей составляют активные женщины. Они проникают в армию, систему МВД, судебных приставов и даже УИС, где есть примеры работы женщин на вышках с автоматами в местах заключения.

Проблема является эволюционно-генетической и в этом ключе должна обсуждаться. Вопрос – с кем? Во власти тема тоже отдана женщинам, однако фигуры статусной власти в отличие от учителей контролируют свой образ в глазах общества. Учителю проще поменять школу. Меняющие школу оказались и среди слушателей школы, что само по себе плохой признак – на ЗБС собираются представители элиты учителей биологии, которым недостаточно упиваться властью над учениками и есть стремление учиться самим.

Для обсуждения эволюционной тематики в актуальном сегменте спектра мы пока не созрели. Простая истина от Алексея Пушкова в том, что возможности внешнего управления созданы самим объектом управления. Зачем нам возвеличивать естественный отбор Дарвина, забывая ген альтруизма Эфроимсона? Зачем в угоду североамериканскому диктату забывать достижения холизма в пользу ретроградного редукционизма? Если в природе все зависит от эволюционного состояния вида, то у человека все зависит от состояния массового сознания.

Великие открытия человечества связаны с тремя типами душевных позывов:

- один чудик поплыл искать край Земли и с удивлением оказался там, откуда уплыл – стоило мучиться;

- другой чудик изобрел микроскоп-телескоп и что-то там подсмотрел;

- человечество наконец дозрело увидеть смысл того, что под ногами, и не надо никуда плавать или что-то изобретать.

По третьему типу совершаются большинство открытий – люди вдруг увидели то, чего раньше видеть не желали. Так вышло с законами Менделя. С эволюционными закономерностями получился обратный вариант. Идею катастрофизма, происхождение от примитивной формы, стимуляцию жажды жизни сублетальными условиями может сформулировать любой здравомыслящий человек. И столь же легко разумное оспаривается.

 

Каким образом сотрудник Института палеонтологии Александр Владимирович Марков стал ведущим эволюционистом России, видимо, тоже объясняется эволюционно. Судьба или чья-то воля выбрала его на эту роль из нескольких человек с амбициями возможно больше Маркова. Например, сотрудники того же института палеонтологии, талантливый популяризатор Кирилл Еськов или реально серьезный и самобытный эволюционист Александр Раутиан. Их кандидатуры видимо не рассматривались наряду с таким доскональным исследователем эволюции и эволюционных учений, как Юрий Чайковский.

Над выбором «эволюциониста N1» можно иронизировать, однако делать этого не стоит. Во-первых, за ним стоят достаточно мощные силы, материализовавшиеся в форме Фонда «Династия». Его поддерживает сам «генетик N1» Михаил Гельфанд из Координационного совета «несистемной оппозиции» организаторов «снежной революции» 2011-2012 годов и одновременно из команды Минобра Дмитрия Ливанова. Во-вторых, фамилия «Марков» маркирует отечественный суверенный проект, подобный британскому проекту «Дарвинизм». Давно пора было это сделать.

У Дарвина был свой Уоллес и этим моментом пользуются критики Дарвинизма. У Маркова есть Елена Неймарк и на его несамостоятельность как автора указал Чайковский. Дарвин был шалопаем и сделать его значимой фигурой было непросто. Марков – вдумчивый и серьезный человек.

Выбор общественно-значимой фигуры напоминает «кастинг» в природе на зверозубость или цветковость, о чем в прошлом рассказывал сначала Раутиан, потом Еськов. При Сталине этим занимался лично Сталин, не доверяя никому роль генетического инженера человеческого материала, выжившего в искусственном отборе. Исследователь судьбы Михоэлса Матвей Гейзер подробно описал, как Сталин сделал «еврея N1» для страны. После него роль отца родного принял родительский комитете Пленума ЦК КПСС и страна получила фигуры мирового значения в лице Тимофеева-Ресовского и Эфроимсона.

Так мы получили адекватный пример естественной работы искусственного отбора в истинно дарвиновском понимании с элементами необходимой изоляции.

В дикой природе субъекта генетической инженерии не найдешь, а фактор имеется. Можно было бы постулировать возможность его виртуальности и для общества. Однако в такой стране, как США с их претензией на абсолютный приоритете в науке плохо получается то, что в системе СССР было легко – просто эволюция людей и народов.

 

В то время как Марков строит происхождение жизни, тщательно избегая мема Vis vitalis даже в комплекте с осуждением оного в различных выражениях от Жана-Батиста Ламарка, Тейяра де Шардена или Юрия Викторовича Чайковского, считая выдумки классиков «излишними сущностями» (Оккама с его бритвой не упоминается), с таким же успехом можно придумать наоборот. Например, что Жизнь сама по себе не возникала из неживой компоненты природы. Например, что наша Вселенная возникла как изначально живая в форме структуры динамического хаоса. А далее шла исключительно редукция потенций в плату за специализацию к той среде, которую создает самое Жизнь.

Идея не более дикая, чем привычное наслоение сложности Маркова на ту же святую простоту коацерватов Опарина. Зато постулируется разрешение безысходных споров считать ли вирусы живыми или что является единицей эволюции. Очевидно, уровней жизни может быть бесконечно много. Вирусы пошли по пути паразитизма, упростив себе жизнь за счет клеточных форм. От вирусов произошли мобильные элементы генома. Предела на этом пути нет и паразитизм наряду с хищничеством обернулся симбиозогенезом. Мегаэволюция симбиозогенеза приводит к утрате генетического суверенитета и одновременно открывает непредсказуемые возможности диверсификации уровней жизни. Единицей эволюции может оказаться любая физическая или виртуальная система с самоорганизацией. Идентифицировать для нее эволюционирующую популяцию как правило проблем не составляет благодаря проявлению волн жизни на всех ее уровнях. Например, в трафике посещаемости сайтов или транспортном трафике, рождаемости или смертности, преступности или суицидальности, инфляции и уровня реальных доходов населения, пожаров и терактов, стихийных бедствий или техногенных катастроф. Список можно дополнять достаточно долго.

Волны жизни Четверикова показывают зависимость от стохастических колебаний в структуре динамического хаоса и в значительной степени синхронизуют разные уровни и формы жизни, связывая ее в единое целое. Проблема на пути познания в том, что для большинства из них исследователь не видит диссипативных структур, рассеивающих энергию при возникновении структур самоорганизации. В той или иной форме почти всегда можно наблюдать подобие морфогенеза и генерацию информации. Можно думать, брачные игры животных служат наилучшим примером рассеяния энергии в тепло для генерации нового.

Согласно выводам специалиста в области генетического анализа Нины Николаевны Орловой, каждый генетический объект обладает своей разрешающей способностью. Дрозофила или комар дают много возможностей, но на них по понятным причинам нельзя изучать ВНД и влияние гибридного дизгенеза на психику. Стохастические колебания психики, кооперативные эффекты поведения больших человеческих масс, фашизация или коммунизация дают массу возможностей для изучения природы общественной организации и ее перемен. В то же время динамика умственных озарений (инсайтов) самого исследователя, приступов мигрени или бессонницы, зачастую показывает сверх короткие стохастические колебания, которые не видны на иных уровнях. Можно фиксировать такой тонкий показатель, как пиковые изменения собственного отношения к одной и той же информации буквально в одного дня. И на этом уровне жизни нам хорошо знаком стимулирующий вклад тех же «вредных факторов». Журналисты хорошо знают, как помехи в доступе к информации или цейтнот перед дедлайном волшебным образом становятся биотехнологией творчества.

Свои особые возможности в изучении непрерывности перемен (стабильное непостоянство) предоставляет мода на одежду. Тут можно видеть как развитие, так и цикличность. Конкурентное викарирование моделей глобализации основано на динамике доминанты массового сознания: либерализм, коммунизм, фашизм, анархизм, империализм, колониализм. Их волны отражают максимально большие перемены в эволюционной истории человека. Выше идут только общие эволюционные закономерности, перемены климата и большое вымирание видов.

Огромные возможности дает изучение эволюции языка, а в настоящее время – контент-анализ электронного текста СМИ.

В фазе обострения особенно заметно, что практически повсеместно мы видим одну и ту же эволюционную генетику. Профильные специалисты заняты описанием ее закономерностей в форме экономики, истории, правоведения, политологии, физиологии ВНД, энергетики клетки или фотосинтеза, палеонтологии и т.д.

По нашему опыту, наиболее полноценной сферой с репрезентативным набором возможностей оказалась советская модель кинологии. Динамика рождаемости с комплексом показателей включая выставочные оценки показывает несколько уровней стохастических колебаний и позволяет выявить взаимосвязи. С другой стороны, управление случайностью в самоорганизации создали многоролевую игру, в системном понимании ставшую настоящей генетико-инженерной биотехнологий. После исторического провала с закрытием разведения отечественной Восточно-европейской овчарки порода возродилась на новом уровне качества. Попытка лоббистского закона против отечественных пород собак мобилизовала и консолидировала кинологов, они пришли в Думу пятого созыва и дали бой лоббистам. За всю историю Думы этот случай стал единственным примером адекватной демократии, управляемой здравым смыслом. В то же время можно видеть и «память о будущем» как проявление антропного принципа в синергетике Сергея Михайловича Курдюмова.

Т.о., значительная доля отражаемых наукой явлений природы являются проявлениями Макроэволюции с появлением нового в катастрофе под стимулирующим действием вредных факторов или Мегаэволюции с открытием новых возможностей вследствие симбиозогенеза. В таком случае словосочетание «биологическая эволюция» является таким же плеоназмом, как и «системный кризис». Их применение является маркером того, что автор не вникает в суть эволюции и не очень понимает предмет. К сожалению, признанные эволюционисты склонны переписывать друг у друга и в результате их тексты напоминают конструкции летописей, вычленить в них оригинальную информацию сложно, но легко видеть тиражируемые блоки. Известны примеры устойчивой трансляции одной и той же легенды сотни и даже тысячи лет.

 

«Теперь, когда мы знаем направления эволюции, мы можем ее предсказывать. Дарвиновская эволюция – это не про динозавров, это про нас с вами. Сам Дарвин говорил, что наши предки облагораживаются в его глазах. Наши предки были самыми умными, самими смелыми, но в меру, потому что ни один из них не погиб, пока не произвел потомство, иначе бы мы не сидели бы здесь», – сказал профессор Новосибирского института цитологии и генетики Павел Михайлович Бородин в заключение своей пленарной лекции «Происхождение видов, 150 лет спустя», открывшей V Съезда ВОГИС 23.06.09 в Большой биологической аудитории Биофака МГУ.

 

Глава 10. Что такое система?

Слово «система» – одно из наиболее употребительных и в этом тексте и вообще в научной литературе. Сукцессия мема влечет такую опасность для термина, как произвол толкования. Выхолащивает его инструментальную ценность.

Среди десятков определений понятия «система» мы не нашли приемлемое для целей теории эволюции. Толкований в сети множество и трудно найти даже классическое философское определение «Система – это структура, представляющая собой совокупность взаимообусловленных элементов». Но и оно не пригодно. Определения разных авторов указывают такие диагностические признаки, которые можно отнести к самым разным явлениям, обозначаемым другими терминами: кластер, иерархия, механизм или просто совокупность, выборка. Например, слова «система взглядов» или «система права» обозначают то, что имеет в виду или подразумевает автор, их использующий. Несложно в таких системах усмотреть системные признаки, но для доказательности необходима теория Макроэволюции.

Авторы определений как правило избегают указания на эффекты самоорганизации.

В произволе интерпретаций понятие «система» обходит наверно только «информация». Из контекста можно понять, что речь идет, например, о балластном массиве данных без попытки извлечения смысла. Или о потоке сообщений, содержащих дезинформацию и нацеленных на управление сознанием. Однако для информации есть определение Андрея Колмогорова и есть формула Клода Шеннона для численного выражения информации. Есть и другие способы, например, приращение вероятности достижения сформулированной цели можно поставить в соответствие со смыслом полученной информации.

С системой все гораздо сложнее. Особенно от попыток детализировать определение уточнениями «сложная система», «большая система».

Как уже было сказано, настоящая эволюция включая катастрофу, чаще называемую кризисом, вне системы не бывает. Принципиальное отличие теории Макроэволюции от теории микроэволюции в системном подходе. Макроэволюция не ограничена видовым уровнем и не складывается из множества малых микроэволюционных изменений, как принято считать.

Микроэволюционные процессы в отличие от настоящей эволюции не требуют самоорганизации.

Существует два диагностических признака системы согласно определению Натальи Владимировны Вакуровой в учебном пособии «Теория и практика средств массовой информации», эффект системности возникает, когда поведение целого описывается независимо от описаний поведения элементов – принцип математика Александра Хинчина. Второй принцип постулировали мы сами: эффект действия фактора зависит не столько от его физического характера, сколько от состояния системы.

Катастрофа (кризис) возможна только в системе. Новое может возникнуть только в катастрофе. Запускает катастрофический переход провокатор. Первичным провокатором является турбулентность структуры динамического хаоса. Существуют воспроизводимые катастрофы, например, роды у млекопитающих или развитие таких патологических процессов, как инфаркт и инсульт. Воспроизводимые катастрофы зависят от изменений структуры хаоса косвенно на уровне кластера. Для них провокатором служит фазовый переход с изменением совокупности параметров.

 

В наших построениях есть дефекты формата, поскольку на некоторые существенные элементы невозможно найти ссылки в современных массивах информации. Характерные примеры однако контрастируют ход мысли в осознании нашего параллелизма. Одной из наиболее существенных посылок является принцип возникновения явления системности русского математика Александра Хинчина. Вторая посылка относится к некой содержательной теореме в теории информации, согласно которой наложение избыточности передачи на помехи приводит к поляризации множества приемников на воспринимающих и не воспринимающих информацию. Третья посылка – высказывание британского математика Алана Тьюринга об отличии человека от машины в способности совершать неразумные поступки. Отсюда вытекает множественность конфронтирующих дефиниций понятия информация. Смена адаптивного ландшафта может привести к превращению ценной информации в дезинформацию или балласт и наоборот.

Подчеркнем еще раз, жизнь есть способ существования информации. Само явление информации отсутствует за пределами жизни.

Знание эволюционно-генетических закономерностей в совокупности с изучением теории и практики СМИ, также опытом парламентской журналистики в России показывает, что указанные закономерности распространяют естественнонаучный подход на сферы, необоснованно пользующиеся гуманитарными привилегиями обходиться без формальной логики или эксперимента. В нашем понимании история или экономика, как в прошлом экология, либо должны стать точными науками, либо это политическая риторика вне науки, как западные варианты полит-экологии и полит-климатологии. Мало того, в нашем подходе наиболее прогрессивной страной является Россия, чье общество в наибольшей степени соответствует человеческой Хромосоме. Особенность отечественного общества та же что заложена в самой генетической конституции человека: прогрессивная способность к частичной перманентной катастрофе как адаптация к неизвестному быстро меняющемуся будущему. Оптимизируется «цена-качество», максимум обновления при минимуме потерь.

Вывод состоит в том, что человеческий мир превратился в лабораторию глобального Макроэволюционного эксперимента, в динамике точно соответствующего генетической инженерии, которой занимались на Биофаке МГУ in vivo Фаина Куперман и затем ее последователи in vitro Валентина Внучкова и Изабелла Марьяхина в лаборатории Ивана Евдокимовича Глущенко ВНИИ сельскохозяйственной биотехнологии. В контексте нам важно то, что макроэволюционными факторами в «генетической инженерии народов» являются инструменты УМС, использующие турбулентность в структуре хаоса.

Т.о., причиной всех перемен в жизни служат турбулентности в структуре хаоса, они и выражаются в волнах жизни Четверикова. Трудно сказать, кто будет населять Землю после человека и сохранится ли в каком-либо носителе человеческий язык, но пока человек остается вершиной эволюции по чувствительности к переменам в структуре хаоса. Человек стал прямым индикатором природных волн благодаря сочетанию нейрогенеза с особым типом генетической нестабильности. И это позволяет нам меняться, не вымирая. Мучительно и смело с точки зрения эволюции.

 

Глава 11. Теория классификации и кластерный анализ как инструмент практической классификации

Раздел математики «кластерный анализ» активно использовался в эволюционной генетике для свертки больших массивов цифровых данных с целью извлечения смысла. Классификация в биологии к тому времени уже насчитывала более двух веков и в основном основывалась на эвристических подходах. Однако попытки так называемой нумерической классификации предпринимались.

Кластер («виноградная гроздь») является совокупностью сходных между собой объектов из общего массива. Теоретически каждый кластер объединяет объекты, связанные общим происхождением и/или типом самоорганизации. Например, каждое пятно на шкуре трехцветной кошки представляет собой кластер клеток-потомков одной клетки зародыша, в которой случайным образом выключилась та или иная женская половая X-хромосома. Кластеры трехцветной кошки видимы по пятнам на шкуре, если она гетерозиготна по одному из генов окраса, сцепленного с полом.

Интересный вариант кластеров образуется, если у ребенка с синдромом Дауна в какой-то клетке лишняя 21-я хромосома утрачивается. Будучи более жизнеспособны, нормальные клетки в какой-то степени вытесняют клетки с лишней хромосомой. Синдром оказывается неполным.

По мере развития кластерного анализа и программного обеспечения оказалось, что строго формализовать процедуру невозможно, анализ все равно будет содержать как минимум выбор меры. В простейшем варианте мера представляет квадратный корень из суммы квадратов всех параметров, которые удалось измерить для каждого объекта в массиве. В эволюционной генетике применяли более сложные формулы расчета.

Довольно быстро выяснилось, что некоторые объекты не поддаются классификации, причем именно те, для которых доказательное выявление происхождения особенно важно в практическом плане. Например, возбудители кандидомикозы человека, иногда переходящие в глубокие микозы. Есть такая проблема для домовых грибов и многих других вредителей или паразитов, обменивающихся блоками генов приспособленности к существованию в особых условиях узкой ниши, подпограммами патогенности и вирулентности.

Несмотря на очевидность расовых различий у человека, для главного нашего объекта в лице нас самих проблемы формальной классификации тоже достаточно существенны.

Надежды на формальный кластерный анализ были связаны с желанием получить в результате срез эволюционного древа плоскостью настоящего времени. Как теперь понятно, неудачи связаны с горизонтальным переносом генетического материала, симбиозогенезом, обменом генными блоками при отсутствии единственного родителя, прерывистым равновесием и скачкообразным развитием.

Тем не менее, кластерный анализ в генетике дал достаточно много содержательных данных в рамках так называемой количественной генетики. Анализ самих кластерных облаков позволяет на основании их максимальной длины, ширины и других «диаметров» по убывающей. Иногда оказывалось, что составляющие какого-то из этих показателей имеют физический смысл.

Опыт биологической классификации может и должен использоваться для анализа совокупностей любых объектов, связанных общей эволюцией. Так же можно анализировать, например, сказки и другие литературные произведения, системы жанров, распространенные компьютерные программы, типы производства. В настоящее время большинство СМИ имеют сайты для публикации своих передач и текстов, соответственно контент-анализ не составляет большого труда при условии наличия программы кластеризации. Эвристическая классификация может осуществляться и без программы по определению частот известных мемов, слоганов, терминов и даже знаков препинания. Например, приведенные к числу точек частоты запятых, многоточий, восклицательных знаков являются характерным показателем. Аналогичным показателем является число слов в абзаце или длина слов, а для издания в целом – средний объем публикации и распределение публикаций по объему.

Еще в докомпьютерную эпоху Н.В.Вакурова для исследования условного времени художественного произведения провела с помощью перфокарт вручную кластерный анализ телепрограмм: «Пространственно-временная организация телевизионных передач (на материале программ Центрального телевидения)» (Н.В.Вакурова, диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. М, 1982 год). Формальный анализ развеял миф о преобладании на телеэкране по сравнению с кино крупных планов. При этом выявилось, что темп монтажа, который ранее не анализировался, мог быть в разы выше в передачах репортажных жанров. Однако на телевидении советского формата темп монтажа зависел не столько от жанра, сколько от хронотопа. В хронотопе дороге темп выше, чем встречи.

В некоторых жанрах, проникнувших на отечественное телевидение в основном в постсоветское время, темп монтажа является жанрообразующим признаком. Например, у клипа план может быть менее секунды.

Итогом работы Н.В.Вакуровой стала схема циклической эволюции телевизионных передач с возвратом к прямому эфиру на новом уровне. Выявлено два пути эволюции телевидения – театральный и кинематографический. Первый из них в форме развития телевизионного зрелища шел от мизансцены, поскольку телевидение начиналось со студийных прямых передач. Второй путь шел параллельно, в его основе лежал кадр, и для этого нужна была пленка или видео. Для первого, театрального, варианта характерно единство места и времени, поэтому он коррелирует с хронотопом встречи. Второй, кинематографический вариант, коррелирует с хронотопом дороги, потому что там место и время постоянно меняется. Общий вывод состоит в том, что в отличие от реального пространства-времени, в котором мы живем, искусство формирует с помощью монтажа условное (внутреннее) пространство-время и его можно сделать каким угодно. Чтобы условное пространство-время воспринималось зрителем, оно должно соответствовать тому, что строит человеческое восприятие, исходя из реальности. Критерием служит эффект действия системы внутреннего поощрения, о которой писал Николай Анатольевич Курчанов в своем исчерпывающем учебном пособии «Поведение: эволюционный подход» (СПб.: СпецЛит, 2012. – 232 стр., тир. 1000 экз.).

Так, на примере структуры телепередач можно показать родство эволюционных схем в самых разных сферах и, что важно, из-за участия самоорганизации разграничить гомологию и аналогию достаточно сложно.

 

Глава 12. «В вашей темной России не умеют гибридизовать ДНК» – открытие мобильных элементов генома

Автором открытия мобильных элементов генома считается Барбара МакКлинток. История этой женщины столь же уникальна, как и история ее открытия. Оно действительно было сделано в США и Нобелевская премия в данном случае заслужена. Упертый характер заставил заниматься генетикой кукурузы до конца жизни. Соратники-сотрудники забросили безнадежный объект с запутанной генетикой. Заковыка в простом – понять, что сделала МакКлинток. Еще сложнее найти человека, который сам понял, а не поддался моде в науке и ее увлечениям.

В наше время не так уж много есть людей, кто способен без дополнительных умственных усилий четко и внятно изложить законы Менделя, а ведь это простейшая часть, небольшой кусочек построенной человеком картины мира. Тетрадный анализ аскомицетов превращает в видимый генетический маркер центромеру хромосомы и тут тоже не более чем простая комбинаторика, еще менее доступная сложным мыслительным процессам Homo sapiens.

На самом деле, речь идет о группе сцепления, что является отражением хромосомы на уровне менделевской комбинаторики. Строго говоря, надо каждый раз доказывать идентичность группы сцепления и хромосомы, цистрона и гена, кусочка ДНК и матрицы синтеза фермента, генома и ДНК клетки, виртуального управляющего элемента МакКлинток и мобильного элемента, способного встраиваться в операторную область гена и влиять на транскрипцию.

Вот именно эти мобильные элементы открыли Владимир Алексеевич Гвоздев и Евгений Витальевич Ананьев в лаборатории Романа Хесина-Лурье Радиобиологического отдела Института им.Курчатова (ныне – Институт молекулярной генетики РАН). В угоду моде авторы их назвали мобильными диспергированными генами (МДГ). В отличие от генов, прямого проявления в фенотип они не имеют. Ключевое отличие мобильных элементов от вирусов или фагов – отсутствие генов, способных обеспечить собственное паразитическое существование. Гены хозяина они переносить могут так же, как и в случае вирусной трансдукции генетического материала.

Позже Евгений Ананьев с характерной для него наядьей улыбкой рассказывал, как отказ публикации в первом отзыве на статью аргументировался тем, что «в вашей темной России не умеют гибридизовать ДНК». Так по «ошибкам» гибридизации были открыты последовательности, меняющие свое положение в хромосомах.

Для сравнения: Джеймс Уотсон и Фрэнсис Крик получили Нобелевскую премию за физическое доказательство двойной спирали ДНК и после этого прорвало. Кто бы мог подумать, наследственная молекула – ДНК! Но ведь принцип матричного копирования предложил в своем вопросе Михаилу Мензбиру студент Коли на съезде, который вел Тимирязев и еще пришел Лев Толстой. Хотел узнать, что там наука дает человечеству, и смешал карты. Зал зааплодировал великому писателю. Запомнил суть ситуации другой студент – Николай Кольцов, который стал учителем Тимофеева-Ресовского, через которого в свою очередь мы и знаем эту детективную историю, пересказанную Симоном Эльевичем Шнолем на кафедре биофизики Физфака МГУ.

Обратите внимание на логику событий. Гвоздев с Ананьевым и Уотсон с Криком показали на физическую структуру в живой клетке, идея которой была описана ранее подобно машине Тьюринга-Поста задолго до открытия транскрипции с трансляцией в клетке и тем более до создания компьютеров. Почему в одном случае Нобелевскую премию дали за идею, в другом – за открытие физического механизма? Общего то, что награждены североамериканцы и они не являются авторами всей цепочки с доказательствами одновременно и на логическом и экспериментальном уровне.

За открытие мобильных элементов в геноме Дрозофилы дали Государственную премию. Вместе с Гвоздевым и Ананьевым в числе лауреатов оказались дети известных и влиятельных академиков, поэтому премию назвали «детской».

Мобильные элементы получили признание и работать с ними стало модно. Не все результаты до конца осознанны. В целом картина получилась достаточно гармоничной. Мода на мобильные элементы породила концепцию молекулярного драйва (molecular drive). Позже нечто подобное произошло с мемами Докинза, по сути, теми же мобильными элементами в публичном языке.

Турбулентность на информационном поле возникает вследствие сочетания двух факторов – обострения в косном источнике структуры хаоса и особенностей действия системного фактора молекулярного драйва у человека как фактора усиления с положительной обратной связью для поиска и создания новизны (креатива).

Мобильные элементы являются вариантом повторяющихся последовательностей. Имеют подобно вирусам механизм смены локализации в хромосомах. Однако собственных генов не несут и по собственному желанию по хромосомам не прыгают. У близких видов дрозофил содержание мобильных элементов значительно варьирует. Иными словами, Drosophila melanogaster преподнесла очередной сюрприз генетикам. Мобильные элементы кажутся необязательными для генома и его организма. С другой стороны, эксперименты Леонида Кайданова в Ленинграде показали согласованные и повторяющиеся перестройки паттерна мобильных элементов в момент определенного числа часов от начала дробления ядра соответственно изменению экспрессии генов в плане разворачивания генетической программы.

Существуют обоснованные подозрения, что роль мобильных элементов на уровне системных эффектов значительно шире, чем дозволено достичь ходу мысли остепененного ученого. Например, изменения организмов в невесомости на орбите известными причинами не интерпретируются. С чем может быть связано аномальное продление жизни? Эффект описан и зарегистрирован в книге Гиннеса основателем космической биологии и ведущим ученым в данной сфере Галиной Нечитайло.

Можно предполагать, что регуляторная активность мобильных элементов и у вторичноротых Deuterostomia связана с «плановой» для онтогенеза – индивидуального развития – сменой экспрессии генов, систематического переключения подпрограмм генетической программы. У первичноротых Protostomia на примере Дрозофилы изменения паттерна мобильных элементов происходят по часам. У вторичноротых уровень организменной связности намного выше, переключение жизненных циклов связаны с множеством причин включая внешние условия, а у животных с ВНД еще и зависят от воспитания и социального окружения. В зависимости от того, уделяют ребенку внимание или нет, вырастают люди с разной генетической конституцией и даже отличающимся на несколько процентов валовым содержанием ДНК, В.П.Эфроимсон говорил в курсе «Генетика человека» о синдроме заброшенности.

Эволюционным достижением вторичноротых считается спрятанный внутри тела живой растущий скелет, обеспечивший отказ от метаморфоза с полным самоперевариванием организма и созданием совсем другой морфологической структуры. В любом случае новорожденный младенец отличается от того, кем он станет лет через тридцать, значительно меньше, чем larva личинка стрекозы или бабочки от ее же половозрелой стадии imago. Однако перемены в геноме человека не менее значительны, а может и более.

У человека смена генной экспрессии тоже приурочена к определенным моментам онтогенеза. Они могут проходить индивидуально в разном возрасте и определяются по особенностям поведения и развития. Пубертацию или климакс, кризис середины жизни не перепутаешь вне зависимости от возраста, в котором они случились. Три основных кризиса человека стали неисчерпаемым источником вдохновения для создания произведений литературы, кино и театра. Иногда в художественную форму прорывается так называемая акселерация. Возраст первой менструации девочек продолжает постепенно сдвигаться к более юному возрасту, как и наступление половой зрелости мальчиков. При этом социальная зрелость продолжает «стареть» до бесконечности. Поведение современных женщин заставляет предположить, что вместо климакса они переживают вторую пубертацию, открывая для себя доселе неведомый мир. Или создают новый мир по роли, отведенной прежде эволюционной судьбой русской интеллигенции.

Очевидно, есть нечто общее между гибридным дизгенезом и жизненным кризисом. Феномен русской тоски, как и интеллигенции, Запад считает недоступной пониманию вершиной славянской цивилизации с центром в России. В реальности недоступно пониманию то наиболее простое и открытое без всяких экспериментов, что происходит с людьми. Николай Анатольевич Курчанов в своем исчерпывающем учебном пособии «Поведение: эволюционный подход» (СПб.: СпецЛит, 2012. – 232 стр., тир. 1000 экз.) обобщил и сопоставил попытки ученых сообществ по разным направлениям и «кочкам зрения» разобраться в том системном явлении, что получило художественное определение «душа».

Сводка не слишком большого объема содержательна и насыщена ключевой информацией. Есть ссылки на Мак-Клинток, Ломброзо, Кордюма, Хесина, Вадима Попова (Геномика), Вадима Ратнера (Генетика и молекулярная кибернетика, Новосибирск 2002), Но нет ссылок на Владимира Гвоздева и Евгения Ананьева. Это странно, но типично. Зато приведен среди прочего репрезентативный перечень теорий эволюции включая ортогенез и даже – страшно подумать – идеалистический витализм на основе идеи о жизненной силе Vis vitalis.

Н.А.Курчанов – ученый с юмором и необходимой долей здорового скепсиса. Именно так он описал континуум нейрогуморальной регуляции. Получилась картина управления человеческим организмом, удивительно напоминающая диссипированную матрешечную систему управления человеческим обществом с мигрирующими центрами принятия решений в удаленном доступе, но без доступа ответственности.

По уровню знаний, Курчанов автор очевидно является имманентной частью всего научного сообщества в целом. И в то же время по смелости выводов независим от него. Когнитивность неотделима от невротизма так же, как в феномене человеческой души научное срослось с художественным и неотделимо от наукообразного ни в каком диагнозе лучшего психиатра. В отличие от генетики, психология так и не стала точной наукой и после прошедшей революции в картине мира остается махровой бездоказательной гуманитарщиной.

Настоятельно рекомендуем прочитать пособие Н.А.Курчанова целиком, тогда наши выводы получат некоторое подкрепление.

Попытки ученых разобраться в деятельности мозга не дали связной картины. Исследователи теории цвета могут не иметь представления о системе хронотопов, отражающих работу мозга в отражении пространства-времени. Таких систем очевидно достаточно много – звуковая, запаховая, визуальная, логическая и возможно еще какие-то включая любовь как идеализированный стереотип полового поведения. Каждая такая система строит свою виртуальную картину мира в соответствующем языке. Критерием правильности выбранного пути служит внутренняя поощрительная система, согласно Н.А.Курчанову, сформированная «в ходе эволюционного процесса для контроля над состоянием организма. У высокоразвитых животных процесс достижения цели может включать несколько этапов. Поскольку вознаграждение приходит только в конце процесса, необходимо сигнализировать организму, что «все в порядке» и «все правильно» на промежуточных этапах».

Н.А.Курчанов описывает работу поощрительной системы на примере действия опиоидов – эндорфинов. Чувство удовлетворения возникает у человека не только от оргазма в итоге полового акта. Мало того, у человека действует достаточно запутанная система вето на достижения оргазма и сам процесс совокупления для успешности нуждается в многочисленных совпадениях условностей включая запаховые критерии. Тем самым производится переключения на альтернативные источники чисто эстетического удовлетворения, как уже созданные предшественниками, так вынужденно изобретаемые новые.

Красота становится одним из наиболее надежных критериев истины. Красота – это такое виртуальное свойство объекта, не существующее само по себе, оно генерируется в восприятии объектом через его чувство эстетического удовлетворения. Эстетически активны как правило все продукты самоорганизации в том числе минералы, кристаллы, живые организмы, их сообщества или продукты их жизнедеятельности – песня, танец, охота, комплексы брачного поведения и элементы ухаживания. С другой стороны, красота играет существенную роль в эволюции жизни на Земле. В общем корне теплокровных – птиц и млекопитающих – красота становится основой инструмента активной эволюции и предопределяет появление человека задолго до него.

Большинство систем, работающих на основе внутреннего поощрения, запрограммированы генетической конституцией и по жизни не меняются. Например, элементы брачного поведения или строительства гнезда у птиц, охоты у хищных. В значительной степени запрограммированы системы цвета или хронотопов у человека. Соловьи легко переобучаются и заимствуют элементы песни из подслушанного в среде обитания.

К научению способны многие животные в числе млекопитающих, птиц, моллюсков, рептилий. Лидером перепрограммирования является человек и у него это очевидно связано с изменениями в генетической конституции. Чувство эстетизма ведет развитие всей человеческой цивилизации. У человека столь много неоднозначностей и возможностей, что придется обсудить отдельно, почему слишком часто глубокое эстетическое удовлетворение возникает от создания ближнему еще более глубокого неудовлетворения и дискомфорта. Пока защитники животных борются против охоты, террористический интернационал создал мощную компанию профессионалов, получающих эстетическое удовлетворение исключительно от убийства людей.

Не надо иллюзий. Мы не будем медоречиво обсуждать эстетическую эволюцию цветочков с пчелками, чтобы забыться. Все события человеческой истории суть эволюция, понять ее можно только без изъятий. Здесь отметим одно из прямых свидетельств эволюции на наших глазах. Наука является такой же системой внутреннего мира человека, как хронотопы или цвет, только в большой степени зависимая от состояния сознания. Революции в науке происходят при существенных изменениях массового сознания. Последняя революция конца двадцатого века была особенно показательна, когда одинаковые изменения прошли параллельно и независимо по разным направления науки, представители которых могли не знать друг о друге и кто чем занимается в других сферах знания. Изменилось само состояние массового сознания, в результате по свидетельству историка генетики Василия Васильевича Бабкова, редукционизм в основе научной картины миры уступил первенство забытому на семь десятков лет холизму и соответственно системному восприятию явлений.

Например, в генетике торжество редукционизма ознаменовалось законами Менделя. Для студентов тщательно рисовали картину монаха-первооткрывателя три к одному – такой закон, как много дум наводит он. Потом оказалось, у Менделя были предшественники. Выдающиеся умы человечества строили схемы работы генетической программы на основе выявленных менделеевскими соотношениями генов.

Нельзя сказать, что не получалось ничего. Однако многие очевидные, существенные для эволюции явления, оказались за пределами возможностей редукционистских схем – материнский эффект, горизонтальный перенос генетического материала, дизруптивный отбор, генетическая стабилизация при высокой гибели, эстетический механизм контроля генетического качества партнера при половом подборе. Для интерпретации системных эффектов требовались особые ухищрения. Выпали из редукционистской парадигмы ключевые для эволюции уникальные события. Никак не получалось воссоздать картину целого из тщательно описанных отдельностей. Так выпало из картины все многообразие мира. Идеалом эстетизма стало единообразие колонны в серых шинелях и как ее итог – упорядоченные ряды крестов на могилах. Станислав Лем с присущим фантасту сарказмом описал, как люди стремились к подобному эстетическому упорядочению.

По счастью, в человеческом обществе единства не бывает. Залогом тому служит не столько разнообразие людей. сколько простая здоровая жизнеутверждающая ревность. Или наоборот. Но одинаково не будет. Выдающегося системщика в биологии, инженера по образованию Вигена Артаваздовича Геодакяна профессиональное сообщества постаралось не замечать, игнорируя популярность среди любознательной аудитории его идей и выводов об эволюции полов и мозга. После его смерти дошло до попыток исключения из Wikipedia статей о результатах исследований Геодакяна.

Семьдесят сакральных лет раздражение статусной науки вызывали именно носители системного подхода. Например, Владимир Павлович Эфроимсон в генетике или Лев Николаевич Гумилев в истории. Интерес аудитории подогревало вмешательство в дискуссию представителей руководства страны в условиях, когда сама же власть способствовала проникновению борьбы идей в массовые журналы. Время от времени разгоняли редакцию «Нового мира». «Природу» заставляли самое себя высечь. Однако любознательный читатель успевал прочитать и получал дополнительный стимул в понимании того, что может стоять за словами «ген альтруизма» или «пассионарность».

Практическая селекция продуктивных сельскохозяйственных животных никогда не исключала эстетическую экспертную оценку из бонитировки наряду с метрическими показателями. Наиболее развитым оказался естественный подход в искусственной эволюции на примере отечественной кинологии, расцвет которой пришелся именно в советский период – период торжества редукционизма. В основе игрового воспроизводства искусственного генофонда заложена выставочная кульминация как имитация весны жизни в дикой природе. Роль самки, подбирающей самца, отошла эксперту.

Если послушать самих участников процесса, а мы поверьте наслышаны, получается все ужасно и за деревьями теряется лес. Н.А.Курчанов предлагает не забывать про «нашу природную склонность искать целесообразность там, где ее нет. В ходе эволюции нередко наблюдается закрепление варианта приемлемого, но далеко не лучшего. Примера могут служить способ иннервации сердца и «перевернутость» сетчатки у позвоночных, аккомодация хрусталика у млекопитающих. Причем в последнем случае наблюдается «потеря» найденного эволюцией ранее более удачного варианта рептилий и птиц».

Тут еще одна тема для отдельного обсуждения – система не механизм и работать абсолютно эффективно не может. Издержки неизбежны. Важен общий результат, а он для кинологии легко измеряется. Например, качество потомства в обобщенной экспертной оценке снижают большое число выращенных в помете щенков или весенние рождения относительно осенних. Интересно, что известный апологет «политической энтомологии» Григорий Белонучкин со своей дотошностью показал тот же эффект сезонности рождений на публичных политиках.

Но вернемся к редукционизму. Он разорвал два связных направления науки – генетику и физиологию ВНД. Если в генетике редукционизм еще имел шансы выйти на системность по отдельным направлениям, то в изучении мозга человека приоритет изучения морфологии стал тупиком в исследовании деятельности главного органа человека как существа мыслящего и познающего. Курчанов справедливо отметил, что психология развивалась как гуманитарное направление, игнорируя естественнонаучные данные. Психология не сформировалась как наука и остается конгломератом концепций разных авторов. «Психология не случайно заблудилась в поисках психики. Человек – основной объект ее исследований, обильно снабжал психологию загадками и парадоксами», – утверждение Н.А.Курчанова с тем же успехом можно инкриминировать апологетам бессистемного подхода к эволюционной генетике.

И в генетике и в исследовании души невозможно обойтись без подхода «черного ящика» с изучением реакции целостной ненарушенной системы на внешние воздействия. Классический ученый эпохи культового отношения к науке в двадцатом веке напоминал ребенка в известном этапе онтогенеза, когда отрывают мухе крылышки и смотрят, что будет. судя по описаниям Юрия Трифонова, отдельные выдающиеся подростки ломали пассатижами лапки щенкам и взрослые считали нормальным. Сейчас кажутся дикостью попытки разобраться в устройстве часов с помощью молотка. Для живой клетки роль молотка выполняет, например, детергент, разбирающий мембранную структуру.

Редукционистский подход остается основой островной (англосаксонской) модели науки и управления. Для североамериканского общества стало самодостаточной сверхценностью создание всевозможных библиотек в том числе генов или химических веществ, и вообще сбор огромных массивов данных. Возникло отдельное направление успешной в соискании грантов науки биоинформатики. Роль случайности игнорируется, латеральное эвристическое мышление отвергается. Мы не знаем, есть ли тут осознанное стремление к геополитическому господству в конкуренции англосаксонской цивилизации со славянской. Однако факт, отвергается то, что успешно существует в России и неизменно освещает выход за нарисованным камином Папы Карло из заколдованного круга плохо поддающихся дрессировке кукол незабываемого Карабаса-Барабаса.

Итак, мозг человека приобрел способность самостоятельно перепрограммироваться в процессе работы, обеспечивая диверсификацию треков развития цивилизации. Это возможно благодаря участию в нейрогенезе особого типа генетической нестабильности. И это все, что может дать серьезная наука, кроме несерьезной войны за приоритеты путем подавления мнимых соперников и не в меру агрессивных завистников. То, что делают ученые в своей песочнице, зачастую неинтересно им самим, но почему-то выхолащивание удовлетворяющего смысла становится самоцелью. Возможно, тут мы сталкиваемся с селекцией на устойчивость к специфическим условиям, когда призом за победу является летальный исход или как минимум катапультирование из престижной ниши.

В то же время есть масса художественных произведений, отобранных по чистоте эстетизма, сверенной с критериями истинности автора сборника «Инструмент языка» Евгения Водолазкина, вполне адекватно отражают эту самую душу как системное выражение работы мозга. Дальше всех зашел со всей серьезностью Федор Михайлович Достоевский, описав эффект «бесов» на примере своего академического исследования случая убийства студента Иванова в гроте Петровской сельскохозяйственной академии. В романе «Преступление и наказание» Достоевский указал на причину – некие как он назвал «трихины», вызывающие своей активностью изменения в поведении людей.

Напомним, это было написано задолго до доказательства генетической роли ДНК – в ту же эпоху, когда великий Толстой искал роль науки в благосостоянии человечества для доказательства отсутствия оной и заглушал тем голос разума из уст новых студентов Коли и Кольцова. Не получилось, они подобно мобильным элементам в обществе стали проводником идеи сквозь временной разрыв исторических эпох.

Эволюция жизни на Земле создала различные системы у многоклеточных организмов и даже надорганизменного уровня, действующие на основе генетической нестабильности: система запасных белков высших растений, иммунитета теплокровных, нейрогенеза животных с ЦНС, обмена блоками генов в биосфере. Все эти системы действуют на основе перемещаемого генетического материала и все они являются инструментами предвидения непредсказуемого будущего в форме управления случайностью.

Есть примеры простых и хорошо изученных сбоев, например, гибридный дизгенез в узком смысле, описанный Margaret Kidwell в 1982 году. Считается, что в прошлом веке несколько десятилетий назад по популяциям Дрозофилы распространился мобильный элемент P, несовместимый с цитоплазмой M. Такое сочетание нарушает контроль количества мобильного элемента данного типа, он массово размножается и прыгает по хромосомам. Внешний эффект выражается в мутагенезе необычайно высокого уровня.

Запуск активности мобильных элементов в норме может происходить не только во время переключения генов в онтогенезе. Способствуют ему, например, стрессы с генетическим эффектом. Или гибридный дизгенез в общем смысле как несоответствие генетических программ родителей из обособленных этнически или сословно групп. Некоторые формы воспитания как биотехнология производства управляющих кадров, бюрократов или чиновников из той же серии причин. Как впрочем и любые профессии работы с людьми или на сцене – учителя, врачи, актеры, дирижеры, адвокаты, нотариусы, журналисты, депутаты и вообще публичные политики, командиры и любые начальники, спасатели и всевозможные агенты, брокеры и прочие спекулянты различного уровня и качества, специалисты по уличному протесту, организаторы «цветных революций» и профессиональные террористы. Особенно заметные изменения происходят с людьми после поступления на работу в систему МВД, как их описал правозащитник Лев Семенович Левинсон.

Далеко не все люди способны «обучиться» публичным формам занятости. Потенциально способные являются чувствительными к природным переменам в структуре динамического хаоса. Особо уникальная способность человека состоит в том, чтобы в обычном сотруднике КГБ СССР увидеть будущего лидера нации, сменить которого никакими усилиями извне оказалось невозможно в отличие от Сербии, Грузии, Украины, Ирака, Ливии, Прибалтики, Италии, Франции, Британии и самих США, откуда исходили манипуляции.

Можно сказать, мобильные элементы в геноме ведут себя подобно тому, как выглядят в национальном правительстве советники иностранного государства-метрополии. Их роль по возможности скрывается, недоказуема и зачастую видима только по эффектам, необъяснимым естественными причинами. Советники в отличие от собственного руководства, избрано оно или навязано, не связаны с народом зависимой страны какими-либо обязательствами начиная с моральных. Мобильные советники мигрируют по геномам, то есть по правительствам, обеспечивая генетическую инженерию народов на уровне системных эффектов макроэволюционных закономерностей.

Наша хулиганская схема одинаково хорошо подходит для понимания работы правительства, генома или человеческого мозга. Все они равно зависят от турбулентности в структуре динамического хаоса и синхронизуются стохастическими колебаниями в ней. Нейроны человеческого мозга удивительным образом напоминают здоровый коллектив, занятый борьбой за занятость с обеспечением основной деятельности в виде энергии кислорода и зарплату в виде глюкозы, также подставами и чистильщиками – клетками-глиями, не нашедшими конструктивной роли и ставшими убийцами безработных нейронов исключительно чтоб самим не попасть под раздачу других убийц.

Согласно описаниям завкафедрой возрастной психофизиологии МГППУ Татьяны Александровны Строганова в лекеции полит.ру 08.12.11, нейрогенез аутистов не содержит механизм удаления лишних синапсов. Мозг ребенка разрастается и остается «вещью в себе». Такой больной самодостаточен подобно образу мыслящего ящика Станислава Лема.

 

Глава 13. Феномен человека. Человек – машина искусственных катастроф. Проблемы описания

Попытки отразить словами явное отличие человека от других биологических форм неизменно упираются в проблемы языка. Все, что можно описать простыми словами и назвать уникальным, находит параллели в живой природе вне нас и нашей монополией не является. Не говоря уже о том, что большинство людей ведут вполне «растительный» или в лучшем случае «животный» образ жизни, т.е. совершая хаотические передвижения по известным точкам, не задумываясь о будущем и активно стирая из памяти прожитое прошлое. Мало того, человеческое в человеке, предопределившее наше появление на исторической арене, задолго до этого появления предопределено эволюцией жизни на Земле.

Речь идет о происходящем из общего корня теплокровных (птиц и млекопитающих) эстетическом инструменте управляемой эволюции, когда самка подбирает отца будущих детей по критерию красоты.

Красота – это такое виртуальное свойство объекта, которое порождается в мозгу вооруженного эстетическим чутьем субъекта и оценивается по интегральной реакции морального удовлетворения.

Все, из чего составлена наша диверсифицированная цивилизация, преадаптировано эстетизмом в основе дарвиновского полового подбора (преадаптация – приспособление к условиям до того, как они возникли). Но если у других животных конкретная сфера применения красоты условно говоря «прошита в их BIOS'е» – песня, поза, облик или его часть в виде хвоста петуха и рогов оленя, постройки гнезда и выбора норы, то человек – не калькулятор с заданной навсегда конфигурацией, а компьютер. Мы легко перепрограммируемся и создаем массу принципиально новых сфер реализации творческой агрессивности. Не только в искусстве, а во всем, начиная с математики Пифагора, геометрии Евклида, физики Архимеда, трагедий Софокла или Эсхила, компиляций Шекспира, перепевов слепого лирника на майдане и вплоть до начала всего – политического PR: что сказать народу? – в двух возможных ролях под условными названиями Иешуа га-Ноцри и Пилата Понтийского. Видимо, «пятый евангелист» Булгаков, будучи в миру врачом, подошел к истине ближе всех прочих режиссеров.

В качестве примера действия эстетизма отметим следующее. Этот текст ведет все та же эвристика в форме чувства верно выбранного слова. Но если нас, его авторов, спросят – чему верно? – мы затруднимся дать ответ на вопрос, отложенный до реализации продукта. Только тогда станет ясно, угадал автор или ошибся, когда он собственно уже стал лишним на этом кровавом празднике жизни. Слово из его уст уже переключило цепи последующих процессов, критическая точка с возможностью выбора пройдена.

Описанная ниже структура хаоса определяет смену эволюционных режимов и в т.ч. критических точек, когда в турбулентности информационного поля креативный директор имеет свой шанс сыграть роль в истории подобно Мартину Лютеру с его запиской на дверях храма. Непризнанный коллегами гений истории Лев Гумилев поставил клочок бумаги выше успеха в кровопролитном сражении и угадал.

Для системных явлений в обществе характерны временной сдвиг и даже инверсия причинно-следственных связей. Например, ксенофобия в США, которую упорно связывают с трагедией 11 сентября, была отмечена в интервью вице-спикера третьей Думы, «яблочника» Сергея Иваненко уже весной 2001 года. Тем не менее, председатель комитета по международным делам в четвертом созыве Константин Косачев неизменно говорит, что мир изменился после 11 сентября.

Даже в познании мира критерий эстетизма при построении картины отдаленного от нас во времени или в пространстве явления включая нас самих выходит на главную роль, если эксперимент невозможен по причинам краткости жизни экспериментатора.

Указанная особенность человека проявляется в том, что в пост-античном мире не связанные канонами варвары прогрессивно распространили красоту на всевозможные ее формы, воспринимаемые как уродство. Т.о. поле цивилизационных треков резко диверсифицировалось.

Понятно, что эстетизм определяет треки синантропной эволюции т.н. «непродуктивных животных» типа русского Большого пуделя. Неожиданность как всегда в очевидном: селекция сельскохозяйственных растений и животных, которые нас собою кормят и одевают, имеет в основе тот же эстетизм и легко моделируется in vitro в культуре ткани с использованием современных методов воздействия на генетическую систему – за две-три недели можно промоделировать минимум два десятка лет эволюции общества.

Проблема описания явления, разворачивающегося буквально на наших глазах, состоит в обилии системных эффектов. Также в том, что ключевые для будущей эволюции события у человека случаются намного чаще окружающей нас живой природы, благодаря диверсификации эстетического инструментария. Он же открывает новые поля эволюционных треков, несуществующих без красоты или ее множественного эха в форме уродств.

Источник красоты существует конечно же не только в живой природе, эстетически активна в восприятии любая структура, полученная в итоге самоорганизации. Будь то полоски агата, ветви Млечного пути нашей вселенной, лучи офиуры или фрактальность компьютерной картинки множества Кантора-Мандельбро. Было б кому взгляд бросить. А вот информация не встречается в косной природе. Собственно, жизнь есть способ существования информации. Чтоб информация не протухала (как прежде говорили «энтропия возрастает») подобно деньгам в банке с процентом ниже инфляции, необходимо две вещи: тело, в котором она живет, и механизм контроля конструктивности программной функции этой информации по гармоничности того же тела или его части в виде специально для того созданного эволюцией органа.

Контроль конструктивности по красоте тела защищает от попадания в вырожденные исходы, где уже никакой «отбор» не поможет, ибо его возможности ограничены и поле его действия не возникает, а создается. Тут возможно два исчерпывающих варианта. Например, трутень должен долететь до «царицы» будущего улья и оплодотворить ее. Рецессивные вредные аллели (испорченные копии полноценных генов) тянут гаплоидное животное к земле – к могиле, и уж то, что долетит, имеет и будущее в потомстве, потому что свободно от генетического груза. Кстати, в хромосомах человека болтается примерно семь летальных эквивалентов, и ничего, трамваи ходят и бутылки принимают.

Второй вариант иллюстрируется танцем самца райской птицы высоко на вершинах эндемического леса, где весь «зрительный зал» вмещается в головку невзрачной самочки того же вида, и вместо аплодисментов – строго то, с чего все началось: готовность принять в себя сперму красавца.

Эволюционизм – сегмент синергетики (теории самоорганизации), а та в свою очередь имеет свое законное место в теории систем.

Понятие системности требуется по сути (а не болтается в форме известного вещества в известной научной проруби) в том случае, когда поведение целого не выводится из «поведения» его компонентов согласно принципу русского математика Александра Хинчина. Разумеется, система отвечает на внешние «факторы» не в связи с физическим механизмом действия, а в жесткой увязке с собственным устройством и состоянием. Широкий спектр воздействий вызывает одинаковую реакцию hit shock в семенах растений или клетках плодовой мушки Drosophila melanogaster. Однако ключевые события будущей эволюции, согласно алеатике Юрия Чайковского, не имеют устойчивой частоты, поэтому нет и характеристики вероятности. Доказать невозможно, что именно это (все равно что) стало причиной выхода позвоночных на сушу и спустя много лет после того, как уже появились независимые от водной среды амниоты и расплодились по Земле в форме динозавров.

Почему явления самоорганизации неуловимы для формализации – следует признать как факт, не задавая вопроса. Но таким образом мы возвращаемся в попытках строительства теории разрушительного пробела происхождения в форме обозначенной Дарвином разрывности палеонтологической летописи. Идея получила многочисленные подтверждения благодаря достижениям экспериментальной биологии, затем появилась нашумевшая теория «прерывистого неравновесия» (punctuated equilibrium, названная по-русски «пунктуализмом»), которую придумали Stephen Jay Gould и Niles Eldridge.

 

Глава 14. Защита от шума

Человек как вневидовая биологическая форма отличается высоким уровнем осмысленной изменчивости. Генетическая система устроена так, что любые случайные изменения в форме точечных мутаций по возможности сразу же залечиваются или не приводят к заметным изменениям в фенотипе благодаря особой эволюционно выработанной структуре. Генетический код – таблица перекодировки триплетов четырех азотистых оснований нуклеиновой кислоты в два десятка аминокислот пептидной цепи – эволюционно сложился так, чтобы при случайных изменениях в ДНК трансляция (процесс синтеза пептида на матрице процессированной месенжер-РНК) не прерывалась и далее самоорганизация белковой структуры происходила на читаемой цепи без обрывов.

В данном случае имеется хорошая аналогия с человеческой речью. Генетический код устроен так, чтобы те замены, которые все же проскакивают в первичную структуру белка (т.е. изменяют последовательность «букв»-аминокислот), приводили к замещению гидрофильной аминокислоты на гидрофильную, а гидрофобной – на гидрофобную. Это подобно гласным и согласным, которые нельзя менять перекрестно, иначе слово становится нечитаемым («дом» можно заменить на «дым», но нельзя на «дъм»). Одна из букв пептидного языка является иминокислотой и служит немым аналогом твердого знака, который как бы ломает пептидную цепь и в таком случае она сворачивается в совершенно другую структуру белка.

В бумажном издании под фамилией «Ходорковский» (спасибо Делягину, дублеру краснокаменского сидельца в дикой природе человека) корректор исправил «иминокислоту» на «аминокислоту», демонстрируя принцип: чего я не знаю, того не существует.

Иногда серьезные поломки нужны, например, в защиту от малярийного плазмодия. Так получилась серповидноклеточная анемия.

Процесс самоорганизации сворачивания пептида в белковую структуру происходит в другой среде и здесь огромное значение имеет клеточная мембрана. Так линейно-записанная информация трансформируется в информацию образов и нечто подобное происходит на общественном уровне, когда, например, образуется сборная среда либеральной интеллигенции по общности социального вытеснения, рассыпающаяся при изменении среды. Особенно интересно сравнение с взаимодействием разделенных по ролям журналистского и депутатского корпусов. В Госдуме они физически разделены выгородкой, которую устраивают сотрудники ФСО в штатском перед женским туалетом на выходе депутатов из режимной зоны вокруг Большого зала пленарных заседаний. Сотрудники жестко следят за перебежчиками, выполняя роль «дьявола» с управляемой задвижкой в термодинамической модели великого физика Максвелла. Такая двухфазная система обладает мощным креативным потенциалом и одновременно защищена от значительной доли шума.

Т.о., в генетическом смысле шум – это то, что не читается. Помехи передачи создают преграды в восприятии, и в сочетании с повторами они приводят к поляризации множества приемников. Возникает самоорганизованная структура.

Отношение к шуму теорий микро- и Макроэволюции противоположно. Если в первом случае мутационный процесс считаются главным и единственным источником перемен, то в системном описании шум стабилизирует форму от эволюции и приводит к вырождению вроде каллуса растений или рака животных. Возврат к конструктивной эволюции невозможен и попытки использования каллуса в культуре ткани in vitro с целью получения первичного материала для селекции как правило к успеху не приводят.

Геном человека устроен достаточно оптимально, чтобы купировать шум и пропускать в фенотип потенциально осмысленные изменения. Радиация и другие т.н. незадержанные мутагены не приводят к изменениям в потомстве, слишком много мутаций они создают. Однако вирусы, способные изорвать хромосомы в труху, вызывают у беременных последствия печальные. Очень успешно тиражируются изменения, связанные с инсерциями транспонируемых элементов – забытые в геноме обломки прошлых вирусов подобно прижившимся в цитоплазме эукариотической клетки бывшим бактериям в форме митохондрий. Об этом в следующей части, здесь скажем, что мы наблюдали пучки мутаций в культуре ткани in vitro, обусловленные активностью ТЭ. При этом значительные изменения морфологии регенеранта, если они были, сопровождались снижением фона случайных мутаций, измеренного по аберрациям хромосом.

Существенную роль в оптимизации соотношения шума и смысла в потоке новаций играет половой диморфизм человека. Эволюция выжала все возможное из разделения популяции на самцов и самок. Согласно теории Вигена Геодакяна, самцы – это передовой отряд популяции, им предназначено гибнуть прежде самок при изменениях среды обитания. У них жестче связь морфологии и поведения с геномом, соответственно эффективнее отбор. Мощная стабилизация проходит уже на уровне спермообразования и затем оплодотворения. У женщин все проходит иначе. Каждой из них отведено на весь репродуктивный период примерно четыре сотни яйцеклеток, дозревающих как правило по одной ежемесячно. В период девичества все будущие яйцеклетки застревают на стадии профазы редукционного деления мейоза и это весьма мудрый ход эволюции в защиту от шума. Репродуктивный период продолжается десятки лет и за это время нить ДНК накапливает мутации. По крайней мере те из них, которые реализуются в разрывы хромосом, приводят к потере огромного количества генов при делении клетки и такие несбалансированные гаметы умирают до оплодотворения. Функция женщины защищена множеством механизмов, в частности, нормальным двойным числом половой Х-хромосомы. Гетерогаметный мужской пол фактически гаплоидный по генам, сцепленным с полом (т.е. тем, которые локализованы в Х-хромосоме), и рецессивные аллели проявляются в фенотип, снижая жизнеспособность. Правда, благодаря компенсации дозы гена у женщин тоже работает только одна половая хромосома, но инактивация лишнего у них происходит на тех стадиях дробления зародыша, когда геном работает и т.о. возникают клоны клеток с выключенными разными половыми хромосомами и к моменту появления на свет нового человека клетки с поврежденной Х-хромосомой вытесняются более нормальными.

Варианты с гетерогаметным женским полом, как у бабочек и птиц, эволюционно менее удачны.

Механизмов защиты от шума видимо намного больше, чем нам известно, и самоорганизация играет в этом роль не меньше, чем репарация (молекулярные механизмы залечивания повреждений в ДНК). Иногда вдруг выскакивает нечто совершенно удивительное. Например, сотрудник Института общей генетики Юрий Дуброва с помощью компьютерного анализа сочетаний разных аллелей в ансамбле большого количества генов показал, что случайное сочетание приводит к синдрому привычного невынашивания беременности. У свободных от этого недуга женщин аллели сочетаются неслучайно. Автор исследования искал один-два гена, ответственных за указанный синдром, и не нашел.

Если он прав, то что тогда «руководит» неслучайностью аллельных комбинаций? Понятно, что самоорганизация, но как, если ее можно как-то отключить?

 

Глава 15. Основные формы выражения изменчивости у человека – морфозы и вариабельность molecular drive

В историческое время у человечества прошли три морфоза, изменивших наш облик. До акселерации изменилась форма черепа. Считается, что акселерация продолжается, причем она сопровождается снижением возраста половозрелости. Также продлением социальной ювенильности с мучительными поисками себя и перманентным становлением личности далеко за климакс, люди превратились в каких-то вечных половозрелых личинок типа аксолотля.

Морфоз выражается в изменении канала самоорганизации в индивидуальном развитии (онтогенезе). Подобные изменения могут вызываться и т.н. гомеозисными мутациями, как это описала Балхашина – у Дрозофилы вместо усика на голове вырастает нога, из которой у членистоногих произошли и усики и челюсти. Но чаще все же морфозы связаны с комплексом причин. Например, палеонтолог Александр Раутиан описал горизонтальное накопление признаков маммализации (звероподобия) в разных ветвях эволюционного древа динозавров на закате их существования.

Морфозы человека можно списать на те же «волны жизни», которые пропагандировал генетик-эволюционист Николай Тимофеев-Ресовский. Явление настолько важное для понимания эволюции человека, что ему придется посвятить отдельный раздел. Для волн жизни нет более внятной интерпретации, кроме «структуры хаоса».

На самом деле морфозы происходят у человека практически постоянно и в большинстве остаются незамеченными, потому что люди живут сегодняшним днем и плохо представляют, какими были еще вчера. В общем можно объяснить, что во время войны люди были худыми, а потом поправились. Война все спишет. Однако в глазах естествоиспытателя с аналитическим восприятием действительности все это ничего не объясняет, если только не считать войну явлением природы и намеренно оставить за кадром причину массового помутнения сознания.

Можно подойти к явлению с другого конца. Сталин с его непомерными геополитическими амбициями извлек максимум из фашистской агрессии включая организацию Нюрнбергского процесса. До этого Илья Эренбург первым в мире описал концлагеря. Разумеется фашистские. В такие критические моменты истории у человека публичный язык и его внутренний мир входят в конфронтацию. Никакого ГУЛАГа тогда как бы и быть не могло, люди не склонны были это видеть и сейчас происходит нечто подобное.

Жители России оставались истощенными до 60-х годов, потом начался резкий промышленный рост и строительство жилья. Однако детей продолжали ненавидеть. Особенно много ненависти выплескивалось в межличностном общении на работе и в присутственных местах. Тем более заметны были уникальные случаи проявления доброты и помощи, оставшиеся в памяти у выживших.

Особенно резкое изменение началось с 70-х годов, когда перевернулось отношение к детям и они стали красивыми. К сожалению, ненависть не исчезла, она переориентировалась на мужчин трудоспособного возраста. Отсутствие недостатков воспринимается как вина. С неприятием полового партнера связан нынешний глобальный кризис семьи. Все те же перемены известны с некоторым временным сдвигом для домашних собак, где есть статистика выставочных оценок. Качество потомства не только росло, но и вибрировало около кривой роста в такт с такими показателями, как политическая активность и смертность на дорогах. И всегда были суки, которых, по свидетельству крупнейшего советского кинолога Юдифи Шар, вязать можно было только с мешком на голове, иначе отца потомства могли попросту загрызть. Собак вяжет человек, в стихийных условиях у них рождается в основном мусор. Оснащенная компьютером высшая обезьяна сама себе помочь не может, падение рождаемости намного превышает последствия Холокоста. Собаки тут не виноваты, а возвращаясь к людям, придется отметить: с началом 21-го века маятник качнулся обратно, нетерпимость возвращается.

Собаки пострадали в прошлом веке тем, что заимствовали «человеческий» вариант изменчивости – все четыре ноги могут быть разные и экстерьерная оценка обязательно должна дополняться критериями рабочих качеств соответственно предназначению породы. В природных популяциях при высокой гибели в период от зачатия до репродукции гармоничность тела (песни, постройки, повадки) становится полноценной гарантией чистоты генетической программы. Собаки, кошки домашние и дикие, КРС или овцы, высшие обезьяны и в том числе человек воспроизводятся по-разному и с разными механизмами подавления генетического шума. Например, для собак искусственного воспроизводства и даже для одичавших собачьих стай в поселениях кинолог или ветеринар по сочетанной картине облика и поведения собаки легко поймет, что животное сделает в следующий момент и опасно ли оно. Для человека, которого видишь впервые, это практически невозможно вопреки профессиональной мифологии спецслужб. Человека надо либо знать, либо тестировать собственным отвлекающим действием.

Общим остается одинаковый принцип эстетизма во всевозможных его проявлениях и реакция на природную турбулентность.

У человека не видна жесткая генетическая привязка облика и поведения. Ослепительная по красоте женщина владеет матом эффектнее своего бой-френда, поддерживать адекватное половое поведение не может и нуждается в никотине, как будто пережила серьезное жизненное потрясение.

Так оно и есть, только причина – из сферы динамической генетики.

Причина как состояния, так и перемен может связываться с другим типом изменчивости, которую условно можно назвать молекулярным драйвом (molecular drive).

Дело в том, что подавляющее большинство исследованных методом секвенирования («прочтение» молекулярных последовательностей) мутаций оказываются не точечными транзициями (заменами) оснований ДНК, а инсерциями (вставками) транспонируемых элементов. Это конечно же не гены, потому что сами по себе в фенотип не проявляются, хотя открывшие их Владимир Гвоздев и Евгений Ананьев запустили название МДГ – мобильные диспергированные гены. Мы используем термин транспонируемые элементы (ТЭ).

По нашему мнению, это остатки былых вирусов, которые живут в хромосомах подобно воробьям в зоопарке. Они могут делать все то же самое, что и вирусы, кроме строительства вирусной частицы и сопряженных с этим последствий в виде инфекции и патогенеза. В частности, переносят генетический материал хозяина, вызывают молекулярный дизгенез, открытый Margaret Kidwell в 1981 году, и приводят при массовом перемещении к разнообразным отдаленным системным эффектам.

Человек не является рекордсменом по размеру генома. Но и того, что мы таскаем из клетки в клетку, от родителей к потомству, хватает для большого количества повторов включая подвижные последовательности. Общая длина нитей ДНК в 46-ти человеческих хромосомах достигает метра и только 1%, т.е. в общей сложности сантиметр, составляют уникальные гены, которые сами что-то кодируют, а не руководят другими последовательностями и общей ситуацией в хромосоме.

Уникальное открытие советских ученых не сразу было воспринято зарубежными коллегами. Оно до сих пор в полное мере не осмысленно и до учебников не дошло. Хотя существует в форме вопроса точное выражение «Зачем геному министерство революций в правительстве?», которое придумал оригинальный интерпретатор дарвинизма Борис Медников.

Публичное информационное поле показывает все то же самое. Инструмент превентивных катастроф на общественном уровне подобно молекулярному драйву в клетке взрывает систему изнутри, если она не успевает в механизмах согласованной эволюции за слишком быстрыми или непредсказуемыми переменами среды.

Молекулярный драйв не является первопричиной перемен у человека, это механизм усиления, в т.ч. положительной обратной связи. Можно понять, что с этим механизмом все три информационных поля – генетическое, высшей нервной деятельности и публичное – оказываются в значительной степени синхронизованными. При этом провоцирующими факторами у природных видов могут быть косные, а человек устраивает потрясения себе сам. У нас молекулярный драйв включается в ответ на такие факторы, которые не требуют для их переживания катастрофического режима. Т.е. катастрофа запускается ради чувства обновления.

И здесь мы опять сталкиваемся с проблемой описания. Ключевые события эволюции, старт будущих приспособлений на новом уровне, происходят за счет рекомбинации уже накопленного в хромосомах материала. Эту форму рекомбинации основатель кафедры генетики МГУ Александр Серебровский назвал «незаконной». Она же, естественно, неканоническая или латеральная – между ветвями дарвинова древа. Она осуществляется молекулярным драйвом и входит в коллизию с половой рекомбинацией, поддерживающей единство вида. По этой причине отказ от полового воспроизводства может быть связан не только с клонированием через гиногенез, как у серебряного карася или скальной ящерицы, но и в противоположном варианте – когда нужна изменчивость, как у чеснока или несовершенных грибов. Достаточно было бросить беглый взгляд на дискэлектрофореграммы окрашенных тетразолием водорастворимых белков – у гиногенетического потомства карасей это как одна особь, но у гриба корневой гнили пшеницы – ни одного повторяющегося спектра. Человек от полового размножения пока не отказался, но уже близко к тому – репродуктивных барьеров накопил достаточно, подобно чесноку, легко приобретающему при отдаленной миграции свойства особей с соседней грядки включая гигантизм.

Сила проблемы в том, что в массовом сознании те же проблемы, что и в хромосомах. И есть достаточно много великих в своей ограниченности ученых, которые с достойным лучшего применения упорством отрицают роль незаконной рекомбинации в эволюции. В результате официальная наука построена, как программы Microsoft – методом линейного нагромождения сложностей. И никакой «незаконной рекомбинации» в форме латеральных творческих находок.

В основе будущих эволюционных треков стоят уникальные эвристические события типа инсайта (insight – «постижение», «озарение», «проникновение в суть») в основе изобретения или открытия путем латерального мышления (эвристических находок). Аналогом настоящей хромосомы в данном случае является Рунет.

Согласно выводам эволюциониста Юрия Чайковского получается, что указанные ключевые явления относятся к тому классу случайных событий, которые не имеют устойчивой частоты (она расходится), соответственно, нет и характеристики вероятности. Грубо говоря, изучать их недиссертабельно. Не то что в академики, но и в кандидаты не попадешь.

 

Глава 16. Устройство человеческого генома

Популисты политической арены употребляют всуе словосочетание «системный кризис». Это типичный плеоназм (языковая избыточность), потому что кризис вне системы не бывает согласно дефиниции. Другое дело, что геном эволюционно-лабильных биологических форм сложился в форме бинарной структуры, в формулировке генетика Михаила Голубовского – сочетании облигатной и факультативной компонент (ОК и ФК, иными словами – консервативная и оперативная компоненты).

Облигатная компонента включает гены общей жизнеспособности, в частности, кодирующие синтез белка. Тут царство половой рекомбинации в трех ее формах – комбинации хромосом в гамету и гамет в зиготу, также кроссинговера. И никаких катастроф со взрывами тиражируемой подвижности, сплошные уникальные гены. Другое дело – ФК, здесь резвятся бесчисленные повторы. Бинарная генетическая структура в эволюции сложилась до появления человека. Ее возникновение предопределено появлением эукариот с настоящей хромосомой (почти все растения и животные кроме бактерий и сине-зеленых водорослей). Такая структура позволяет проигрывать полноценные катастрофы без угрозы вымирания и этот механизм поиска будущего повторился на публичном информационном поле в форме Рунета. Разрешающая причина и в емкости информационного носителя, и в защите от шума, который возрастает не только со временем, но и с размером.

Компоненты генома не локализованы в определенных местах хромосомы, они диспергированы, подобно крупным файлам в компьютере.

Американский эволюционист Верн Грант (Verne Grant) описал три типа популяций, или в нашем понимании – три формы биологических видов, отличающихся по способности к эволюции и соответственно по реакции их генетической системы (генома) на внешние факторы. Примитивные монотипические виды (каждый род с одним видом) с широким ареалом вплоть до циркумполярного типа волка могут не чувствовать перемен. Их антиподы – специализированные формы с многочисленными видами в роде и видами-двойниками типа большинства паразитов существуют столько времени, сколько дает им приют их экологическая ниша. У них мало хромосом и нет «лишней» ДНК. Чем форма более специализирована, тем геном короче. Выбраться обратно из своего трека они не могут, специализация оказывается необратимой, т.к. геном утрачивает мобилизационный резерв в терминологии Сергея Гершензона – снижается число хромосом и валовое содержание ДНК в них, исчезают некоторые типы повторов включая как подвижные последовательности, так и дупликации уникальных генов, которые служат источником генетического материала в основе появления новых функций.

У этих двух форм – примитивных и специализированных – неплохо идентифицируются виды. Человек относится к промежуточным полуколониальным вневидовым формам с вторичными интерградациями и сетью неполных репродуктивных барьеров. Такие формы на изменение среды реагируют бурной эволюцией.

Генетическая конституция человека с бинарным устройством генома позволяет нам жить вечной катастрофой ради перманентной генерации нового – упоительного ощущения перемен.

 

Глава 17. Теория красоты, критерий истины, культурная революция и культурная эволюция

Актуальность несуществующей теории красоты связана с принципиальной недостижимостью согласия по двум вопросам: о критериях эстетизма и о целесообразности факультативных вторичных половых признаков.

Речь идет о том, чем в дикой природе самец пугает соперников и очаровывает самку – грива льва, рога оленя, хвост павлина и многое другое, что так мешает в повседневной жизни. У человека явление получило искусственно диковатое развитие. Каблуки, на которых ходить невозможно. Духи «Пуазон», что значит «яд» и по сути им и является.

В исторический период человечества можно фиксировать волны культурной агрессии зачастую эффективней уничтожающего оружия. Уродство в ценности эстетизма принесли угрозой античному миру варвары со своей принципиально иной генетической конституцией. Античная модель гармонии не только не умерла, но стала классикой. Варвары расширили спектр треков развития цивилизации. Волны культурной агрессии сменяли друг друга. Еще чаще проходили волны моды и добровольного заимствования эстетических находок иных обществ, прошлых современных. Они становились толчком развития в том числе через преодоление типично вредного катастрофического фактора.

Мем «культурная революция» имеет в макроэволюционном понимании физический смысл.

В двадцатом веке викарирование стохастических колебаний в культуре ускорилось и продолжает ускоряться в постсоветское время. Модернизм должен был вернуть человеку традиционные ценности семьи, родительских отношений, церкви, культуры. Культурная агрессия постмодернизма перечеркнула традиции, открыла варварский трек обогащения и наслаждения.

В постсоветское время дошло до отрицания фундамента демократии в естественном выражении учета запросов большинства. Запущен поток борьбы за права всевозможных меньшинств, представляющих собой генетические дефекты в форме гомосексуализма, педофилии, синдрома Дауна или просто садомазохистской девиации. Трудно согласиться с правом убивать людей, кто бы ни получал от этого незаменимое удовольствие. В защиту меньшинств выступают личности из числа объектов зоопсихолога Марии Николаевны Сотской. Фигурально выражаясь, обезьяна с пустой канистрой из приведенного выше примера. Или же обезьяна с гранатой из анекдота: «Она же взорвется! – Не волнуйся, у меня еще есть!»

Сами же несчастные носители «защищаемых» отклонений о своих правах не догадываются и отсиживаются по домам, лечебницам или тюрьмам, кому как повезет.

Волны культурной агрессии занесли публичную политику в безысходные дебри. Генетика и физиология забыты. Главный борец с отклонениями за традиционные ценности в Государственной Думе пятого и шестого созывов Елена Борисовна Мизулина не понимает вопросов о генетике, ориентируясь на юридические нормы согласно собственному объему знаний и позицию церкви.

В результате дипломный фильм студентки факультета тележурналистики ИСИ раскрывает тему суррогатного материнства более адекватно, чем обсуждения в комитете Мизулиной с участием экспертов, юристов, общественников, представителей РПЦ и фирм-посредников данного вида деятельности.

Вопрос суррогатного материнства не касается никого, кроме узкого сегмента тех, кого он касается. Никакой суррогат не должен быть самоцелью в результате вседозволенности. Существует общая проблема, порождающая множество судеб с безысходностью. Мизулиной много раз говорили коллеги по палате, что некоторые вопросы лучше не обсуждать и вообще не поднимать в парламенте.

Из всей словопролитной войны за публичную истину можно сделать простой вывод о невозможности правового разграничения эротики и порнографии. В то же время вопрос легко решается в фокус-группе. Эротика включает механизм внутреннего поощрения, о котором писал Н.А.Курчанов. Порнография подавляет естественное удовольствие и стимулирует дивиации садомазохизма.

Проблема в том, что высшие приматы слишком сложно организованы, чтобы прямым естественным путем идти к простой цели. «С эволюционной точки зрения, чрезмерно высокий уровень организации, не соответствующий условиям данной среды, уменьшает приспособленность организмов к существованию в ней», – заключил Н.А.Курчанов.

В результате высшие обезьяны включая человека требуют программирования обучением для того, чтобы спариться и получить потомство. Шимпанзе, выросшие вне стаи себе подобных, не знают необходимых для спаривания поз и по этой причине не могут совокупиться. Вряд ли кому-то придет в голову осуждать зоологов, пускающихся на удивительные ухищрения ради получения потомства в зоопарке. Обезьянам для этого крутят «порнушку». А что делать человеку в бурном море волн культурной агрессии?

Очевидно, ориентироваться на естественное чувство эстетизма. Оно не у всех есть, как и та же способность к выбору существенного и систематизации явлений, выстраивания приоритетов. Например, у женщин чувство эстетизма рудиментарно выше чем у мужчин, поскольку в дикой природе украшаются самцы, а подбор партнера для получения потомства ведут самки. В то же время у женщин редко присутствует вторая необходимая составляющая. Способность к выбору существенного и выстраивания приоритетов – эволюционно остается прерогативой самцов.

Возможно, кому-то поможет теория и примеры.

У человека есть три механизма генерации эстетического чувства: физический (безусловный), физиологический (условный), психологический (стадный).

Физический механизм основан на прямом воздействии, например, монохроматического излучения. Более сложен механизм восприятия продуктов самоорганизации, например, колец Лезеганга в структуре агата, волн океана, языков пламени или солнечных протуберанцев. С красотой тела сложнее. В принципе, облик любого живого организма является продуктом той же самоорганизации, только очень сложной и совершающей много ошибок. Начиная с общего корня теплокровных (птиц и млекопитающих) Макроэволюция использует активный инструмент эстетизма для дарвинова подбора полового партнера, так поддерживается качество потомства. Можно говорить о возникновении виртуального свойства красоты объекта отбора. Данное свойство не актуализуется в отсутствии субъекта с ответствующим анализатором в ЦНС. Если для самки соловья достаточно песни самца, оленихе – симметрии рогов, курице – гребня и танцевальной дуэли петуха, то у человека все это инвертировано, метафорично и метонимично.

К физическому механизму придется отнести ритмику оглушающей музыки, раскачивание любым доступным способом, в котором нуждаются для созревания пирамидных структур мозга незрелые личности (торможение созревания м.б. следствием гибридного дизгенезе).

Человеку проще всего и ближе для понимания химический (биохимический) механизм взаимных ощущений головки члена во влагалище, любовного поцелуя в губы, объятий голых тел, запаха женщины для мужчины и наоборот. Но только в редком случае генетической комплементарности (взаимной адекватности негатива и позитива), что у человека большая редкость ввиду его высокого полиморфизма. Вся остальная «любовь» – ниже.

Физиологический механизм определятся обучением на основе жизненного опыта. Если меня в детстве бык напугал, ни к чему хорошему никакая «лиловая корова» меня не подтолкнет. Условные связи жизненного опыта на возникновении эстетических чувств сказываются более всего. Особую роль играет особенность времени, когда люди отвергают естественный безусловный эстетизм ради уродства, варварской неестественности. Тиражируют сочетания серого с розовым или начинают бороться за права меньшинств афишировать свою неестественность. В моду входят образ женщины-комиссара с пистолетом и пулей для мужчины. Особенно впечатлят времена с единообразием в роли высшей эстетической категории как основы фашизма.

Психологический механизм стадности соответствует тому, как для коровы высшим эстетизмом является корова. Разорвать стадо под силу только опытному пастуху. Опять же, у человека все это более сложно. Не вдаваясь в детали, можно просто отослать читателя к небольшой книжечке «Золотые плоды» Натали Саррот (Наталья Черняк), собранной из восклицаний – отображенных в буквах эмоций без намека, о чем речь, кроме эволюции от восхищения до пренебрежения непонятно чьих впечатлений неизвестно о чем.

У человека в составе высших приматов эстетические чувства выражаются сложносочиненно в синергизме как правило второго и третьего механизма. Но к этому необходимо добавить еще чисто человеческое (точнее общее для высших приматов) явление идеала. Средний облик человека в отличие от других животных далек от идеала, который далеко за пределами моментов распределения типа 90-60-90. У человека помехоподавление осуществляется не отбором организмов, для этого нужна гибель 90-99% от рождения до репродукции.

 

Непосредственно перед назначением министром культуры РФ Владимира Ростиславовича Мединского эстетическая тусовка Москвы испытала особо мощную волну внешней культурной агрессии. Выставки отечественной фотографии и живописи сместились в малые залы периферии, такие, как галерея на Ходынке. Мы туда ходим время от времени, потому что пешком десять-пятнадцать минут от дома. На Ходынке проходили в частности обсуждения творчества поэта и художника Леонида Губанова – типичного продукта проекта «Юность». Однако не забываем посещать и большие престижные площадки: Манеж, ЦДХ, Московский дом фотографии, ГМИИ им.Пушкина.

Из нескольких примеров того времени включая проекты Google наиболее контрастным стал феномен фотографии знаковой фигуры североамериканского общества Энни Лейбовитц (Annie Leibovitz). Мы посмотрели ее выставку в Музее личных коллекций ГМИИ им.Пушкина 06.11.11 и для нас этот поход стал чрезвычайно полезен и информативен. Главное, есть с чем сравнить и сопоставить. В том числе собственные впечатления с теми отзывами, что можно найти в Интернете. На самой выставки созерцатели прекрасного не могли выдавить из себя ни слова, только отказывались и даже огрызались.

Справочно http://ru.wikipedia.org/wiki/%CB%E5%E9%E1%EE%E2%E8%F6,_%DD%ED%ED%E8

Анна-Лу «Энни» Лейбовиц (Anna-Lou «Annie» Leibovitz; род. 2 октября 1949, Уотербери, Коннектикут). Специализируется на портретах знаменитостей. Третья из шести детей в семье офицера ВВС США. Прабабушка и прадед со стороны матери были еврейскими эмигрантами из России, а родители отца приехали в США из Румынии. Мать Мэрилин Лейбовитц Marilyn Leibovitz была преподавателем современного танца. Училась в Сан-францисском институте искусств. С 1970 работала фотографом в журнале Rolling Stone. С 1983 работает в журнале Vanity Fair. Наиболее известные фотографии: обнажённый Джон Леннон за несколько часов до убийства; обнажённая Деми Мур нарисованном на теле костюме; Вупи Голдберг в ванне с молоком. В 2001 году 51-летняя женщина родила первого ребенка от сына подруги Сьюзан Зонтаг Дэвида Риффа. В 2005 году Энни стала матерью еще двух детей с помощью суррогатной матери.

 

Особенность России – запредельный интеллектуальный уровень в сочетании с безумной терпимостью к неблагоприятным условиями существования на уровне папуасов. Едва ли кто-то объяснит, почему умные и продвинутые москвичи в воскресный день едут в ГМИИ на Волхонке, чтобы нахлебаться прекрасного дерьма в золоченой раме искусствоведческих восторгов. Ходят по залам с фотографиями Лейбовитц, как по храму. Обмениваются репликами скупо шепотом, чтоб не развеять навеянное.

Это даже не «Золотые плоды» Натали Саррот (Наталья Черняк), а нечто совсем наизнанку вывернутое.

Молодым людям как правило все равно, мужики вообще сообразно происхождению не чувствительны к красоте. Женщины подавлены. Наверно, по случаю полнолуния.

Поскольку мы не искусствоведы и привыкли излагать без экивоков видимое своими глазами, нам нет смысла искать слов для того, чтоб дерьмо назвать как-то иначе. Чутье ведет американку Лейбовитц безошибочно.

На выставке можно было видеть Колина Пауэлла в его естественном виде – мундире со всеми американскими военными цацками. Мундир – это может быть не менее неприлично, чем голое тело пожилого человека. Американский мундир – вдвойне.

Голое тело особенно неэстетично в ванной. В ванной почти невозможно сделать красивую фотографию даже гармонично сложенного человека, но тут цель обратная.

Совсем не понятно, как сделано фото голой некрасивой женщины с мужской бородой с бородой и усами?

Несколько фото голых женщин. Как говорится, смотрите сами. Не забудьте посчитать собственные слюни, испробовав себя в роли «собаки Павлова» для оцифровки условного рефлекса.

Роды и смерть. Умирающий отец и его могила. Огромное количество семейных фотографий, намеренно стилизованных под неумелого доморощенного фотографа полвека назад, когда уже снимали почти все и еще почти никто не умел. Сейчас «обычные люди» столь плохие семейные фотосерии не делают, а тут это нарочито.

Даже семейное фото Обамы с женой и дочерьми отличается намеренным отсутствием элементарного кадрирования, пространственного баланса.

Пожалуй, единственная совершенная фотография – Клинтона в овальном кабинете. Овальном, что имеет свой извращенный смысл только в Америке. Не мы ввели Монику Левински в историю, тут только репортаж с выставки – этакое наблюдение за наблюдающим.

На этой выставке если кровь, то из школьников в миссионерской школе Руанды. Однако и в США, где есть что снимать хоть на природе хоть в школе, намеренно плохие снимки даже изумительной американской природы. Если лебедь, то мертвый на шее знаменитого ди Каприо.

Хороша буквально одна фотография – дочери Сары. Красоту собственного еврейского ребенка не удалось испортить даже его американской матери. Только получилась девочка, как из гетто.

Видимо для истинного североамериканца антиэстетизм символизирует свободу.

Комментариев на выставке мало, а те что есть – лучше б не было. Как можно из разбомбленной НАТО-США Югославии вернуться «вдохновленной» и возмущенной тем, что там происходит – сербы блокировали Сараево?

Во-первых, это вранье. Во-вторых вопрос: а кто сербов бомбил? В-третьих, вы что сами себе новую причину для вашей войны придумать не можете, опять то же Сараево?

Общий вывод как совет невзыскательным потребителям фотоискусства: если вам очень хочется, последуйте совету Эдиты Пьехи – загляните в семейный альбом. Уверяем, там лучше и не надо в очереди стоять.

А если уж успеет припасть к прекрасному североамериканскому искусству, то обязательно посмотрите в том же корпусе личных коллекций, поднимитесь к Кандинскому – он хорош в таком контрасте. Второй-третий этаж Музея личных коллекций: Сергей Васильевич Соловьев, Илья Самойлович Зильберштейн, Александр Наумович Рамм. Душа отдыхает. Картины и скульптуры изумительные. Настоящая живопись в типично жанре русского реализма. Имена известные с детства: Шишкин, Лансере, Перов, Бурлюк, Маковский, Саврасов, Поленов. Особенно впечатляет фотографичностью взгляда художника «Дуэль», «Злая свекровь», «Еврейская деревня» Поленова с уникальным утраченным в еврейском местечке декором. Имена известные – картины совершено неожиданные. Есть Дубовской, Богданов-Бельский, Куликов, Максимов, Коровин, Киселев, Тургенев, Мэн, Жакмар, Фремье, Лекуртье.

Видимо, рассчитывают на успех, насаждая североамериканский культурный формат для третьих стран в России, стране культового кино, фотографии и живописи.

Не ходите на фотовыставку Анни Лейбовитц за удовольствием – вас обманывают, причем дважды: сначала автор, потом его «почитатели» с мультипликативным эффектом от оплаченных до одураченных. Антиискусство Лейбовитц давит на психику, построено на синергизме антиэстетизма, хамского американского превосходства, агрессивного феминизма

Итак, чувства эстетизма большинство людей лишены. По естественным причинам эстетизм – инструмент активной эволюции – достоинство самок. У человека эстетизм стал источником развития цивилизации во всех ее проявлениях. И в своем естественном, нативном проявлении инвертировался. У человека украшается не тот пол, по которому идет подбор, отбор и выбраковка. Отбор и выбраковка поменялись ролями в выигрыше результата. Среди идеалов красоты обосновалось уродство. Человек буквально сам себя выпихнул из покоя и свободы в бунт и поиск. Что еще можно противопоставить тому, что уже было? Перманентная пубертация накрыла человечество.

Пропуская череду посылок отметим: тогдашний директор, а ныне президент Пушкинского музея Ирина Антонова высоко оценивает «искусство» Энни Лейбовитц. В свою очередь Минкульт Владимир Мединский высоко оценил Ирину Антонову. Потом из-за затеянного ею спора с Михаилом Пиотровским министру пришлось слегка передумать. Старушка на прямой линии с президентом воспользовалась авторитетом возраста и повела себя строптивой девчонкой. Надо отдать должное Путину, он сориентировался мгновенно и примерил роль царя Соломона по крайней мере по мудрости сказанного адекватно ситуации.

Мединский еще по работе депутатом известен как носитель балансированных публичных позиций, адекватных ситуации с учетом истории вопроса.

Личная беседа с Антоновой в Патриарших палатах Кремля выявила ее принадлежность к тому известному типу русской интеллигенции, который в генетическом понимании является носителем предпочтения чуждого типа. В диких популяциях предпочтения своего или чужого типа викарируют в зависимости от чередующегося запрета на инбридинг или аутбридинг (гибридизацию). У человека прямые генетические эффекты дополнились сферой культуры.

Востребованность неприятного – не жажда прекрасного. Наслоение абортивных попыток поиска будущего привел к ситуации, когда наибольшей востребованностью могла бы пользоваться норма – если б была, люди в массе не склонны придумывать что-то сами и «свое» повторяют за тем, что уже прозвучало.

Фактически их мысли одевают в слова СМИ подобно тому, как формируется мода на одежду. Почему именно на втором десятилетии нового тысячелетия людей перестали устраивать то, что предлагают СМИ, кино, мода на одежду?

Если в политике вопрос по крайней мере ставится, то в культурной сфере очевидная агрессия остается выше адекватных оценок.

Удивительно, насколько все переменилось менее чем за три года.

«Мединский выступает с такой жесткой нео-моралистической позиции и этим он абсолютно, сколько бы ни ругали его наши либералы, он абсолютно созвучен эпохе своей с моей точки зрения», – сказал постактивист Виктор Мизиано на лекции «Ценности вместо качества» в Центре современного искусства на Зоологической 07.07.14. В вопросе качества в искусстве мэтр отталкивался от противного, прозвучали имена Матисс, Шилов и Глазунов.

Мизиано вызывающе оригинален своим протестом против стадности в искусстве, как персонаж фильма Владимира Меньшова «Зависть богов»: всем нравится «Последнее танго в Париже», а ему видите ли не нравится.

Вся лекция Виктора Мизиано стала примером блестящего словоблудия вокруг противопоставления полной ерунды нормативу вкуса. Лектор принялся сыпать словами, терминами, именами, названиями направлений за которыми проступал четкий смысл. Сложилась самоорганизация людей в сети, неинституциональная и перспективная по сравнению с любой статусно профессиональной сферой. Фактически то же самое происходит в науке, образовании, политике, журналистике.

Впервые можно было встретить автора такой лекции, чья оценка политики не вызывает отторжения и кажется адекватной на фоне знаний из Думы. Главная ценность Мизиано – не игра словами, а тонкое чувство времени со способностью сравнения прошлого с настоящим. Редкое качество, люди обычно не помнят, какими сами были, не то что страна и мир.

 

Глава 18. К вопросу о происхождении Жизни

Мы не уверены, что жизнь есть на Марсе в земном понимании этого слова, но полагаем, что Жизнь в общем смысле есть всюду в формате Вселенной, возникшей 14 миллиардов лет назад как сгусток структуры динамического хаоса.

Пусть нас осудят за идеализм или метафизичность – если кто-то еще помнит такие страшные слова, но придется постулировать в основе явления Жизни понятие Vis vitalis, отвергнутое век назад вместе с эфиром и теплородом.

Построение фундаментальной теории не может обойтись без как минимум одного неопределимого понятия. Поскольку вековое развитие генетики, молекулярной биологии, квантовой химии, волновой физики по вопросу о происхождении жизни ничего принципиально нового не прояснило, имеет смысл вернуться к жизненной силе Vis vitalis. Возможно, можно было сформулировать лучше, уйти от дискредитированного мема, как это получилось с эфиром.

Однако термин «структура хаоса» тоже не стал общепринятым, чтобы достичь консенсуса по новой картине мира.

В любом случае, как бы ни старался выдающийся эволюционист современности Александр Марков вывести происхождение жизни на Земле, получается у него не очень убедительно. Почему он в основу реконструкций происхождения берет вещество, а не самоорганизацию?

На лекции о происхождении жизни в Биологическом музее им.Тимирязева 30.01.14 Марков в ответ на вопрос сказал: «спасибо за комментарий» и пошептался с ведущей вопреки протестам – а можно вслух? Оказалось, нельзя.

Существенные вопросы Марков воспринимает как политические, и чем тогда его построения отличаются от коацерватов Опарина, одинаково нуждаясь во властной защите?

Имеет смысл все же посмотреть построения Маркова, заручившись альтернативами.

Среди идей о возникновении Жизни на Земле, кроме пресловутых коацерватов, есть еще как минимум две. Известная гипотеза Аррениуса о всюдности жизни была подхвачена в России Владимиром Вернадским еще до Опарина. Она предполагает космический занос на Землю живого начала в составе вещества.

Гораздо менее известна изящная идея любимого советской интеллигенцией польского фантаста Станислава Лема о модуляции жизни на Земле неким излучением. Вполне научная гипотеза встроена в чудесный роман о науке под контролем спецслужб с говорящим названием «Glos Pana». В русском издании роман отредактировали, начиная с названия, и получился политически выверенный «Голос неба».

Фабула романа, может, и отвлекает от сути естественнонаучной находки, но она тоже необходима, Руководство страны с помощью спецслужб делает все возможное, чтобы общество не узнало новых фактов о происхождении Жизни на Земле.

Примерно так же построен фильм «Ангар-18» о попытке скрыть факт внеземного происхождения человеческого разума.

Можно принимать или отвергать идею Vis vitalis, однако вряд ли возможно представить происхождение информации. В результате открытия рибозимов определение жизни Энгельса оказалось попросту неверным. Белки и ДНК возникли в процессе эволюции на Земле, до этого основные функции хранения и передачи информации, ее трансформации несла РНК. Приблизились ли исследователи к происхождению?

А вообще, сколько можно приближаться? – исчерпывающим ответом на вполне академический вопрос о приближении к истине на наш взгляд может служить только другой вопрос, раздраженный и нелепый для академической среды. Ответ зависит от личной мотивации и в конечном счете от жизненных приоритетов в твоей персональной колее.

В чем может состоять мотивация автора и чего он добивается? Каждого автора жизнь рано или поздно ставит перед выбором из двух альтернатив: признание коллег и статусное положение в профессиональном сообществе или жизнь «с фигой в кармане» в роли непризнанного гения, чтобы избежать демонстрации собственной бесталанности и профессиональной импотенции.

Выбор и результат в значительной степени зависит не от самого человека, а от «удачливости эволюционной судьбы» – его человеческой судьбы и затем судьбы его идей. Это разные уровни и даже формы жизни. Многое зависит не столько от профессионального таланта, сколько от таланта подавать себя и свои или чужие интеллектуальные продукты на публичной арене. В науке зачастую выигрывает человек, владеющий PR-техниками и искушенный в общении с журналистами. Среднестатистический советский ученый впадает в истерику девицы на выданье, воспринимая контакт с прессой как угрозу, и тем сам закрывает свои открытия.

Мы живем в интересное время, время торжества чудиков. Сами ученые доверяют индексу Хирша меньше телевизора. Научные журналы превратились в братскую могилу промежуточных результатов и ослепительных находок увлекательных игрушек, непонятных и неинтересных за пределами сообщества узких специалистов.

Было время, когда авторитетный Nature освещал политические разборки вокруг «народного академика» Трофима Денисовича Лысенко. Читатель в Ленинской библиотеке получал журнал с вырезанными страницами. Или не получал. Парадокс: чурающиеся политики ученые с упоением бросались в политику с наиболее грязного ее берега, причем без понятия, что их собственная среда демонстрирует такой же эволюционный процесс, как и дикая природа.

Еще раньше основатель физиологии и эмбриологии Уильям Гарвей подвергся нападкам клерикалов за очевидную истину «Omni Vivo ex Ovo» – все живое происходит из яйца. Клерикалы и сейчас отнюдь не дремлют. По счастью, их среда не менее агрессивна и неоднородна, чем ученая среда. Их претензии ограничены авторитетом церкви, и за аргументацией своей правоты они далеко не ходят, чтобы приватизировать для доказательства существования бога такие вещи, как антропный принцип в синергетике и эволюционный финализм.

Особенность текущего момента состоит в определенном возврате к истокам. Разнообразие желаний с успехом удовлетворяется разнообразием возможностей. Да, человек претерпевает катастрофу, но для России в этом состоянии нет ничего необычного, и известная истина гласит: кто выживает в катастрофе, очень сильно выигрывает.

Жизнь человека дошла до такого расцвета печати, что в художественное описание того, какие бывают роды у человека, его автор щедро вставляет достойные учебника естественнонаучные истины и получает читательский успех просто потому, что им движет любознательность естествоиспытателя. У автора есть практический опыт, есть фундаментальное образование и нет отягощенности безответственного авторского коллектива учебника.

«Боже, / Как мне хочется жить / И знать, / Точнее, знание проверить, – / Что в невозможности любить / Не открываются все двери / И не дается благодать» – написала Татьяна Соломатина, автор сборника повестей и рассказов «Акушер-Ха!» (М.: Яуза-пресс, 2009. – 416 с., тир. 5 тыс. экз.).

Доктор занимается эксгумацией истины, потому что в этом мире смерть – лучшая анестезия. С диагнозом не заморачивается: «Весь мир – больница. И все мы в ней – пациенты».

Любой творческий продукт имеет шанс напрямую попасть в публичный оборот. В таком случае он отчуждается от автора и начинает жить собственной жизнью на своем уровне существования, подчиняясь законам эволюционной генетики в информационном цикле: генерация – эмиссия – сукцессия – рецессия.

Мы не знаем наперед, какая судьба уготована нашим идеям и построениям и нам самим. В случае выживания в катастрофе обязуемся привести все гневные отклики. Давно живем и не впервой, некоторые поступившие ранее особо яркие негодования приведены в тексте.

На каждом этапе жизни просматривается действие принципа доминанты Ухтомского: «Во все моменты жизнедеятельности создаются условия, при которых выполнение какой-либо функции становится более важным, чем выполнение прочих».

Итак, основатель современной физиологии и эмбриологии Уильям Гарвей стал известен как автор истины «все живое происходит из яйца» – Omni Vivo ex Ovo. Истина была сформулирована в результате обильных бесплодных споров, подтвержденных экспериментами самозарождения мышей из грязи.

Следующий достигнутый в эволюции истины уровень «Omni Cellula ex Celluli» – всякая клетка от клетки. Открытие вирусов и фагов вызвало сомнения в универсальности утверждения. Фактически его опровергают реконструкции начала жизни на Земле в изложении авторитетного генетика Михаила Гельфанда: наш общий предок LUCA (Last Universal Common Ancestor) был всего лишь лужицей ДНК.

Третий принцип организации жизни «Omni Molecula ex Moleculi» – принцип матричного копирования, возник из вопроса студента Колли профессору Мензбиру в Московском императорском университете почти полтораста лет назад на съезде, который вел Тимирязев. Согласно красочному рассказу Симона Шноля в юбилейной лекции на кафедре биофизики Физфака МГУ, аудитория вопроса не слышала. В этот момент вошел Лев Толстой и ему принялись восторженно аплодировать. Великий писатель пришел с целью убедиться, что наука ничего не дает обществу и видимо достиг желаемого, затмив своим ореолом возможный прок от науки.

Возник эффект, описанный одной из теорем теории информации: кто-то из студентов слышал вопрос и позже опубликовал статью о матричном копировании. Это был Николай Константинович Кольцов, будущий учитель Н.В.Тимофеева-Ресовского,. который рассказал о возникновении нового принципа в своем последнем курсе популяционной генетики на кафедре генетики МГУ.

Эволюция принципов организации жизни: Omni Vivo ex Ovo, Omni Cellula ex Celluli, Omni Molecula ex Moleculi – получает продолжение в виде происхождения программы от программы, смысла от смысла, идеи от идеи.

Доминанта жизни Ухтомского может оказаться самой неожиданной, но она не может появиться, как мыши из грязи. В каждой форме жизни должна быть какая-то идея. Из ничего идея возникнуть не может, возможна только эволюция с происхождением одного от другого.

Вот так мы эволюционировали до определения Жизни как способа существования информации. Кажется, правильнее было бы оставить уже фанатам марксизма-ленинизма потуги Энгельса и обозначить Жизнь как круговорот информации в природе с циклами «генерация – эмиссия – сукцессия – рецессия».

Мы не можем прогнозировать, какой информации суждено сукцессировать с высокими тиражами повторов. Невозможно понять, почему некая информация со значительной актуальностью оказывается нерелевантной и даже после гигантских затрат на эмиссию не распространяется и гаснет.

На примере хорошо изученной эволюции инфекционных заболеваний приходится предположить зависимость от состояния системы, потому что в некоторых случаях огромные титры заразного начала не приводили к развитию заболевания. Известны волны инфекционных заболеваний, те же стохастические колебания с возможностью единичных выборов. После войны детей косила скарлатина, о которой сейчас мало кто знает, кроме специалистов. В следующем десятилетии обострились ревматические атаки на сердце, оставившие множество детей того поколения инвалидами.

Возможно, вопрос тиражируемости информации восходит к общим закономерностям теории красоты. Во всяком случае, специалисты в сфере PR и рекламы угадывают будущую судьбу своих продуктов с достаточной вероятностью, чтобы коммерциализовать их на очень высоком уровне стоимости. Известно, что эти люди особого типа совмещают два чувства: состояния массового сознания и эффективности воздействия данной информации на сознание. Первое является обязательным для любой фигуры, успешной на публичной арене. Второе – непременное свойство эксперта конкурса, модельера, дизайнера или редактора СМИ.

Люди понятно могут объяснить что угодно чем угодно как по наитию собственной фантазии, так и в соответствии с оплаченным заданием. Однако волны рождаемости, суицидов, ощущения благосостояния в социологических опросах не находят прямой связи с уровнем дохода, развитием экономики или социальной сферы, вообще ни с чем объяснимым понятным образом.

Экстремистскими призывами можно накачать уровень национальной или конфессиональной розни, публичной жестокости или суицидов, но только во время соответствующей волны в массовом сознании. Очевидно, авторы и исполнители «снежной революции» для России 2011-2012 годов опоздали, раскачать общество на протест не удалось. На Украине в 2013-2014 годах удалось развязать агрессию ценой открытой организации государственного переворота на базе абсолютной внешней управляемости спецслужбами, достигнутой ранее. Однако причиной успеха деструктивных планов стало кардинальное отличие украинского общества от российского. Молчаливое большинство Украины особенно большое и аполитичное. На такой целине успех зачастую получает сорная и заведомо вредная информация.

Еще хуже в этом плане ситуация в хромосомах, где нет ни коммунизма, ни рынка. Впрочем, если коммунизм иногда удается организовать с большими усилиями, то конкурентного рынка нет нигде, и особенно от этого страдает информационная сфера. В геноме царит нечто вроде комбинированного социализма.

Отсюда следует сделать вывод, что тиражируемость информации не определяется ее полезностью, а красота не связана с целесообразностью. Само по себе успешное распространение в 60-х годах идеи фантаста Ивана Ефремова о целесообразности красоты является свидетельством неверности идеи.

Эволюция преодолевает проблему развитием информационной трансформации. Жизнь просто переходит в новую форму.

В постоянно-скачкообразном процессе трансформации информации можно наблюдать зарождение новых форм жизни. Фактически роль информационного трансформатора является основной для Государственной Думы – парламента как представительной власти в русском формате.

Н.В.Вакурова из года в год повторяет с участием студентов различных вузов эксперимент, получая воспроизводимые результаты трансформации информации в фокус-группе. Эксперимент стал доказательной иллюстрацией к теме борьбы идей за происхождение жизни.

Описание эксперимента приведем полностью по статье в журнале «Вестник университета» (см. ?)

 

Дополнение к главе 18. Эксперимент Н.В.Вакуровой

Цель исследования Н.В. Вакуровой состоит в изучении процесса преобразования информации, направленной от коммуникатора к коммуниканту. Задачи эмпирического исследования состояли в том, чтобы выявить механизмы трансформации смысла сообщения, в том числе различных видов потерь и приращений информации в процессе коммуникаций.

Исследование проведено по методике фокус-группы.

Общие выводы по итогам проведенного исследования состоят в следующем.

1. Исследование подтвердило, что чистой и строгой ретрансляции информации не происходит никогда, передача всегда сопровождается трансформацией информации с порождением новых смыслов.

2. Существуют определенные механизмы трансформации на каждом этапе в цепи передачи.

3. Выявлены конкретные признаки (характеристики) информации, которые способствуют ее прохождению через социально-психологические барьеры.

Полученные в итоге эксперимента результаты имеют как прикладное значение, так и сугубо теоретическое значение. В прикладном плане они могут стать основой повышения эффективности журналистского труда, повышая долю управляемой технологической компоненты в биотехнологии за счет непредсказуемой творческой составляющей.

Теоретическое значение эксперимента в том, что его результаты необходимы для интерпретации самого феномена жизни как цепи множественных вторичных ее порождений.

Одной из задач проведенного эксперимента была проверка гипотез о причинах неадекватного восприятия информации в системе СМИ. Анализ новостных материалов в других наших экспериментах показывает, что журналисты-новостники зачастую неосознанно, но в то же время целенаправленно используют приемы, создающие потенциальные барьеры в восприятии их информации. В сочетании с множественными повторами одинаковых по смыслу информационного повода сообщений барьеры сегрегируют аудиторию на сегменты воспринимающих и отторгающих некую информацию вне зависимости от ее актуальности. Например, лоббистам повышения платежей населения за услуги ЖКХ при обсуждении закона о бюджете осенью 2001 года удалось непублично исказить норму ограничения тарифов в такой степени, что действовать она не могла, но этого не заметили ни журналисты, ни аудитория. Однако именно это событие стало стартом усугубляющего жизнь страны процесса, и тема тарифов вошла в перманентный режим постоянного использования журналистами вследствие давления на общество. То есть тема приобрела высокую релевантность, информация о тарифах вошла в режим сукцессии после потери актуальности в том смысле, что повлиять на развитие событий общество уже не может.

Примерно то же произошло с освещением проблем реформ уголовной и пенсионной систем, затем реформ армии и систем образования, здравоохранения и ЖКХ, проблем автономных учреждений, малого бизнеса, охотничьего промысла, лесных пожаров, платной любительской рыбалки, защиты животных, природы терроризма, организованной огосударствленной преступности и др. При том, что все они находятся на разных этапах своей эволюции в порождаемой СМИ инфосфере, общее в них то, что общественный резонанс возникает после прохождения точки невозврата и на фазе эскалации проблем стимулирует принятие решений, усугубляющих проблемы.

Динамика событий в разных сферах жизни показывает перманентность катастрофического режима в целом.

Как указывалось нами ранее, «...направить изменения массового сознания практически невозможно, но усилить и ускорить происходящие в нем перемены не только возможно, но и практически именно эта задача реализуется через журналистику» [3].

Мы полагаем, что особенности журналистики носят временной характер зависимости от текущего состояния массового сознания. Сложившаяся система СМИ стимулирует властную элиту заместить управление страной управлением массовым сознанием путем искусственного создания проблем.

Возможны эксперименты по проверке гипотезы о том, что порождается и поддерживается информация, вызывающая эстетическую реакцию коммуникатора благодаря безусловным или условным рефлексам. Общая гипотеза состоит в преимуществе креатива с порождением нового смысла по сравнению с механической трансляцией, поскольку креативность распространена и в человеческой инфосфере, и в дикой природе, и в молекулярно-генетической сфере. В таком ракурсе человеческий недостаток – неспособность передавать точную информацию, является прогрессивным на системном уровне жизни общества в условиях быстрых и/или непредсказуемых перемен массового сознания, обусловленных турбулентностью в структуре хаоса как физической неоднородности пространства-времени. Наш эксперимент выявляет реакцию человека на его сиюминутное состояние – то есть то, что довлеет над журналистикой в целом. Кроме того, он привносит дополнительные знания о генерации нового на публичном информационном поле.

Любой подобный эксперимент представим либо в форме конечного автомата – «Машины Тьюринга-Поста», либо введенной в развитие идеи Джоном фон Нейманом идеи клеточного автомата в основе культовой игры «Жизнь» (Conway's Life), сделавшей мемом выражение «клеточные автоматы». Результат нашего эксперимента отражает эффект взаимодействия в коллективе, то есть явление самоорганизации в обществе в том достаточно редком варианте, когда заданные правила игры не требуют корректировки и модерации. В результате мы можем наблюдать еще одну модель «формы жизни». В настоящее время к подобным искусственным «формам жизни» можно отнести пример развития народной энциклопедии Википедия. В ней наиболее легко найти теоретическую базу представленных выводов, в том числе в работах автора теории структуры хаоса Эдварда Лоренца и его предшественника, статистка Рихарда фон Мизеса. Статья Википедии о работах математика Алана Тьюринга отражает отличия человека от машины, разумность которого состоит в способности совершать «неразумные поступки», то есть применять незапрограммированные решения. Отвечая этому условию, машина может считаться разумной, как и фокус-группа участников эксперимента.

«Правила игры» для экспериментов с людьми соответствуют механизмам транскрипции и трансляции в клетке.

 

Глава 19. К вопросу о роли в истории личности журналиста: краткая сопоставительная ретроспективная периодизация развития системы отечественных средств массовой информации и массовой коммуникации

Профессиональная журналистика продолжает метаться между несовместимыми задачами – информировать или потрясать? – и занятая собой, отстает от собственной аудитории в условиях ускорения перемен массового сознания.

Изменения в ходе эволюции человека наиболее прямолинейно и полноценно отражаются в том, что происходит с массовой коммуникацией. На момент написания этой статьи в прессе России можно найти сведения как о природных переменах климата с «нервной погодой», так и о борьбе за право аудитории на интерактивность в формировании содержания публичного информационного поля.

Можно найти достаточно много описаний информационных войн, войн за сознание человека и инструменты управления им (УМС).

Фактически в мире идет виртуальная война с правом аудитории на участие в авторстве. Национальные сообщества восстали против насаждения потребительства. России по факту возглавила борьбу за идеологию информационной свободы. Причина понятна: страна огромная, очень разная и предельно открытая на всем протяжении своей истории не могла бы сохраниться без механизма самоорганизации общества в систему коммуникации.

Острота текущего времени может измеряться не только по повторяемости уникальных погодных явлений. В большей степени о том же говорит поток информационных фальсификаций. Например, об отсутствии лечения лихорадки Эбола или применении биологического оружия на основе ее возбудителя.

Наша собственная журналистская и исследовательская деятельность обеспечивает доступ к прямой доказательной адекватной информации по указанной фальсификации и большинству других, позволяет их выявлять и анализировать. Россия – страна высоко информированная с возможностями получения качественного фундаментального образования.

Исторический момент 2014 года отмечен ростом запроса общества на диалог широкого формата с возможностью вовлечения неопределенного круга лиц. Подчеркнем, речь идет не о принудительном потреблении неких заготовок без права на протест и обсуждение. Благодаря череде властных решений в постсоветской России выстроилась система самоорганизации групп по интересам. Человек, обреченный на роль изгоя в мире одностороннего информирования через недоступную интерактивности прессу, в новой среде массовой коммуникации может найти свою референтную группу или при достаточной активности создать новую группу. Люди таким путем строят собственные социальные ниши, используя созданные информационно-коммуникационные платформы. В новом веке не принято искать для этого роли диссидента с поддержкой из-за рубежа. Интеллигентом в классическом понимании может стать каждый без двусмысленного положения «продавца Родины».

Особенность 2014 года – Интернет, созданный для проведения глобализующих «западных ценностей», развернулся против своих создателей и Россия в этом процессе лидирует. Дискуссия в русскоязычных сетях получила тенденцию противостояния антироссийской миссии-поручения с одной стороны и с другой – борьбы за истину. Можно наблюдать самоорганизованное возникновение многочисленных миссий предназначения. Участниками диалога движет как правило не патриотизм с некой любовью к Родине, с чем в России всегда были проблемы, но любознательная любовь к истине, которая естественным образом заменяет россиянам искусственный патриотизм.

Основа сложившегося формата заложена в 2008 году, что позволило России выстоять в последующей пятилетке потрясений с планами дезинтеграции, смены власти, утраты суверенитета и «снежной революции» на Болотной площади. Федеральная власть не боролось с протестом, оставив непопулярную роль регионалам, а играла с ним и внедряла своих резидентов в «пятую колонну».

В современном формате утратила смысл фраза «история не знает сослагательного наклонения». Проваленный на Болотной план реализован на Майдане и можно сравнивать. Компаративный анализ синхронно происходящих в мире резонансных событий выявляет их инценированность, показывает авторов и исполнителей. Например, исчезновение одного гражданского самолета и демонстративное уничтожение другого, патовая ситуация с геноцидом в Новороссии и обострение в секторе Газа. Триумф России на Олимпиаде в Сочи уравновешен переворотом в Киеве как окончательным поражением украинской государственности.

К 2014 в мире сложились диссипированнные системы в удаленном доступе сбора персональных данных, центров принятия решений, виртуальных финансовых потоков. Вместе они представляют собой сложно составленную систему взаимно вложенной «матрешечной» структуры без выраженной иерархии и тем более без доступа к источнику решения. Система запутана и высоко изменчива. Подхваченные прессой сенсации почти всегда иллюстрируют утверждение «Новости – это то, что скрывают от прессы. Все остальное реклама». Почему в сборе персональных данных обвинили только АНБ США, если этим занимаются все спецслужбы? Для идентификации источника решения не имеет значения название структуры, оно скорее уводит от сути.

Формат содержательного обсуждения проблемы в сети, названный «промышленным фейсбуком», заложен в России как форма расследования летом 2008 года непосредственно перед «фактором трех восьмерок», когда агрессия Саакашвили на Южном Кавказе была приурочена к открытию Олимпиады в Пекине. В 2014 году формат новой формы расследования получил развитие благодаря тому, что властные решения 2008 года предусмотрели рост запроса общества на содержательную информацию с участием в диалоге и заблаговременно удовлетворили его.

В 2014 году произведена трансформация ряда ведущих российских СМИ. Формат диалога из сети распространился на пресс-конференции. Они уже не могли проходить в формате одностороннего источника информации из навязанной повестки в формате полупроводника и можно было наблюдать генерацию новой смысловой информации непосредственно на публичной площадке.

Лидером стало преобразованное агентство МИА «Россия сегодня» на Зубовской (созданное в 1980 АПН). Однако после летней «оттепели» с началом политического сезона уже в сентябре пошла обратная «заморозка» с реваншем навязанной повестки из заказных вопросов через иностранные СМИ. Однако формат изменился.

Политическая и парламентская журналистика стали лидерами перемен, первыми пройдя кризис. Он продолжается по направлениям журналистики в литературной критике, кино, театре, скрывая прогресс в описываемых сферах. Содержательные и адекватные рецензии проще найти в сети, чем в профессиональной прессе. От режиссера фильма можно услышать, что он снимает кино для тех, кто пишет отзывы в Интернете.

За два десятка деструктивных лет, а в некоторых сферах сорока лет, остались примеры советского формата. Сохранившиеся отечественные научно-популярные журналы тяготеют к советской модели журналистики, которая должна воспитывать и просвещать. «Наука и жизнь» разительно отличалась от издаваемs[ по франшизе на русском глянцевых научно-популярных журналов развлекательного содержания. Мы их анализировали для спецкурса «Актуальные проблемы современной науки и журналистика» для студентов Журфака ИСИ в осеннем семестре 2013 года.

Предыдущие пять лет отмечены постепенной утратой интереса к публичному диалогу через СМИ. Федеральный избирательный цикл 2011-2012 впервые прошел без преференций печатным СМИ. Число газет и печатные площади продолжали сокращаться, как будто выборов не было, поскольку издание и распространение газет искусственно убыточно. Пять лет продолжалась редукция сети «Почты России», киоскерной сети и подписки на периодику. В условиях отсутствия надежного покрытия значительной части страны дешевым доступом к Интернету обострились проблемы с диктатом монопольной мобильной связи, неисполнением оплаченных услуг и навязыванием рекламных или платных услуг без ведома абонента. Каналы на вход информации по числу и качеству превышают каналы на выход, оставляя человеку роль пассивного потребителя.

До пятилетки потрясений прошла пятилетка, отмеченная применением выборов в качестве «генетического оружия». Изменения в массовом сознании начала века обеспечили возврат центростремительности после двадцатилетия центробежности 80-90-х годов. Смена власти определила попытку восполнения дефицита суверенитета. Социологи отметили «обламывание» флангов электората непосредственно перед выборами 2003 года. Наша журналистская деятельность показывает, это было сделано специалистами по УМС, ускорившими медленно текущий процесс через опережающую реализацию будущего запроса.

Пресса в целом оставалась либеральной. В 90-е годы альтернатива отсутствовала. Национальный поиск работал ненадежно на основе несовершенной индексации. Продолжался процесс регионализации. Общественное мнение Петербурга и Москвы в то время отличались друг от друга не меньше, чем от Минска или Еревана. Недолгий двухлетний период зависимости СМИ от подписки и подписчиков завершился неожиданно принудительным двукратным повышением цен на издательские услуги и бумагу, которое практически тут же повторилось. Издатели сами отказывались от подписки и закрывали свои СМИ. Началось время массового создания приуроченных к выборам изданий без доступных данных об учредителе и тираже.

Созданный для России закон о СМИ запретил цензуру и смешал журналистские роли в широком спектре занятости в медийной сфере. В число журналистов попали как репортеры, так и комментаторы-политологи и заказчики информации в лице учредителей.

Вехой грядущего двадцатилетия стало достижение консенсуса в создании Конституции 1993 года. От прессы не удалось скрыть ни то, что голосование было «продавлено», ни то, что предъявленный результат был итогом борьбы внешнего и внутреннего источников манипуляции. Консенсус состоял в том, что суверенную целостность страны закрепили в Конституции в обмен на хаотизированный формат законодательства. Журналистика заметила проблемы по мере их создания в уголовной системе, тарифах, подавлении предпринимательства, безответственном лесопользовании. Лишь спустя 20 лет был поставлен вопрос о систематизации законодательства в Докладе Федерального Собрания о состоянии законодательства. Однако в конце пятилетки потрясений в 2013 году действовала навязанная повестка дня и журналисты не восприняли событии адекватно его значимости.

Конец 80-х – начало 90-х отмечен массовым открытием новых изданий и каналов, в том числе национальных. Как и в пореволюционном периоде начала 20 века, по числу изданий лидировала национальная еврейская пресса. Разница в количестве на порядок больше и в том, что тогда она печаталась в основном на идише с участием талантливых авторов и стала основой создаваемой идеологии будущего государства Израиль. Оборот каждого экземпляра газеты был колоссальным. В следующем пореволюционном этапе Израиль создавал еврейскую прессу на русском и собирал журналистов для обучения. Россия занималась тем же в отношении зарубежной русскоязычной прессы, но менее масштабно.

Бурное развитие системы СМИ второго пореволюционного периода не было стихийным. Один из авторов этой статьи работала в то время в социологической службе «Останкино» и провела в концертном зале «Останкино» один из первых интерактивных опросов.

Советский период развития СМИ тоже состоял из череды смены форматов и трансформаций системы СМИ. В 70-х годах была создана прогрессивная научно-популярная журналистика, для чего использовались не столько журналисты, сколько сами ученые. Масштабный партийный проект «Юность» ввел в культуру – литературу, поэзию, изобразительное искусство – новые имена и вернул журналистику человеку. Проект «Юность» обеспечил культурную составляющую развития русского мира на десятки лет вперед.

Этап стационарного развития прессы открыло создание Журфака МГУ, который готовил профессиональные кадры для сети как печатных изданий, так и телестудий. Дефицит содержательной информации в модели преподавания партийной прессы компенсировался тщательно организованной практикой с достоверной отчетностью. Журфак был тесно связан с действующей журналистикой, СМИ были обязаны принимать студентов и загружать их работой. Это обеспечивало и ротацию кадров и медийное единство страны.

Первые два года войны 1941-1942 годов отмечены значительным вниманием руководства страны к фронтовой журналистике. «Красной звездой» руководил Давид Ортенберг. Состоявшемуся писателю Илье Эренбургу выпало в конце войны довести до массового сознания информацию о концлагерях. Сопоставление с российской фронтовой журналистикой 2013-2014 годов показывает ее мощное развитие на новом уровне. Прятать трупы людей стало невозможно и бессмысленно, что успешно происходило весь двадцатый век после репортажей журналиста питерской газеты Алоизия Макгаена о турецком геноциде болгар в девятнадцатом веке.

Торжеством подавления фронтовой журналистики стали события в Испании. Они фактически известны благодаря тому, как выжил пишущий свидетель раннего этапа, на котором коммунистическая и фашистская оси объединились против общего на тот момент врага в лице анархизма. Спасла Джорджа Орвела его жена, обманув спецслужбы, и он описал момент в эссе «Прощай, Каталония!» с анализом как самих событий, так и их освещения в СМИ разных стран-участников.

Один источник, конкретный журналист, выжив случайно, повлиял на ход истории. Но в отличие от Макгаена, не сразу, а через несколько эпох, когда «фактор трех восьмерок» вернул интерес к анализу Орвела и события в Испании транспонировались на события в Ливии и Сирии. Еще в Ираке журналистов расстреливали, то уже в Новороссии это оказалось опасным и бесполезным в плане сокрытия информации.

Предвоенная журналистика претерпела унитаризацию. Публикации заметно укрупнялись. Участники испанских событий были расстреляны. Унитаризация началась с литературы, богатой на имена и разнообразие.

Послереволюционный период отмечен расцветом журналистских талантов будущих известных писателей. Материала для освещения было с избытком, читательского запроса не меньше.

Дореволюционный период создал новации, обеспечивший будущее развитие страны. Индустриализация и электрификация стали на весь советский период приоритетами в журналистике. Другие новации уходящего в историю царизма оказались использованы лишь в малой доле, как элементы отечественной ювенальной юстиции при Сталине. Или возродились на примере парламентской журналистики в новом качестве спустя сто лет. Равноправие женщин и избирательная система, земская медицина и образование, система сельского хозяйства – все это можно найти в дореволюционной журналистике и аналитике.

Тогда же массово возникали научно-популярные и литературно-художественные издания. Вход читателю в сообщество авторов был существенно облегчен. Наряду с национальной горизонтальной прессой в России свою существенную роль играли профессиональные вертикальные издания по медицине, сельскому хозяйству и др.

Возникновение российской прессы связывают с изданием при царе Петре газеты «Ведомости». Как средство массовой коммуникации следует рассматривать такие феномены, как новгородские берестяные грамоты, коль они стали связующей через века информацией наряду с медным свитком общины терапевтов (ессеев) Иудеи. Для этого нужен необходимый и достаточный уровень грамотности населения, иначе историю мы будем читать по летописям, требующим расшифровки, кто их писал, для кого и от кого он зависел в плане заказа.

Историю отечественной прессы принято представлять через давление цензуры и подавление. Данная правда нерепрезентативна, потому что профессиональный журналист в принципе свободен быть может в ограниченных пределах. Когда мир меняется быстро и сообщения репортеров кажутся неестественной фантастикой, редактор вынужден страховаться. В публикации проходит информация трех источников: санкционированная, оплаченная или проверенная другими СМИ. Широкая конвергенция отечественного формата обеспечила общественный диалог в условиях быстро и непредсказуемо меняющегося мира. Сопоставление этапов истории отечественной журналистики показывает ее универсальность и роль личности журналиста в истории человечества. Характерным признаком стал рост числа личностей в истории, вовлеченность заметной доли населения в творчество будущего.

Благодаря занятиям парламентской журналистикой с использованием современных средств получения, обработки, депонирования, передачи и публикации информации, которых не было век назад, мы имеем не только доступ к остро актуальной информации без релевантности, но возможность работать с ней, анализировать и даже индексированно публиковать. Так было, например, с исключением из закона о бюджете ограничения тарифов, намерении законодательно раскрыть фондовый рынок для североамериканских финансовых рисков, изъятии из закона о национальной платежной системе главы о национальной платежной системы, недоступной в течение двух недель на официальном сайте Европарламента после принятия резолюции с осуждением России в связи с выборами Думы шестого созыва. Приведенные примеры касаются случаев возникновения релевантности после потери актуальности, когда общественный резонанс независимо от сукцессии информации в публичной сфере не может устранить проблему, но может даже усугубить.

Некоторые актуальные темы остаются хронически нерелевантными. Например, прогрессивность организации русской Думы как информационного трансформатора, по организации работы схожего с тем, что происходит в человеческом геноме. Актуальной и нерелевантной остается информация о внешней административно-командной системе управления коррупцией с деструктивной ценовой, монетарной, финансовой политикой, подавлением предпринимательской активности и оффшоризацией разрешенного сектора экономики.

Страна остается в искусственной катастрофе, продолжает жить и прогрессивно обновляться под гнетом вредных факторов точно так, как это происходит в дикой природе. Фактически сложились видимая и невидимая стороны экономики, медицины, образования, обеспечения прав включая право на информацию и участие в ее формировании.

Выросло поколение людей, с детства привыкших видеть себя не только на фотографиях, но и в видео, слышать свой голос. Жизнь стала большим реалити-шоу и люди уже благодаря этому не могут оставаться в прежней генетической конституции. Конвергенция в обществе охватила множество профессий. Мы видим матричную пьесу, в которой каждому участнику принадлежит по некоторой доле роли актера, режиссера, продюсера, осветителя, комментатора, репортера, аналитика и самого главного – автора, причем без надежды делегировать ее вместе с ответственностью некоему высшему существу.

Техническая возможность связаться с близкими тебе людьми исключает сомнения в степени близости, хотя вчера все могло быть иначе.

Попытка остановить процесс в управляемом обществе потребления описана в романе «Слепая вера» Бена Элтона (Перевод с английского В. Бабкова. – М.: Иностранка, 2009. – 416 с., тир. 4 тыс. (Ben Elton, Blind Faith. The Best of Иностранка) – римейке романа Джорджа Орвела «1984», осовремененном в русле текущих тенденций.

На примере журналистики мы не видим столь четких циклов, как это представляют экономисты на своем предмете. Повторяемость эволюционных режимов однако налицо, как и управление случайностью с запуском самоорганизации, характерные для генетико-инженерной биотехнологии.

Эволюцию форматов массовой информации в конкуренции с прямой коммуникацией без посредников обеспечивает эволюция самого массового сознания во взаимном влиянии. 2014 год отмечен ростом числа пишущих людей. Если для примеров из дикой природы можно сказать, что все зависит от эволюционного состояния вида, то для общества – что все зависит от состояния массового сознания. Оба явления являются разными в описаниях проявлениями одного фактора стохастических колебаний структуры динамического хаоса.

Ретроспективная периодизация развития системы отечественных средств массовой информации и массовой коммуникации показывает действие антропного принципа в синергетике Сергея Михайловича Курдюмова «будущее сегодня». Формат отечественной журналистики 2014 года достаточен для того, чтобы содержать треки будущего развития человечества.

Можно ли сейчас прогностически вычислить, что будет выбрано? В любом случае очевидно, широкая конвергенция будет способствовать тому, чтоб ничего не пропало. Надвидовая эволюционно мобильная форма человека со всеми технологическими возможностями вернулась к генетически примитивному состоянию с максимальными потенциями будущего согласно правилу Копа происхождения от неспециализированного предка.

 

Нелишне заметить для полноты картины. Августовская Москва формата 2014 года поражает воображение ярким Солнцем на чистом небе с заметным расцветом чувства обновления, юности на Земле. Правда, касается это в основном женщин и детей также в основном женского полу. Город стал чистым и красивым. В Москве и вправду самые красивые женщины мира.

Поражает воображение даже не это, а контраст с тем, что мы слышим из сообщений прогрессивной российской журналистики. Самый большой подарок для нынешних подростков сделало само время – их юность совпала с очередной юностью человечества, самой масштабной за его историю. Циклы действительно идут по нарастающей. Говорливая Евгения Антипина, как и ее молчаливый муж Павел, занимается самым существенным и при этом очевидно не считает себя первичной. Типично.

Девочка в 16 лет считает лучшим подарком iPhone. Мировая административка делает все возможное, чтобы люди, не задумываясь, оставались потребителями. Однако исторический провал заканчивается на поколениях нынешних младшекурсников и старшеклассников. Русскоязычная молодежь демонстрирует пример жизненной силы с эпицентром в Москве. Лев Гумилев ввел для описания явления понятие пассионарности. Профессиональное сообщество ученым его не считает, но понятие используют все. А что бы вышло, используй Гумилев стандартный мем Vis vitalis?

Мы против излишних сущностей – бог-создатель, эзотерика, торсионные поля, нейролингвистическое программирование. Мы против словосочетаний, заводящих в тупик, например, «наследование благоприобретенных признаков». Только здравый смысл и интуитивное видение формализуемости допускает понимание таких словосочетаний, как антропный принцип, широкая специализация или Vis vitalis.

Мы вряд ли сможем доказать, что тут нет излишних сущностей. Есть два важнейших понятия, определяющих любую прагматически валидную картину мира. Оба обросли толкованиями и доказательствами, имея простейший смысл.

Теорема Геделя о неполноте арифметики означает недостижимость построения «общей теории всего». Только в одном эволюционизме не менее трех независимых уровней, а может, и больше.

Антропный принцип означает, что наша Вселенная несет Vis vitalis в своей основе. Грани между искусственным и естественным в данном понимании отсутствуют, как и между аналогией и гомологией по той же причине. Иными словами, Жизнь – имманентный признак для мира нашей Вселенной. А может, и всего мира. Отсюда – широкая конвергенция: Вселенная есть наш общий биотоп. В принципе, ничего нового по сравнению с весенней лужей для головастиков и прочей временно расцветающей живности.

2014 год стал ключевым в нашей работе над эволюцией. Пришло много нового в осмыслении прежней информации на стимуле генерации недостающей для обобщения новой информации. 2015 год начался с аналога начала Новой России. Что есть не откат назад, а фрактальность времени.

Наш текст тоже фрактален, из него можно взять любой фрагмент и немножко узнать о целом.

 

 

 

***

 

 

Дополнение 1 к главе 21. Примеры PR-акций, известных и не очень.

Сопоставительное изучение PR-акций порождает одну из наиболее продуктивных и красочных картин эволюции. Например, Бунд – ЕАК – Центр Визенталя, как это описано выше. У системы PR-акций есть своя таксономия с жанровой классификацией.

Вся история человечества может быть представлена в виде череды викарирующих PR-акций. Можно будет не спорить, была на самом деле Куликовская битва или Ледовое побоище, потому что их консолидирующие последствия налицо. Споры выявляют различия людей относительно той или иной сукцессирующей информации. Паттерн самоорганизации в обществе меняется и меняются сами люди в соответствии с их генетической пластичностью. В результате некоторые PR-проекты имеют такие последствия, которые позволяют квалифицировать их как генетическое оружие.

Согласно нашим исследованиям, так сработали выборы Госдумы 2003 года, ускорив естественные процессы, достаточно медлительные. Внешнее проявление глубинных процессов фиксировал социолог Юрий Левада как обламывание флангов электората. Выдающийся теоретик и практик партстроительства Борис Надеждин грустью констатировал, что рейтинг СПС завалился буквально в последние два дня и это требует изучения.

У стороннего наблюдателя осталось впечатление, что кто-то сбил самолет с Анатолием Чубайсом и Ириной Хакамадой, летавший по телеэкранам во время предвыборной кампании. Виртуальным стрелком оказался Марат Гельман, специально введенный на время выборов в руководство Первого канала. Что не позволено было Ельцину, оказалось доступно Гельману и он продемонстрировал, как работает телевизор в роли генетического оружия.

Предшественники: Геббельс, затем Митрофанов.

Поток PR-акций связывает человеческую популяцию в единое целое подобно тому, как это происходит на уровне хромосом в горизонтальных потоках генетического материала благодаря мобильным элементам. Мемы являются