Что такое теория эволюции? Запретный плод  и auto-da-fe как фактор генетической инженерии научно-популярная статья Лев Московкин Наталья Вакурова

- начало http://leo-mosk.livejournal.com/4033157.html

- продолжение http://leo-mosk.livejournal.com/4033435.html

- окончание http://leo-mosk.livejournal.com/4033764.html

 

04.05.17 Лев МОСКОВКИН, Наталья ВАКУРОВА

Что такое теория эволюции?

Теория эволюции – запретный плод человеческого воображения, и auto-da-fe как фактор генетической инженерии

 

Аннотация. В статье рассматриваются варианты описания эволюционных закономерностей и примеры их действия в разных сферах жизни. Особое внимание уделено запретам на исследование наиболее существенных явлений жизни.

Ключевые слова: аллогенез, аллопатрия, арогенез, бреттон-вудские инструменты, викарирование, виоленты, генетическая инженерия, гибридный дизгенез, интегрированный маркетинг коммуникаций, мегаэволюция, менеджеризация, незадержанные мутагены, патиенты, преадаптация, сальтация, симбиозогенез, симпатрия, суверенитет, сукцессия, центрофугальный отбор, эксплеренты, эпигенетика, эпиморфоз, эстетический отбор, Vis vitalis

 

What is the theory of evolution?

The theory of evolution – forbidden fruit of human imagination, and the auto-da-fe as a factor in genetic engineering

 

Abstract. The article discusses options for descriptions of evolutionary patterns and examples of their actions in different spheres of life. Special attention is paid to restrictions on the study of the most significant phenomena of life.

Keywords: aesthetic selection, allogenes, allopatry, arogenes, the Bretton woods instruments, vicariouly, violence, genetic engineering, hybrid desgines, integrated marketing communications, megaevolution, managerization, non-delayed mutagens, patient, pre-adaptation, salting, the symbiosis of organisms, simpatriya, succession, sovereignty, centrifugally selection, explerent, epigenetics, epimorphos, Vis vitalis

 

Казалось бы, зачем снова и снова описывать то, что и так описано многократно и чем буквально задолбили массовое сознание? Вот именно поэтому нам придется отталкиваться от навязанного, несущественного и неверного. Обязывает багаж знаний, оставленный нам нашими учителями.

Читателя этой статьи трудно представить. Большинство людей пребывают в неведении относительно необходимости знания биологии в быту и работе, для личного благополучия и удовлетворения страсти познания. Запрос неосознанно растет из запертого сознания. Прорабы глобализации воспользовались моментом, когда управлять проще, чем информировать. Холокост породил вопрос: почему миллионы людей послушно шли во рвы и печи? Нынешнее время оперирует сотнями миллионов, которые добровольно и старательно строят информационный концлагерь всему человечеству.

Люди не хотят видеть причины в себе и потому склонны преувеличивать возможности власти и законодательства, впадая в анозогнозию. Генетические причины столь сильны, что на практике любой закон будет работать в одном направлении. Светофор не может переключать стрелки фуркаций естественных треков эволюции. Нужно прямое воздействие и это можно делать, овладев сетью эрогенных зон системы. Без гипербол и метафор, надо просто нащупать способы точечной провокации фазовых переходов.

Вокруг генетики всегда клубились чудовищные мифы, будто вертухаи с разными проявлениями садистической мотивации передавали вахту друг другу. Рост технологий управления сознанием приспособил генетические мифы для целей морального порабощения и извлечения феерических прибылей по схемам страховой медицины. Нажива жиреет на человеческих страданиях. Например, развитие генетики позволяет выявлять и в какой-то мере компенсировать тысячи редких врожденных дефектов. Лечат те из них, для которых можно легко сделать и дорого продать соответствующее лекарство. Остальное – дело рекламной техники в условиях глобального монополизма.

Время такое, похоже на «Крутой маршрут» Евгении Гинзбург. Все, что может быть сделано во вред, именно так и делается. Исследователь оказывается в состоянии злого следователя, который вынужден исходить из презумпции виновности по любому вопросу, но не имеет права никого обвинить. Ситуация странным образом изоморфна на трех уровнях – общественном, молекулярном и высшей нервной деятельности (ВНД). В хромосоме обвинить некого, но иногда очень хочется. Однако наш «Крутой маршрут» не голливудский триллер, полюса добра и зла распределились не по людям, народам или государствам. Война идет между глобальным и национальным. Уже есть такие маркеры поворота к позитивному жизнеобеспечению, каким у Гинзбург была лавочка, поставленная в заботе о репрессированных. Как и тогда, мы сейчас все временно расконвоированные.

Если искать вину, то не в искусственной глобализации, а естественной турбулентности. Нам придется доказывать, что во время турбулентности вред приносит пользу. Но это не значит, что можно оправдывать садомазохизм, особенно на национальном уровне.

Аморальный аспект порождается рекламной коммерциализацией генетики. Еще в 70-х в США был поставлен вопрос о стоимости лечения врожденных аномалий. С тех пор богатая страна с имперским притоком ресурсов в общем не нашла системного решения проблемы. После распада СССР экспериментирует на России. Две государственные программы федерального и регионального уровней включают всего 14 орфанных нозологий из тысяч, причем схема госзакупок ориентирована на зарубежных производителей с повышением стоимости для России в несколько раз. На практике родители аномального ребенка сталкиваются с проблемами диагностики генетической или эпигенетической этиологии. Политические запреты закрыли госзакупки отечественных праймеров для секвенирования ДНК. Диагностику приходится проводить за рубежом, что мало кому доступно.

Давайте не будем с жизнерадостным мазохизмом убеждать себя, как у нас все плохо. Во-первых, у других вопреки показателям может быть хуже. Во-вторых, у нас совсем не так плохо, как нам было назначено. В-третьих, чтоб не было хуже, стоит понять, как устроен этот мир. Нет ничего более интересного в мире, чем его познание. Когда узнаешь что-то новое в хорошо известном старом, первая реакция как правило наводит мысль о собственном сумасшествии. Потом неизменно оказывается, что самые смелые идеи в части сетевой организменной управляемости глобального мира – не более чем бледные тени реальности.

Можно ли управлять природой, провоцируя разрушительные погодные аномалии? Теоретически можно, для этого необходимо суперкомпьютерное программирование. Проще приписывать себе реакцию людей на естественные аномалии, эпидемии и массовую депрессию. Таким вот образом человек научился управлять собственной природой. Речь идет не о решении таких задач, как, например, сделать всех поголовно счастливыми. Или уничтожить, если счастья не воспринимают. Такие задачи неразрешимы через прямое действие. Управление возможно исключительно ради управления с провокацией цепочек самоорганизации через управление случайностью. В технологию входит тотальный скрининг личного контента для идентификации маркеров тревожности и вообще человеческих настроений в потоке Big Data.

Заметим, технология глобальной власти совершенно не требует понимания устройства человеческого генома, настроенного на массовое внешнее управление. Миллиарды людей включают свои компьютеры и взаимодействуют через сеть, но нет среди них ни одного, кто в полной мере понимает, как все это устроено. Самые высокие знатоки владеют только своей ограниченной сферой. Глобальная система эволюционирует в соответствии с запросами человека.

Новая виктимология выявляет предшествующие суицидальные настроения в зонах терактов. Жертвенность способствует агрессивной миграции, ксенофобия – успеху фактора 9/11 с атаками на башни МТЦ в Нью-Йорке. Будущие новости порождаются запрограммированными в алармических фильмах катастрофами, а не естественными случайностями. Неосознанные человеческие ожидания идут раньше случайностей. Затем через управляемые mainstream media (MSM) авторы проекта подставляют причину своего выбора на место следствия, меня их местами во времени.

Народы невозможно принудить к счастью, но теоретически следует защитить от спровоцированных несчастий, вооружив знаниями. Без этих знаний люди даже размножаться нормально не могут и клонируют собственные проблемы в единичных детях от хаотичных спариваний. Сотни миллионов оскопили свое сознание, закрыв себе путь в светлое будущее. Есть он или нет, еще неизвестно, но его уже закрыли. Поток откровенно вредных провокационных решений угрожающе растет и люди с этим мирятся. Как это получилось, какой в этом смысл и зачем так устроен человек, мы пытаемся объяснить.

В эволюционизме практически нет неверных моделей и для отражения эволюции заданной группы можно на спор приспособить практически любую конструкцию включая юридико-правовую или креацианистскую, евгенику и геноцид. Выбрать эффективную интерпретацию несложно, сложно ее внедрить в зомбированное сознание с представлениями о том, что гены есть только у ГМО. Они, кстати, безвредны, имея в виду, что даже работы монополиста биотехнологии Monsanto по инкорпорации в продукты питания гена стерильности мужчин пока на практике никак себя не проявили. Понятно, что в дикой природе трудно найти рафинированного гения-творца и злодея-убийцу, однако же некоторые схемы оказываются странным образом универсальными. Причем не только триада экологических стратегий (виоленты, патиенты и эксплеренты), но и, например, интегрированный маркетинг коммуникаций согласно определению Ирины Алешиной (прямые продажи, продвижение, связи с общественностью и реклама). Для ИМК наиболее ликвидными продуктами стали блокировка истины, репрессии, экстремизм и терроризм. На разработку и сопровождение брошены гигантские ресурсы, деньги и таланты.

Сложившийся глобальный мир сам подсказывает наиболее эффективный подход его описания. Изложение теории эволюции следует выводить из того, что оказалось под запретом. Это самое интересное и необходимое для понимания всего, что происходит с нами и вокруг нас.

В недавнем прошлом под запретом были горизонтальный перенос генетического материала, симбиозогенез и ключевая роль уникальных событий с расхождением частоты и вероятности.

Запреты порождаются ментальными особенностями и при этом находят утилитарное применение. В сельскохозяйственной генетике скрывался вред гибридного дизгенеза. Абсолютный вред приписывался инбридингу, хотя он в некоторых случаях способен очистить стадо от снижающих жизнеспособность рецессивных аллелей. В результате была разрушена отечественная система адаптации к местным условиям и районирования пород, в страну с начала 70-х хлынул импорт черно-пестрых фризских производителей. Так была создана база разрушения животноводства КРС, затем и продовольственного суверенитета в целом.

Еще раньше под запретом оказались системность и самоорганизация, то есть наука синергетика. Сейчас в это странно поверить. На фоне запретов была обеспечена властная поддержка научным революционерам. Лев Блюменфельд получил кафедру биофизики на мракобесном Физфаке, где успешно изучал и пропагандировал самоорганизацию физико-химических процессов в живой клетке. Во время разгрома генетики в 1948 году сам Николай Нуждин поддержал работу Романа Хесина-Лурье и потом он выступил с идеей непостоянства генома, прорвав блокаду. Александр Малиновский (Богданов) оставался стойким апологетом системности. По словам историка генетики Василия Бабкова, Владимира Эфроимсона и Николая Тимофеева-Ресовского от нападок агрессивного сообщества генетиков спас окрик из Пленума ЦК КПСС.

Принцип усиления Тимофеева-Ресовского работает в государственном управлении и теряется при размывании государства через менеджеризацию управления и передачу государственных функций НКО (паразитарное управление). Менеджер или гражданский активист декларирует ответственность, которой не имеет по определению, за системные последствия своих решений и поступков. Для подготовки ответственного управленца необходимо не только обучение, но прежде всего воспитание. Человек должен видеть последствия своих поступков и корректировать свое поведение. Система управления так строится, что любому примеру самоорганизованной регуляции развития можно подобрать аналог общественной организации и наоборот. По словам генетика Татьяны Ежовой, у билатеральных животных развитие регулируют каскадные гомеобоксные гены. Кодируют факторы транскрипции, которые переключают каскады других генов. Расположение в хромосоме коллинеарное развитию от головы до гениталий и никто не знает, почему. Древняя система генетической регуляции преадаптировала ряд следующих достижений, сегментацию тела и затем появление расчленяющей окраски покровов, как у тигров или зебры. У растений система регуляции развития построена иначе. Аналогично развитию животных регулируется генерация электроэнергии, транспорт газа, трафик самолетов или поездов.

До настоящего времени запрещено переносить биологию на человека. В то же время на сознание человека обрушивается поток необоснованных антропоморфизмов для формирования неадекватных представлений о реальности в качестве базы восприятия fake-news в так называемых mainstream media (MSM).

НКО оказываются выше государства повсеместно и в самой науке, которая поставлена под управление безответственных структур с задачами глобализации в своих подконтрольных сферах – менеджерского ФАНО, Ассоциации научных журналистов, Фонда «Династия». Разрешено рекламировать Хокинса или Докинза, но Циолковский оказывается «пропитан мистикой», а Чайковский не-ученый, потому что опровергает Дарвина. В то же время в самих США, реально пропитанных мистикой, вопреки навязыванию бредней Хокинса идеи антропоморфизма Циолковского популярнее.

Правоту Чайковского для экономики показал в своей докторской монографии физик Иван Грачев. Он же представил пределы оценки активов материальных 70% и нематериальных 7%, чем показал несостоятельность рыночной экономики и ее деривативного развития финансовых инструментов.

Антинаучный подход прочно внедрен в сознание самих ученых, лженаука получила преимущества для создания базы борьбы с наукой в целом и подавления научной истины. В России навязывание обществу лженауки стало возможным только после демонтажа советской системы организации науки, научной популяризации и государственной защиты авторского права. Правообладатель был монополизирован.

Современное генетическое сообщество в сегменте, имеющем политическую позицию, отрицает свою причастность к политике, отвергая все и всех начиная с президента Путина и возможности применения их знания для интерпретации общественных процессов. Злобно отвергают реабилитатора Тимофеева-Ресовского Виктора Илюхина и собственного коллегу, автора исторического исследования «Неизвестный Лысенко» Льва Животовского. Отношение как к нелепости к историческим изысканиям Василия Бабкова по советской евгенике. Символична судьба Валерия Сойфера, которого отвергли и сначала в роли ученого и затем профанатора советской науки с описаниями Сороса абсолютно зловещей роли советской власти по заказу Фонда, чьим экспертом для России стал Сойфер после изгнания. Генетическая среда России настроена агрессивно и негативно к политике России. В то же время отторгают коллег, готовя таким образом высококвалифицированные кадры для технологичной антироссийской пропаганды. Но и здесь не все однозначно, учитывая разные судьбы отца и сына Гольдфарбов. Роль Александра Гольдфарба в окружении Бориса Березовского, да и самого Березовского как генетического инженера власти, современники по понятным причинам вряд ли смогут оценить адекватно.

В какой-то наше сознание остается продуктом страшного времени, названного по западной периодизации застоем. Биологов, особенно биофизиков и генетиков, буквально выталкивали в антисоветскую деятельность. Массовое сознание позднего Homo soveticus формировалось анекдотами, генерируемыми в США. Некоторые из них сегодня представлены в Сахаровской центре на Земляном валу в бывшем отделении милиции Однако в наше время Homo soveticus с запросом на государственный патернализм вернулся без памяти о прошлом. Сознание студентов формирует не Интернет, а телевизор, который они якобы не смотрят. От Путина они в восторге. Таковы итоги исследования Валерии Касамара из ВШЭ. Такие неожиданные эволюции дают богатейший материал для исследования, но с точки зрения диссертабельности кости динозавров политически надежней.

В истории эволюционной генетики наступил момент, когда человечество в очередной раз прозрело и обнаружило, что вся эукариотическая клетка – продукт череды симбиозогенезов. В результате возникли не только митохондрии с хлоропластами, но и жгутики с микротрубочками, клеточное ядро и аппарат деления хромосом. Практически вся эволюция высших таксонов живых организмов представляется собой итог прошлых слияний и поглощений. В биологической терминологии – незавершенных актов хищничества и паразитизма. Страшно представить, сколько миллионов лет надо было друг друга заживо жевать и мучить, чтобы получились, например, зеленые растения или заднежгутиковых животных.

Оставим в стороне неприятную мысль о значительном объеме непознанных живых организмов вне описания. Остановимся пока на том, что для понимания эволюции нам нужна некая теория мегаэволюции, суть которой воплощена в таксонах от трех доменов (Bacteria, Archaea и Eucaria) до десятка царств (Opistoconta Metazoa и Fungi, Euglenozoa. Alveolata, Rhizaria, Excavata, Arhaeplastida, Stramenopiles и др.). Наиболее близкой к реальности представляется классификация замдекана Биофака МГУ Галины Беляковой (кафедра микологии и альгологии). По ее словам, до окончательной картины далеко, есть некая динамичная модель, постоянно корректируемая.

Есть еще Virae, про которых иногда говорят, что это отдельное царство. Virae относятся к неклеточным формам жизни, оставляя возможности споров, считать ли их частью жизни или только воспроизводством информации. Однако очевидно, что элементы жизненной самостоятельности сохраняют продукты вирусного регресса – мобильные элементы. Они ведут в геномах свою игру, на системном уровне решая общие задачи динамической саморегуляции.

В дикой природе и в обществе есть много примеров как эгоистического поведения отдельных генов и мемов (сукцессирующих коротких кусков информации), так и альтруистического жертвенного поведения народов или рас.

Теория мегаэволюции не выводится из Макроэволюции и чрезвычайно осложняет задачи таксономической систематики. Вместо привычного дерева получается сеть диких зарослей с поперечными хиазмами в самых неожиданных местах. Приходится строить отдельно схемы эволюции разных клеточных органелл, типов питания, дыхания, фото- или хемосинтеза и потом как-то совмещать их для реконструкции схемы эволюции организмов.

Традиционно биологическая систематика строится эвристически. Работы по кластерному анализу вел выдающийся генетик синтетического мышления Лев Животовский. Формальная процедура иногда выявляла закономерности, недостижимые усилием мысли. К сожалению, эти работы закрыты. Независимо от биологии успешную попытку объективного кластерного анализа предпринял для классификации жанров телевидения профессор журфака МГУ Энвер Багиров и под его руководством Наталья Вакурова. После неожиданной смерти Багирова работы прекратились.

Отсутствие формальной процедуры позволило в целях самопрезентации бездоказательно плодить множество видов в биологии, жанров в журналистике, стратегий в экономике. Строить феерические по антинаучности и предвзятости рейтинги и индексы.

Забегая вперед, отметим, что теория Макроэволюции тоже существует обособлено и не выводится из микроэволюции. Изменения аллельных частот не приводят к системным изменениям организмов.

До сих пор под запретом остаются любые серьезные и содержательные исследования на человеке, в частности, ДНК-генеалогия и антропометрия, безосновательно привязанная к нацизму. Нацизм и геноцид прекрасно процветает в мире без всякой генетики, она ему мешает. Возможно, в этом и состоит причина запретов.

Прогресс науки остановить невозможно и исследования проводятся, однако результаты скрыты от популяризации и не обобщены. Непознанным остается растущий вал первичного познания в генетике. На дискредитацию науки традиционно уходит больше ресурсов и таланта, чем на развитие предмета дискредитации. Социальный паразитизм и хищничество достигли высших ступеней развития в нашем климактерически увядающем цивилизационном сообществе под лейблом глобального мира.

В мракобесном прошлом система природы спотыкалась на приматах, где присутствовала политическая отмаза: сюда относится человек, но он является объектом изучения других наук. С тех пор никакие другие науки не пришли. В мракобесном настоящем биологию окончательно увели от человека под конвоем агрессивной идеологии.

Науку увели от генетического объекта с наивысшей разрешающей способностью, который постоянно на виду и может быть описан изнутри по собственным ощущениям природных перемен. Потому что это мы сами. На пике природной волны мы даже простую температуру воспринимаем не в градусах, а с коррекцией собственных ощущений, определяемых турбулентностью в структуре динамического хаоса Эдварда Лоренца. Турбулентность, безусловно, владеет и погодой в атмосфере Земли и социально-экономической атмосферой общества.

Талант политического выживания в научных джунглях с капканами хиршей и ловчими сетями импактов определяет спасительную слепоту к наиболее существенному у себя под носом. Для этого нет внятных теорий, хотя следствия описаны обильно и они реально пронизали множество других наук. Речь о том, что в начале 70-х в мире людей прошла эволюционная сальтация, или генетическая революция, за право доброты друг к другу.

Без всяких евгенических изысков и принуждений люди стали качественно иными. Любовь к собственным детям вызвала благодарный отклик и дети буквально расцвели. Пришло поколение людей красивых и умных, чуждых злобе и не нуждающихся в терроре под видом государственного управления. Затем на этой основе возникло поколение, выросшее под видеокамерой, получившее возможность оценивать себя со стороны. Классический советский человек начиная со Сталина панически боялся объектива и лишней известности.

В данном случае мы сталкиваемся еще с одним самостоятельным уровнем эволюции. Горизонтальные ансамблевые изменения опровергают классическую схему ароморфоза по Северцеву. Именно они связали воедино огромную Российскую Империю во время Великой русской революции. Великие князья, нацепив красные банты, стали похожи на динозавров, дружно обретающих зверозубость.

Ничто более не препарирует со столь анатомической доскональностью процесс арогенеза, как художественные реконструкции русской Смуты, как это сделала Мария Валовая. Налицо множественность попыток и процесс выбора. В данном случае мы имеем дело с настоящей формообразующей эволюцией, которая может происходить только в системе и только через фазу катастрофы. В человеческой истории мы видим примеры арогенеза, оптимизированного до технологии генетической инженерии in populi.

Как можно заметить, мы до сих пор ни разу не упомянули ни Дарвинизм, ни СТЭ – синтетическую теорию эволюции, призванную связать Дарвинизм с Менделизмом. Мы бы и не стали поминать всуе фантомные столпы, потому что для целей теории эволюции не требуются политтехнологические PR-протезы и прочие маркетинговые коммуникации.

Однако придется, и вот почему. Критика Дарвинизма оказалась не просто под запретом, но под запретом на профессии. За два слова «Дарвин неправ» можно получить клеймо лжеученого, потерять место под грантовым Солнцем статусной науки и лишиться предмета исследования. Такое случилось с последним эволюционистом России, последовательным исследователем Дарвинизма Юрием Чайковским. Лучшей его книжкой стал уникальный научно-популярный учебник «Зигзаги эволюции», изданный журналом «Наука и Жизнь» в 2010 году.

Автор единственного адекватного учебника по геномике Вадим Попов (Либроком, 2009) умер в безвестности, подобно персонажу Станислава Лема. Его вина в том, что он изложил геномику в формате классической генетики, отказавшись от затопляющей смысл молекулярно-биологической идеологии. Для науки она играет такую же роль, как постмодернизм в культуре и по существу является его инструментальной частью в общей программе глобализации. Индексы наукометрии организованы так, что ссылки практически на любые исследования могут переключаться на молекулярную биологию.

Наукометрия намеренно игнорировала опыт биологической таксономии и сложилась в паразитическую форму жизни. Она бурно эволюционирует и сама нуждается в изучении и систематике.

Надо отметить, что запреты на профессии – нормальная практика глобального мира, основанного на неверных посылках. Работу теряли авторы публикаций о природе бытовой агрессии и кризиса семьи в корне женской страсти к переменам; об отсутствии антропогенного фактора в причинах глобального потепления; о природе синергизма жестокости и агрессии в мире для целей нацистской фашизации в древнеримском понимании имперскости. Фактически защита глобального мира основана на центробежном (центрифугальном) отборе против наиболее приспособленных. Мировой проблемой стал искусственный дефицит лидеров.

Таким образом, чтобы разобраться с ситуацией в эволюционной генетике, необходимо привлечь эту самую эволюционную генетику. Самозамкнутая наука. Опровергать Дарвина – неблагодарная задача, потому что Дарвинизм – не теория, а хронически сукцессирующий PR-проект в основе идеологии островного национального превосходства. Естественный отбор не работает в катастрофе. Точнее, работает не по номинальному назначению, а наоборот, подавляя наиболее приспособленных. Беспристрастный анализ Дарвинизма как британского национального проекта приводит к морально трагическим последствиям: вся рыночная экономика оказалось блефом для подавления естественной конкуренции в пользу транснациональных монополий и идеологической монополии постмодернизма для отказа от генетических корней, семейных и национальных, и продвижения демократии меньшинств для замещения нормы извращениями.

Соответственно под запретом оказались волны жизни и представление о цикличности эволюции. Этот важнейший фактор эволюции является проявлением структуры динамического хаоса. Дело в том, что любые проявления жизни подвержены викарирующей моде, будь то массовое поведение, накопление признаков маммализации или цветковости, смена экономических укладов, эволюция человеческого языка или науки. Не говоря уже о главной для человека моде – на женскую красоту.

Волны жизни проявляются в любых параметрах, за которыми наблюдает исследователь. Автор понятия Сергей Четвериков описал в 1905 году колебания численности бабочек Московской губернии. Разные способы фиксации данных на разных объектах показывают волны качества или массового поведения. Сама воля к жизни Vis vitalis подвержена волнам моды.

Для любителей концепций о порочности человека в оправдание собственной немощи анти-лидерства биология дает надежные аргументы. В дикой природе у большинства теплокровных животных красота придана самцам, чтобы невзрачные самки могли выбрать отца будущего потомства. Мода стабилизирует и ведет. Инструмент красоты используется для развития всей совокупности треков цивилизационного развития, включая науку и культуру. Мода на женскую красоту стала упоительной демонстраций жизненной силы, сконцентрированной в синдроме звезды. Жизнь ради жизни, смысл жизни в ней самой.

Мода в жизни есть на все, даже мода на мутации, мода на нарушения, отклонения и уродства. Особенность высших обезьян состоит в генерации виртуальной реальности. Без обучающих примеров макаки не могут размножаться, им нужно нечто типа «Кама сутра». У человека появляются специальные профессии для формирования моды. В генетической инженерии in poipuli ключевую роль играет особый талант кутюрье – гадалки, футуролога или политтехнолога. Как ни назови, нужен некто, одевающий в слова или образы неосознанные ожидания человеческих масс.

Кстати о жизненной силе Vis vitalis. Основной фактор, отличающий живое от неживого, постарались свести к средневековому происхождению мышей из грязи. Этого оказалось недостаточно для просвещенного двадцатого века. Чтобы чохом зарезать все нематериальные сущности, придумали бритву Оккама. Вопрос «А судьи кто?» под запретом, чтобы не возвращаться к проблеме лидерского авторитета в науке.

Сами нематериальные сущности убить не удалось. Они и есть жизненная сила – информация, волны жизни в структуре динамического хаоса, душа как выражение системного единства живого организма или нации. Нематериальные сущности разметали по углам, чтобы скрыть революцию в науке конца двадцатого века. Революция не завершена и не обобщена. Остались разрозненные сырые куски фрактальных множеств, теории катастроф, неслучайности в стохастике, антропный принцип в синергетике, стирание различий между гомологией и аналогией.

Кстати, об информации. Жизнь есть способ существования информации. За пределами жизни никакой информации нет.

Однако придется разочаровать апологетов человеческой порочности. Человеческие системы чрезвычайно эффективны, и нам надо быть последовательными в логике. Если судить, то не Человека, а самое Жизнь: за варварское истребление ресурсов углекислоты и засорение атмосферы отходами жизнедеятельности – экскрементами кислорода. За неэффективное использование ресурсов с рассеянием кванта света в тепло. За коррупционные откаты обратного дыхания.

Сравнение с дикой природой пугает и порождает прогноз для человечества, воплощенный в романе «Нелюдь» Юлии Латыниной, где описан bottle-neck effect. Это такой ремейк «Трудно быть богом» Стругацких, как «Слепая вера» Бена Элтона для «1984» Орвела. Некорректная привязка негативной коннотации к России в миссии Георгия Шахназарова или Леонида Ярмольника в фильме Алексея Германа является еще одним примером запрета на истину.

Россиянам должно быть обидно за то, что под запреты попала русская школа эволюционизма. Ее фокусом и центральной мишенью шельмования стал Николай Владимирович Тимофеев-Ресовский. Именно ему принадлежит идея выделения Макроэволюции по признаку системности, хотя прямую формулировку в печатных трудах найти невозможно. В то же время обнаруживаются существенные расхождения с тем, что он говорил. В частности, о термине «фен».

Благодаря неукротимости Тимофеева-Ресовского произошла окончательная трансформация эволюционной генетики в точную науку. Этот человек пробудил физические амбиции в биологии и мотивировал Шредингера взяться за ответ «Что такое жизнь?»

Под влиянием работ Тимофеева-Ресовского в Берлин-Бухе, в частности, по выражению мутации VTI у Дрозофилы, академик И.И.Шмальгаузен сделал выводы о соотношении и роли мутаций и модификаций («Пути и закономерности эволюционного процесса», 1948). По его словам, новая мутация выражается преимущественно в новой модификации. Мутации представляют собой новое изменение организма, которое сразу оказывается наследственным и может иметь значение положительного приобретения или чаще известного дефекта. С другой стороны, модификация является лишь реакцией, обусловленной унаследованной старой структурой организма. Новое приобретение организма создается в процессе эволюции. Крупные мутации имеют характер уродств, мелкие могут быть связаны с незначительными дефектами строения. В отдельных мутациях нет ничего целесообразного, и при нормальных условиях они почти всегда неблагоприятны для организма. Нередко указывают, что отдельные мутации обладают повышенной жизнеспособностью. Это относится, однако, к условиям лабораторной культуры и обычно учитываются не все элементы жизнеспособности. Раньше полагали, что выражение мутации остается постоянным от первого ее возникновения и до следующей мутации того же гена. В действительности выражение мутации непрерывно меняется в зависимости от накопления других мутаций и от изменений внешней среды. Таким образом, кроме редких в природе случаев возникновения новых мутаций, обычно это унаследованный результат очень давних мутаций, которые подверглись уже длительной и глубокой исторической переработке (перекомбинирование мутаций и отбора наиболее благоприятных комбинаций). По большей части это рецессивные изменения, которые в скрытом виде передаются из поколения в поколение, пока случайно благоприятное скрещивание не обнаружит их на данной особи в гомозиготном состоянии. Такое выявление очень старой мутации мы обычно принимаем за возникновение новой и даем ей соответственно оценку положительной или, в худшем случае, безразличной мутации. Между тем действительно новые мутации являются более или менее вредными нарушениями строения.

Таким образом, Шмальгаузен предвосхитил многие бесплодные дискуссии в рамках нейтралистской теории. Учитывая зарубежные работы репрессированного невозвращенца Тимофеева-Ресовского в открытом цитировании, Шмальгаузен был вынужден отрицать цикличность эволюции, как будто эволюциониста Сергея Четверикова или экономиста Николая Кондратьева не существовало в природе. Еще страшнее было помянуть всуе Николая Бухарина, о чем говорил генетик и селекционер карпа Валентин Кирпичников. Бухарин имел к развитию эволюционной идеи непосредственное отношение (Дарвинизм и марксизм, 1932).

«Устанавливается известная типичная последовательность в смене фаз эволюционного процесса и дается дарвинистическое ее истолкование в противовес механистическим представлениям о цикличности эволюции и идеалистическим представлениям об ограниченности ее творческих сил в отдельных филогенетических ветвях», – этот перл советского академика, измученного вариабельным идеологическим подавлением, стал буквально мыслительной доминантой нынешней профессуры ВШЭ. Теоретически эволюционисту следовало предвидеть такое развитие событий.

Тимофеев-Ресовский предвидел: «...Вы представляете, что будет, если у нас вдруг демократия появится... Ведь это же будет засилье самых подонков демагогических! Прикончат какие бы то ни было разумные способы хозяйствования разграбят все, что можно, а потом распродадут Россию по частям. В колонию превратят...».

Что сделал сам Тимофеев-Ресовский, теоретически должен знать каждый школьник: принцип усиления, пенетрантность и экспрессивность, олигогены и генная среда, викарирование моды, понятие фена как признака с элементарным эволюционным значением. Разумеется, и новая наука радиоэкология. Не меньше этот человек сделал для пропаганды в мире идей своих учителей: волны жизни Сергея Четверикова, принцип матричного копирования Александра Колли и Николая Кольцова.

Если очень надо считать автором теории эволюции кого-то одного, то это безусловно не Дарвин, а Четвериков – статья 1926 года «О некоторых моментах эволюционного процесса с точки зрения современной генетики». Или придется признать, что теория эволюции родилась вместе с человеком.

Наш тактический вывод столь же неприятный, сколь и ожиданный. Строить единую теорию эволюции – задача безнадежная, подобно поискам Общей Теории Всего из-под сарказма Йона Тихого от Станислава Лема. Тут не о чем спорить, оказалось достаточно одной теоремы Гёделя о неполноте арифметики.

В рамках теории эволюции существуют и иногда сукцессируют самые разные закономерности, зачастую весьма экзотические. Например, лавинообразная редукция числа хромосом вдоль ареала у землеройки Sorex araneus. Механизм ориентации тривалентов в профазе мейоза предотвращает репродуктивную изоляцию новых форм, разное число хромосом могут иметь эмбрионы одной самки. Той же цели в роде осок Carex служит диффузная центромера. Благодаря этому произвольно устанавливается число хромосом, оптимально соответствующее эволюционному состоянию вида.

У млекопитающих четко прослеживаются треки сокращения числа групп сцепления в рядах родственных видов соответственно их специализации за счет слияния акроцентрических хромосом в метацентрические. Существует множество примеров редукции валового содержания ДНК в геноме в основном за счет элиминации повторов оперативной компоненты, сопровождающее аллогенез как приспособление к конкретным условиям.

У человека некоторые формы воспитания, эмоциональная и двигательная депривация меняют валовой объем ДНК на несколько процессов, у ребенка возникают проблемы социализации и формируется «синдром заброшенности», как говорил Владимир Эфроимон. При этом этиология истинного аутизма остается неизвестной, заболевание похоже на умственный канцерогенез.

Некоторые эволюционные закономерности разными словами отражены многократно и имеют универсальное значение инвариантно для любых проявлений жизни. Например, принципы прерывистого неравновесия punctuated equilibrium или двухкомпонентности подсистем наследственности и изменчивости. В современном понимании – разделение генома на консервативную и оперативную компоненты. Другие разработаны до деталей и стали увлекательными игрушками вроде динамики аллельных частот.

В реальности проявляются какие-то другие закономерности, не всегда понятные. Зачастую исследовать сталкивается с неслучайностью в изменениях частот и формировании комбинаций. Существует достаточно много специфических путей эволюции. В природе есть примеры скачкообразного видообразования за счет полиплоидии или разных форм гибридизации, вертикальной и горизонтальной. Горизонтальная рекомбинация (неполовая или запрещенная) не подчиняется законам статистики, вносит сумятицу в таксономию и нарушает принцип монофилии. Свой вклад вносит эпигенетика и неканоническое наследование.

Практика с теорией сходится намного реже, чем хотелось бы, и обычно не в тех случаях, где это критически важно.

До сих пор не формализованы закономерности генерации, эмиссии, сукцессии и рецессии информации. Можно перехватывать внимание аудитории на лайканье котиков, как в прошлом на анекдоты про Сталина или Гитлера. А вот общего закона генерации красоты нет. Интуитивно все понятно, только доказать ничего нельзя.

За игрой как-то забылось, что применение любой логически выстроенной теории ограничено заданными условиями. Редкие закономерности работают индуктивно за пределами объекта, на котором они впервые описаны.

Наиболее популярной игрушкой стала менделевская комбинаторика с ее популяционным расширением в закономерности Харди-Вайнберга. Получается теория микроэволюции. Она описывает изменения аллельных частот в популяции под действием четырех факторов: естественный спонтанный мутационный процесс, случайные изменения вследствие колебаний численности (фактор случайности, дрейф генов или генетико-автоматические процессы), концентрация редких типов при изоляции и направляющий естественный отбор.

Азбучными примерами микроэволюции являются сезонные инверсии окраса двухточечной божьей коровки Adalia bipunctata или индустриальный меланизм березовой пяденицы Biston betularia. В случае бабочки классическая схема микроэволюции оказалась не при чем, Темная окраска крыльев как пришла, так и ушла под действием перемещения мобильного элемента в операторную область гена дистальнее промотора. Живая система оказалась готова к тому, что англичане на своих островах закоптят березы до черноты и белые бабочки станут легкой жертвой птичек. Адаптация произошла незамедлительно, микроэволюция так не может.

Динамический процесс конформации хроматина способен включать и выключать гены без всяких мутаций с естественным отбором. Нечто подобное можно наблюдать в человеческих коллективах. Уникальной страной является Россия, где всегда находится человек на любую уникальную роль. Сама человеческая среда выталкивает такого по мере потребности.

Что касается нового гена, то он хороший, как начальник, пока не мешает. У них там в элитарной страте начальников своя жизнь и своя эволюция. Геном проявляет свои программные потенции для двух целей: чтобы поучаствовать в строительстве тела как собственной среды обитания и для контроля собственной полноценности по критериям гармоничности тела. Если есть искусственный приток ресурсов и нет подавления шума, возникает вечная жизнь канцерогенеза с бесконечным накоплением мутационного шума и невозможностью возврата к организменному морфогенезу. Хаотизация является ловушкой для генетической инженерии.

По словам Шмальгаузена, если условия оптимальны и выключают элиминирующие факторы естественной среды, то произойдет очень быстрое накопление разнообразнейших мутаций. Бесконтрольное накопление мутаций поведет организм в направлении недоразвития многих черт организации, то есть по пути общей деградации (но не вымирания).

По той же причине невозможно создать арсенал биологического оружия, болезнетворные бактерии в культуре теряют вирулентность и патогенность.

Макроэволюция не выводится из микроэволюции, потому что нет перехода между поведением элементов системы к поведению системы. Живые системы фантастически эффективны, особенно человеческие. К вопросу, что есть куча: для газовых систем необходимы ансамбли из миллионов молекул, число клеток комара на порядки меньше порождают эффект впечатляющий. Однако пара супругов дает пример буквально ошеломительный, когда два таланта разного пола порождают наворот творческого продукта и среди трудов праведных еще и ребенка, чтобы нес диагноз Vis vitalis дальше. Примеров много, и есть такой общеизвестный, как Визбор с Якушевой.

Эволюция как процесс может быть описана в разных проявлениях, не только по морфологическим изменениям в палеонтологических отложениях или между родственными обитателями разных островов. Развитие цифровых технологий предоставляет неисчерпаемые возможности для изучения циклов генерации, эмиссии, сукцессии и рецессии викарирующих fake news. Строго говоря, это не информация, а мемы, маркирующие абсолютную истину, чуждую логике и опровергаемую в эксперименте.

Прямой эксперимент на фокус-группе Натальи Вакуровой дал результат поразительный. Оказалось, что распространение слухов подчиняется жестким закономерностям с предопределенными исходами в ограниченном наборе. Для достижения исхода достаточно семи итераций.

Зачем организму «информация», не несущая пользы? Зачастую прямой вред. Но ведь это просто свой уровень жизни ради жизни. В конце концов, человеческая цивилизация в климактерической фазе сообщества составлена в основном из пузырей – банковского, финансово деривативного, ипотечного, пенсионного и медстаха, рейтингово-индексационного. Человеческая элита строится динамично и уникально вопреки отбору лучших. Власть делает страшный вид и народ имитирует испуг, да так искренне, что реально боится.

Тем временем идет процесс усложнения языка, обратный описанной Дитмаром Розенталем и Владимиром Вакуровым экономии речевых средств. Нагромождение роста сети каналов коммуникации и искусственного усложнения языка сегрегирует аудиторию. Самоорганизованно выстраивается динамичная структура сегментирования аудитории. Подобно дикой природе, сеть барьеров повышает эффективную численность аудитории и стимулирует эволюцию с арогенным поиском новых форм или путей.

Прямой эксперимент управляемой Макроэволюции in vitro выявляет универсальную схему генетической инженерии. Всего возможно четыре фазы состояния системы. Две когерентные стабилизация и стагнация, и две некогерентные катастрофа и канцерогенез. Рукотворный переход от катастрофы к стабилизации оптимизирует соотношение животворного обновления и гибели в катастрофе. Искусственная катастрофа in vitro показывает падение мутационного фона. Факторы системного вреда или высокая летальность подавляют проявления de novo мутагенеза и стимулируют жизненную силу выживших. Так было с военным поколением СССР и затем с теми, кто пережил в России развал СССР. Для Макроэволюции мутагенез не является источником перемен. Наоборот, мутационный шум несет угрозы тупикового трека канцерогенеза. Вернуться к организменному морфогенезу будет невозможно.

Оригинаторы новых сортов через культуру ткани in vitro должны избегать каллюсной формы роста как причины множества прошлых неудач.

Соответственно можно выделить четыре фактора Макроэволюции: провокаторы, директоры, стабилизаторы и шумовые. Провокатор побуждает к изменениям. Директор направляет систему на поиск нового и предотвращает возврат к материнскому состоянию. В роли стабилизатора, как правило, выступает эстетический отбор с изоляцией на свежую среду. Физически фактор может быть любым, если к нему чувствительна система. Действие оценивается не по физическому механизму, но реакции системы. В зависимости от фазы состояния реакция системы будет разной на один и тот же фактор.

Кому-то может показаться неприятно нелепым, но осталась единственная страна в мире, обладающая полным циклом генетической инженерии in populi. Мы в ней живем. Это – Россия. Ключевую роль в дирекции играет традиционный русский антипатриотизм, нечто вроде пубертатного отторжения родителей, возведенного на уровень национальной сверхценности. Что для немца климакс, у россиянина пубертация.

Идеология – определяющий фактор генетической инженерии in populi, но далеко не единственный. Поэтому в компромиссной Конституции 1993 года на всякий случай записали запрет на государственную идеологию и преимущество международных актов. У кого нет своей идеологии, получает в составе экспорта кризисов из метрополии в провинции подрывную идеологию и для России она стала мощным фактором генетической инженерии. Ребенок или страна одинаково в пубертатной фазе онтогенеза все делает наперекор.

В контексте данной статьи нам важно то, что происходящее в мире людей чрезвычайно разумно. Однако оно разумно исключительно в ракурсе теории Макроэволюции. Провоцировать катастрофу умеют многие. Устройство человеческого генома допускает такого рода манипуляции, и лучшим фактором генетической инженерии со времен Геббельса является телевизор. Развитие социальных сетей открывает возможность безответственного вмешательства в судьбы человечества любому желающему и составляет конкуренцию статусной власти. Физическая турбулентность в природе усиливается. Все это в совокупности не оставляет человечеству шансов пережить естественные перемены в рамках устойчивого развития без катастрофы.

К этому времени человечество подошло в интересном положении, беременное будущим. В строительстве нынешнего глобального мира цивилизация за полвека прошла путь, эквивалентный сотням миллионов лет в дикой природе. Получилась сетевая экстраполитарная империя, подобная эукаритической клетке с делегированием генетического суверенитета в ядро и одновременно человеческому телу с несколькими системами воспроизводимой генетической нестабильности и механизмом генерации виртуальной реальности.

Человек веками познавал регуляцию поведения и устройство собственного тела. Те, кто вставал на пути познания, прославились не меньше авторов открытий, и числом их было больше. Теперь все повторяется на глобальном уровне. Однако поздно бороться за защиту персональных данных или твердить мантры про неверие в конспирологию с теорией заговоров. Организаторы и прорабы сетевого сбора Big Data для последующей генерации потоков fake news, вполне успешно и технологично применяют на практике то, что по понятным причинам защищают от познания, чтобы исключить свою ответственность за управление и не делиться монополией и на власть с другими.

С таким же успехом можно утверждать, что наши гонады вступили в заговор против нашей же головы, и наш язык реально стал нашим врагом. Но тогда можно понять, зачем высшие обезьяны оставили нам в наследство мощный генератор виртуальной реальности в коре головного мозга. Жить мешает, но не до этого, в нашем теле идет острая конкуренция систем регуляции, временами переходящая в военную агрессию. Весьма похоже на государство или человеческую цивилизацию в целом. В общем, Пентагон и Госдеп берут страну и мир на разрыв и Трамп меж ними в шпагате, что неполезно для любого президента. Похоже на КГБ и Пленум ЦК КПСС в СССР.

Человеческое познание движется двумя равноправными путями. Можно строить теорию под экспериментальные факты, а можно искать механизмы для теории. Генетика – наука прогрессивная, о чем сама не догадывается. В генетических открытиях теория практически неизменно оказывается впереди. Волны жизни Сергея Четверикова на полвека опередили открытие структуры динамического хаоса. Логическая информационная машина Тьюринга-Поста предшествовала открытиям редупликации, транскрипции и трансляции. Роль мобильных элементов генома в регуляции массового поведения предсказал Федор Достоевский на век раньше их открытия.

С другой стороны, если вы открыли ген, не торопитесь объявлять его участком ДНК в хромосоме. Это впервые показал в 1961 году Jim Shapiro для lac-оперона E.Coli. И вот так в каждом конкретном случае надо доказывать. Ген по сути это цистрон, группа мутаций одного локуса по cis-trans тесту. Название файла в списке тоже не означает целостный и единый участок на диске вашего компьютера. Кончик может оказаться за океаном в облаке монополиста Microsoft, как в еврейском анекдоте про одесскую синагогу. Если же вы открыли новый вид, то не удивляйтесь, когда завистники обвинят вас в видодробительстве и потребуют доказательств. У специализированных или примитивных форм генетическая структура различна.

Эволюционное состояние вида и его мобилизационный резерв в понимании Сергея Гершензона определяет возможности переживания изменений среды, формы размножения и принципиальную возможность клонирования. В генетическом понимании существует два взаимоисключающих пути Макроэволюции. Аллогенез как приспособление к конкретным условиям сопровождается редукцией потенциала изменчивости. Сокращается число хромосом, объем ДНК и уровень повторов в ней, мобилизационный резерв и оперативная компонента. Арогенез как системный прорыв требует мобилизации возможностей. Аллогенез сокращает возможности. Данная схема универсальна.

В англоязычной литературе практически для тех же целей используется пара терминов анагенез и кладогенез.

На уровне морфологии путей Макроэволюции больше. Иван Шмальгаузен («Пути и закономерности эволюционного процесса», 1947) выделил шесть форм адатациоморфоза, по три горизонтальных и вертикальных, последний специфичен для человека:

- алломорфоз, или смена среды, при котором одни связи организма со средой заменяются другими, более или менее равноценными;

- теломорфоз, или сужение среды, при котором связи организма со средой становятся более ограниченными, а организм более специализированным;

- гиперморфоз – нарушение координации со средой вследствие быстрого изменения среды и переразвития самого организма;

- катаморфоз – переход к более простым соотношениям со средой, связанным с дегенерацией или недоразвитием;

- ароморфоз – расширение среды, связанное с повышением организации и жизнедеятельности;

- эпиморфоз – овладение средой, ее подчинение потребностям организма, достигаемое им лишь на высших ступенях развития у человека.

Независимо от классификации, пути Макроэволюции определяются паттернами самоорганизации и по этой причине находятся параллели в планах строения в том числе за пределами живого мира. Стирается грань аналогии и гомологии. Например, конгломерация агрессивной интеллигенции в обществе странным образом напоминает четвертичную структуру белка. Достаточно добавить мыла и жесткая структура растворяется.

Растворение затопляет адаптивные блоки информации. Однако вертикальная генетическая рекомбинация необходима для поддержания единства вида. В большинстве описанных случаев она сопряжена с размножением и потому называется половой рекомбинацией. Живая природа показывает множество изощренных примеров ограниченного подавления вертикальной рекомбинации и хитроумного сочетания с горизонтальным переносом. Получается картина силового равновесия, отраженная на уровне общества в борьбе глобального с национальным. Консервативная компонента определяет жизнеобеспечение как генома, так и нации. Для этого нужна вертикальная рекомбинация. Оперативная компонента – полигон экспериментов, здесь хозяин горизонтальный перенос. Кто у кого украл атомную бомбу или космическую ракету, скрыть невозможно. Эволюция необратима по принципу Луи Долло, выводит новое от неспециализированного примитивного предка согласно правилу Эдуарда Копа и сохраняет память о прошлом.

Правило Копа о том, что филетические ветви начинаются с неспециализированных форм, следует дополнить схемой Верна Гранта о трех типах популяций. В нашем понимании, существует три варианта видов – примитивные, полуколониальные и специализированные. Первые с протяженными, иногда циркумполярными ареалами и монотипическими родами изменений среды в допустимых пределах не чувствуют. Последние претерпели редукцию числа групп сцепления и объема ДНК, имеют много видов, иногда морфологически неразличимых, разведены в репродукции и приспособлены к узких условиям. При изменениях среды они теряют нишу, переключиться на другую не могут и вымирают.

Промежуточные полуколониальные формы как правило вневидовые с динамичной сетью репродуктивных барьеров и иногда с так называемой широкой специализацией. Изменения среды, особенно неблагоприятные, они воспринимают как стимул для эволюции. Начинается шулерское жонглирование адаптивными блоками генетического материала. Викарирование картины самоорганизации напоминает сказочный калейдоскоп, где из одного набора волшебным образом выстраиваются адаптации к непредсказуемо быстрым изменениям среды. Реально похоже на память о будущем.

Выдающимся представителем этой группы является человек. Эстетический механизм активной эволюции из общего корня пойкилотермных преадаптировал все развитие цивилизации. Стабилизация у человека происходит не так, как в дикой природе, где генетический шум подавляется чрезвычайно высокой гибелью не менее 90-99% от воспроизводства до репродукции. Единственная заминка: из-за отмеченных выше проблем с наукой: мы так и не знаем, находимся в конце своего эволюционного пути или только начале.

По биосфере в широких таксономических пределах циркулируют информационные блоки, меняющие экологическую стратегию обладателя реципиентного генома. Скромные патиенты звереют до состояния виолентов. Эксплеренты возвращаются патологически опасными и вирулентными. Вспышки гибридного (вирусного) мутагенеза наносят популяции ущерб больше ядерной бомбардировки. При этом в части ущерба лидирует не специфический мутагенез, а потоки конструкций fake news. По мере утраты доверия к телевизору новые инженеры Гарины множат свои генетические гиперболоиды в социальных сетях. Метафорическая конструкция не требует расшифровки.

Крупные теплокровные с циркумполярными или просто протяженными ареалами составлены цепью скрещивающихся субпопуляций, дивергировавших до изоляции на периферии ареала. Нескрещиваемость проявляется при вторичной симпатрии удаленных субпопуляций. Однако все они связаны в один вид вертикальной рекомбинацией. Полуколониальная структура вида усиливает возможности горизонтальной рекомбинации и эволюции в целом.

В острые моменты истории растет нерегулярная миграция и соответственно увеличиваются брачные расстояния. Процветают гибридные дизгенезы разных форм. Нации на популяционном уровне испытывают то же, что человек в фазе жизненного кризиса, пубертации, климакса и середины жизни. Нарушается самоорганизация паттерна мобильных элементов. У животных с ВНД происходит хаотизация асоциального поведения и растут антисоциальные проявления садомазохистских девиаций – жестокости, прямо или опосредовано ориентированной на принесение страданий. В сочетании с центрифугальным отбором против лидеров мы получаем жесткий фактор генетической инженерии in populi.

Самоорганизованные перестройки паттерна мобильных элементов в норме перепрограммируют генную экспрессию для следующей фазы онтогенеза. У первичноротых процесс происходит по часам от начала дробления яйца, как показал Леонид Кайданов на Дрозофиле. У вторичноротых наблюдается множество индивидуальных различий. Человек показывает стойкий рост расхождения все более раннего возраста menarche и все более позднего социального созревания. Когда мы наконец можем позволить себе детей, у нас уже внуки.

Феномен человека в целом представляет собой вневидовую динамичную систему с сетью волнообразно викарирующих репродуктивных барьеров (предпочтения своего или редкого типа) и различиями выше видовых или даже родовых. Как уже было указано, репродуктивные барьеры повышают эффективную численность популяции и эволюционный потенциал.

Расы человека, коих можно насчитать от двух до нескольких десятков, различаются по аллогенетической продвинутости на уровне надежных видов и это отражается на языке или половых отношениях. У генетически примитивных народов в языке мало числительных, но может быть развита система обозначения родства для предотвращения инбридинга, поскольку они сохранили высокий мобилизационный резерв. Древние аллогенетически продвинутые народы на уровне морали допускают близкородственные браки. Их язык отражает развитие государственности.

Пока еще никто не взял на себя смелость формализовать для теории универсальный механизм происхождения видов путем естественного отбора. Можно представить, что после дивергенции в изоляции (аллопатрии ареалов) вторичная симпатрия возбуждает отбор прости бастардов с гибридным дизгенезом, снижающим жизнеспособность популяции в целом. Вырабатываются репродуктивные барьеры на уровне различий в строении гениталий, поведения или циклов размножения. Инструменты репродуктивных барьеров служат критериями видообразования. Для тех же целей служат мономорфные признаки, например, идиограмма хромосомного набора или дискэлектрофоретический спектр водорастворимых мышечных белков. Ни один из них не является универсальным, для доказательства вида надо каждый раз проводить масштабные исследования, которые могли бы показать, что надежных видов не так уж много и в основном они имеют крайние варианты эволюционного состояния, примитивные или специализированные.

Подавляющее большинство видов выделено на основе морфологических отличий и не имеет веских обоснований, но и не опровергается. Исключение составляет политическая целесообразность, когда уникальная форма в составе биоразнообразия мешает застройке или хозяйственному освоению. Для охраны и занесения в Красную книгу требуется регистрация вида, хотя уникальным может быть не только вид.

С другой стороны, эволюция доместицированных форм не требует видообразования, но оно и не мешает при использовании искусственного осеменения и экстракорпорального оплодотворения. Экспедиции и исследования Николая Вавилова позволили описать центры происхождения и очаги распространения разнообразия, также гомологические ряды наследственной изменчивости.

Сорта и породы, сформированные в эпоху генетико-инженерной биотехнологии, не содержали принципиально нового в конструкции. Такое впечатление, что человек приручал себя теми же приемами, как и диких животных. Страны с племенами строились приемами из одного конструктора аналогично сортам и породам. Новация в том, селекция на устойчивость (иммунность генетического суверенитета) стимулировала гонку вооружений с другой стороны, глобализующей вирулентности и патогенности. Стороны обмениваются обмениваться PR-блоками, равно блоками генов, горизонтально циркулирующими в обобщенном генофонде ноосферы.

В то же время человек является уникальной формой, сочетающей специализацию и примитив. Согласно классическому критерию вида в зоологии, человек распадается на разные виды по несоответствию размеров (строения) гениталий и различиям полового поведения. Половое поведение человека в массе нарушено, а глобализующие идеи постмодернизма окончательно разрушили систему половых стереотипов. Инверсия половых ролей служит одним из директоров генетической инженерии in populi. В 90-е спонтанно возник такой директор, как отталкивающие мужчин духи opium и poison (яд). Половые предпочтения человека в значительной степени связаны с естественными запахами тела, причем мужчины и женщины воспринимают их противоположным образом. Отталкивающий собственный запах мужчина может не воспринимать, в то же время на женщину он действует обезоруживающе. Весьма символично, что вследствие инверсии половых ролей тем же приемом воспользовались женщины.

Духи – один из примеров того, сколь изощренные формы может принимать неосознанная генетическая инженерия in populi.

В 90-е было реализовано комплексное воздействие включая хаотизацию, исключение доступа к продуктам питания и средствам производства. События напоминали гротескный вариант Великой депрессии, как она описана Джоном Стейнбеком в романе «Гроздья гнева». Были упразднены кадастр и ГОСТы, введены меры подавления производства в виде НДС, галопирующая инфляции и блокирование законных путей движения денег, запрет на поставки продуктов питания в торговую сеть. Запрет снимался только для импортных продуктов. Уничтожено отечественное производство антибиотиков и в страну направили поток продуктов с антибиотиками.

Таким образом, у человека практически невозможно разделить биологические и общественно-политические факторы генетической инженерии. Механизмом провокации катастрофического режима обладают далеко не все формы, но многие. Катастрофа нужна для переживания таких изменений, которые невозможно пережить в когерентных режимах адаптации. Однако у человека режим катастрофы может включаться спонтанно ради обновления в ответ на такие перемены, которые вовсе не требуют радикальных мер. Такова природа текущей волны женской агрессивности.

У человека существует множеств барьеров несовместимости включая упомянутые выше запахи. Половое поведение человека разрушено, на это направлена идеология постмодернизма и ряд программ в составе глобализации в том числе проекты ЛГБТ и разрушения семьи. СМИ имеют договора на размещение иностранного контента по дискредитации национальных деятелей и традиций, пропаганды деструктивных праздников, стимулированию женской агрессии и унижению мужского начала. Наше исследование показало, что День святого Валентина направлен на поддержание беспорядочных связей.

У человека разнообразие половых органов таково, что с некоторой натяжкой можно считать отдельным видом почти каждого индивида согласно практике, принятой в статусной науке.

По словам Шмальгаузена, у человека дух одержал верх над приспособленностью и целесообразностью материи. Неприспособленность есть залог дальнейшего прогресса и ведет к преодолению смерти. Однако и в человеческом обществе стремление к целесообразностям материального блага, измена «идее» ведет к гибели.

Защищая дарвинизм от ламаркизма, Шмальгаузен с целью критики «этих ученых» написал, что возвышающая идея, по их мнению, поднимает человечество «над либерализмом, находящимся в плену у материализма, абсолютной целесообразности и техники».

«Таким образом, даже человечество вовсе не застраховано от остановки в развитии и вымирании. «Высшие» расы человека пошли по пути дальнейшей прогрессивной эволюции, в то время как остальные ветви человечества остановились в своем развитии и, якобы, осуждены на дальнейшее отставании со всеми вытекающими отсюда последствиями. Кроме того, оказываются возможны два пути прогрессивной эволюции: приспособление как выражение победы материального (в человеческом обществе – техники) ведет к неизбежной остановке развития и к вымиранию, а неприспособленность как выражение победы духа ведет к дальнейшему процветанию и «преодолению смерти». Трудно охарактеризовать этот мистический бред; не менее трудно полемизировать с авторами, развивающими подобные «теории», - Шмальгаузен написал это как минимум до 1947 года.

До развития глобализации по либеральной модели было далеко. Расистско-фашистская модель глобализации была подавлена даже в США и точку поставил Нюрнбергский трибунал, к которому Сталин склонил союзников уступками. В частности, из протоколов были изъяты обвинения Геринга англосаксонского фашизма. США сотрудничали с Третьим рейхом и помогали Гитлеру, но дистанцировались от его идеологии законом FARA. Популярного в США кандидата в президенты Хью Лонга застрелили так, что невозможно доказать исключение проводника гитлеровской идеологии. Хотя именно это привело к победе Рузвельта, а вовсе не стремление преодолеть Великую депрессию. Борьба идеологий превыше материального благополучия. Шмальгаузен неправ. Уже после войны в США развернулся террор Маккарти и закон FARA переориентировали против влияния коммунистической идеологии, стойко популярной в мире людей как минимум со времен ессеев в Палестине, на самом деле всегда.

Коммунизм – наиболее стабильная основа глобализации и не случайно на борьбы с ней брошены огромные ресурсы и замещающая идеология социал-демократии. Приведенные рассуждения показывают, каких возможностей лишила науку о человеке борьба с истиной и геополитическая конкуренция островной англосаксонской ментальности с евразийской континентальной. Остается вопрос: на кого работала идеология ЦК КПСС, если эволюционисту Шмальгаузену было вменено осуждение либерализма под видом защиты Дарвина от Ламарка? Убедить в наличии злого умысла не удастся даже самого себя. Русским никогда не понять, какие чувства они вызывают у англосаксов и на что те бросают весь свой национальный творческий потенциал.

Это называется «Костры амбиций» Ивлина Во. Островная fire game, когда правила игры меняются против выигрывающего, пронизывают общество со слабой государственностью и дефицитом суверенитета от подворотни со шпаной до государственного устройства, навязываются надправительственным организациям и альянсам через натуральную дедовщину США. Для России внешнее управление идеологией закреплено запретом на собственную идеологию в Конституции 1993 года спустя почти полвека после публикации труда Шмальгаузена «Пути и закономерности эволюционного процесса» с тем, что здесь цитировано. России никогда не удастся преодолеть fire game в тех направлениях, где она безусловно побеждает – в спорте, олимпийском и паралимпийском, художественной гимнастике и фигурном катании, международном праве войны Федора Мартенса. Для целей fire game надправительственные организации типа организованного по инициативе Москвы СБСЕ/ОБСЕ останутся без устава. Мало того, Вашингтону удалось исключить выступления председателя Госдумы Сергея Нарышкина в ПАСЕ и ОБСЕ и, что тем более дико, председателя Совета Федерации Валентины Матвиенко в ООН на территории США.

У человека конкурируют два формата самоорганизации социальной структуры – человеческий кастовый на основе межрасового симбиозогенеза и доставшийся в наследство от стайных обезьян ранговый, где любой может попасть в альфа-ранг, сумеем попросту напугать соплеменников, хотя бы грохотом пустой канистры. У него просто утрачен страх грома природных явлений. Кризис национального лидерства развивается благодаря центрофугальному отбору против профессионалов. В современном языке это называется менеджеризацией.

В результате Евросоюз оказывается подчиненно вложенным в НАТО, как показало исследование Вероники Крашенинниковой. Получилась еще один пример сетевой модели, внедренной человечеством по примеру дикой природы..

Осталось скрытым от общества то, что вклад классиков русской литературы в познании теории эволюции и феномена человека превышает заслуги великого Дарвина. В частности, Федор Достоевский на век опередил открытие мобильных элементов в геноме человека, которые на уровне системы воспроизводимой генетической нестабильности нейрогенеза управляют массовым поведением. Лев Толстой неопровержимо доказал, что страстная жажда перемен для человека превыше стабильности и покойного счастья. Уже в 19 веке роль провокатора перемен отдана женщине. Интеллигенция металась между либеральной русофобией и почвенным псевдопатриотизмом. Спустя век советская интеллигенция породила анекдот про жену научного работника, для которого процесс поиска важнее результата.

Мы сознательно не рассматриваем вопрос о происхождении жизни. Непонятно, почему науку так это волнует. Никто не задумывается о происхождении материи, как будто она была всегда, а жизнь – нет. Механические построения Александра Маркова по уровню приближения к цели недалеко ушли от коацерватов Александра Опарина. Все бурное развитие биологии в 20 веке ничего не добавило к идее панспермии Аррениуса-Вернадского. Идея Станислава Лема о провокации жизни на Земле излучением может быть развита до турбулентности в структуре динамического хаоса. Поэт с образованием Физфака МГУ Борис Шапиро считает, что жизнь имеет принципиально иную ненулевую сложность в отличие от всех остальных физических процессов. В любом случае наука не выберется из логического капкана, пока не признает Vis vitalis. Изобретение разных слов в том числе «двигательная сила» ленинской диалектики в обозначение одного и того же явления для ухода от оголтелых нападок креацианистов запутывают картину. Отдельно могут быть поставлены вопросы о происхождении на Земле информации и разума. Антропософия была основным тезисом Константина Циолковского. Космические полеты должны были стать инструментом приближения к источнику разума.

В любом случае разумность физических и эволюционных законов природы приятно поражает воображение и порождает уютную мысль, что мы не брошены на произвол случайности и что-то нас ведет.

На всякий случай большая просьба клерикалам не беспокоиться. Хотелось бы больше науки и меньше борьбы за власть над массовым сознанием.

Итак, общей теории эволюции не существует. Среди множества закономерностей есть уровень мегаэволюции, воплотившей события дикой природы в наиболее распространенных структурах живого и в равной степени отражающей суть глобализации в мире людей. Есть также Макроэволюция, или системные события эволюционной динамической генетики. Человек на их основе может построить биотехнологию генетической инженерии. С ее помощью можно как выводить новые породы или сорта, так и запускать неизбежные революции по конструктивному пути, избегая военно-террористического хода событий.

С другой стороны, выявить схему происхождения отдельной группы может оказаться невозможно из-за провалов палеонтологической летописи и аналогичного отсутствия ключевой информации других источников. Однако из фрагментарных данных по разным объектам можно собрать общие схемы, как делает, например, палеонтолог и эколог – настоящий, а не политически ангажированный, Кирилл Еськов. Одна и те же схема Макроэволюции наблюдается буквально повсеместно и в классах позвоночных, рептилий или млекопитающих, покрытосеменных растений (цветковых), эволюции сказки или компьютерных программ включая червей с игрушками, творчески создаваемыми для стерилизации лишних людей.

Макроэволюция – чисто системное явление, теорию можно изложить как часть синергетики в ее развитие. Возможны четыре фазы состояния эволюционирующей системы: катастрофа (кризис), стабилизация, стагнация и канцерогенез. Завершенный генетико-инженерный цикл включает четыре стадии: катастрофа, дирекция, стабилизация и воспроизводство. В природе существует множество форм включая человека, способных перманентно поддерживать ограниченную катастрофу для адаптации к непредсказуемо меняющимся условиям среды. Для этого существует двухкомпонентная структура генома. Однако ввести всю систему целиком в катастрофический режим невозможно без риска утраты морфогенеза. Такую тупиковую аморфную псевдо-жизнь с бесконечным накоплением мутационного шума можно поддерживать только in vitro.

В любой генетической инженерии ключевым фактором успеха является особая форма искусственного отбора, фактически выбора системы в состоянии, допускающем фазовый переход от катастрофы к стабилизации. Угадать момент можно только эвристически, тут технология невозможна. Эстетический отбор является имманентным свойством жизни, что звучит достаточно странно – каким образом отбор может быть свойством? Нам важно, что именно он превращает эволюцию в технологию и эта мысль может примирить нас с Дарвиным. Но строго при условии, если мы придем к единству интерпретации всего им написанного для исключения использования Дарвинизма в качестве инструмента антинациональной глобализации. Науке пора сделать переход от катастрофы к стабилизации.

Наряду с системным эстетическим отбором может быть эффективен отбор по косвенному стабилизирующему маркеру, специфичному для конкретной формы и даже отцовской линии или материнского семейства. Специфические стабилизирующие маркеры могут быть известны только селекционеру-оригинатору (заводчику), посвятившего себя данной группе организмов.

Системность для целей теории Макроэволюции определяется двумя признаками. Во-первых, описание поведения системы не выводится из описаний поведения ее элементов (принцип Александра Хинчина). Во-вторых, реакция системы на действие внешнего фактора зависит от ее состояния, но не от физического механизма действия фактора (это уже наше изобретение). Согласно последствиям для эволюции системы выделяются четыре типа факторов: провокаторы, директоры, стабилизаторы и мутагенные (шумовые). На системном уровне факторы незадержанного мутагенеза является фактором не развития, а торможения и вырождения. Их три группы: радиация, некоторые химические агенты и чрезмерно благоприятные условия без текущей элиминирующей стабилизации. Если отсечь бесплодную дискуссию о малых дозах, то незадержанные мутагены провоцируют канцерогенез, но последствия их воздействия на потомстве не могут отразиться. Антинаучный эксперимент на ЧАЭС выявил проблемы чрезвычайно низкого уровня жизни на селе в зоне радиоактивного заражения.

Пучок хронических PR-кампаний по последствиям «Чернобыля» развернулся от ЕСПЧ в Страсбурге до Японских островов, где атомное заражение связалось не с атомными бомбами США, а с советским Чернобылем благодаря учебнику истории Японии, созданному по программе Сороса. Одни те же красочные картинки ужасающего врожденного тератогенеза приписывались как Чернобылю, так и ГМО. Таким вот образом Чернобыль стал, как и было задумано, генетико-инженерным фактором. Надо отдать должное истерзанной внешним управлением из Вашингтона Украине: диверсии на действующих АЭС предотвращаются.

Вирусный мутагенез иного рода, он действительно способен вызвать врожденные нарушения и опасен для потомства.

Сублетальные факторы и особенно их сочетания являются эффективными стимулами развития. Универсальным инструментом в растениеводстве стала яровизация с эффектом heat-shock. В культуре ткани обычно используются регуляторы роста растений. Во время работы в лаборатории Валентины Внучковой ВНИИСХБ с культурой in vitro Allium sativum Лев Московкин применил колхицин и тимусную ДНК. Для генетической инженерии in populi эффективным провокатором является системная хроническая антироссийская и русофобская пропаганда.

Генетическая инженерия – оптимизированная Макроэволюция – может включать прямые манипуляции генами (генную инженерию), но в общем случае в этом нет нужды, поскольку сама структура генома обеспечивает горизонтальный перенос и поддержку значительного запаса генетического материала про запас. В этом заложен великий смысл перехода к эукариотности с поддержкой не только той информации, которая непосредственно работает. Журналист может представить себе переход от подготовки текстов на пишущей машинке для бумажной газеты с дедлайном к работе на компьютере для электронного СМИ без ограничения объема и времени, где вся информация сохраняется и при должной организации может быть по необходимости адресно разархивирована. Надо сказать, гигиена работы с файлами в геноме построена лучше, чем в информационной помойке иных журналистов, хотя в обоих вариантах учебник Симоновича по информатике одинаково не применялся.

Существует три формы (уровня) генетической инженерии. In vitro может использовать возможности массовости, тиражируя культуру ткани в десятках и сотнях тысяч пробирок. In vivo выведение сортов или, например, кинология требуют от селекционера формулировки смысла (цели) того, что он делает. Смысл может меняться, но он должен быть на каждом этапе.

Генетическая инженерия in populi представляет собой наиболее интересный вариант самоорганизации в формате многоролевой игры. Это такая пьеса-матрица, где каждый из актеров немного режиссер, сценарист, осветитель, продюсер, критик и даже судья. «Театральный роман» доктора Булгакова. Формат общественно-государственного устройства России этому способствует, поддерживая чудиков со странными идеями, противоречащими доминанте массового сознания. Здесь плохо получается роли Джордано Бруно. Морду набьют, унизят и осудят, чтоб зарплату не платить, но на костер с публикой вокруг рассчитывать не стоит. Страна абсолютно антифашистская, поэтому здесь всегда находится человек на любую уникальную роль. В России поддерживается и прогрессирует эвристическое латеральное мышление. Нас тренируют искусственными проблемами и к развитию физического кризиса мы оказываемся подготовленными. Это единственное, что у нас неизменно, как и государство в душе народа во время исторического разрыва – Смуты.

В США все это невозможно, оттуда идет импорт кризиса лидерства. Для русских фактор США нечто вроде дятла. Дятел не будет долбить здоровую древесину. Но и муравьи, которых он достает себе на прокорм, тоже не причина. Как и гриб, коим питаются муравьи. Дерево было повреждено изначально именно в этом месте. Когда на Земле не было ни дятлов, ни грибов-древоразрушителей, древние споровые растения так безудержно разрослись, что совершенно безнаказанно съели всю углекислоту атмосферы.

Может быть, наш заокеанский дятел и есть естественный отбор по Дарвину, но в нашем понимании это генетическая инженерия взаимопомощи видов. Фактор США для русских чрезвычайно полезен как генетико-инженерный. Есть опыт Донбасса, который не укладывается ни в какие схемы, кроме этой. Сыпать бомбы на головы народу, который не хочет идти вместе с Европой по пути вырождения, это не война и не карательная операция. К международному праву Федора Мартенса никакого отношения не имеет. Пугать дятла Гаагской конвенцией было бы странно. Все умы мира не нашли адекватных формулировок для ковровых или атомных бомбардировок мирного населения Дрездена, Ленинграда и Сталинграда, Хиросимы и Нагасаки, Белграда и Алеппо, Донецка и Луганска. А мы нашли и все стало на место. Не надо истерик или обвинений не по адресу. Если мир людей выживет, то вместе с Россией и благодаря русской Vis vitalis.

Пока же человек демонстрирует нарастающий эпиморфоз Шмальгаузена, по сути его же гиперморфоз в специфическом цивилизационном выражении. Гиперморфоз в дикой природе сопровождает деградацию с последующим вымиранием. Однако о вымирании группы можно говорить, только если она совсем не оставила потомков. Например, Шмальгаузен предлагает не считать вымершими стегоцефалов. Они живут в своих потомках, только эти потомки сильно видоизменились. Большинство ветвей стегоцефалов действительно вымерло, лишь одна ветвь дала начало амфибиям и другая рептилиям (котилозавра), а через них всем прочим наземным позвоночным. В качестве примеров совершенно вымерших групп Шмальгаузен приводит птерозавров и динозавров с их пугающими гиперморфозами.

Главный вывод по текущей актуальности важнее всего остального. В фазе катастрофического перехода высшим критерием истины стал объем усилий, затрачиваемых на ее подавление. Например, если целые армии выдающихся островных советологов и европейски признанных ученых с накаченными Хиршами убедительно доказывает отсталость и бесперспективность России, то одно это свидетельствует о ее уникальной прогрессивности. Эволюционная генетика данный вывод объективно подтверждает. Что характерно, по обе стороны баррикады лидируют россияне.

Для чистоты картины. Ссылки на гадов-американцев при изучении вопроса оказываются несостоятельны. Обычно кто-то что-то не донес, недоложил, проспал, поленился. Дятел не тратит сил на здоровое дерево. На момент написания этой статьи давление на Россию усиливается, что не слишком заметно из-за викарирования форматов давления. Одновременно растет запрос на содержательную информацию и жажда самовыражения. По словам Минкульта Владимира Мединского, растет число желающих петь и плясать. По нашим сведениям, имеет место расцвет новой русской литературы – прозы и поэзии, кино, театра, науки. Мир стал черно-белым и все вопросы связал в один узел. Рассматривать что-то одно можно, но получается по Владимиру Винокуру «песня исполняется впервые мною», потому что везде одно и то же. Алексей Митрофанов предвидел синхронизацию изолированных сфер общества в книге «Шаги новой геополитики».

В то же время в США раскол крутится вокруг просто экстремистов за Хилари Клинтон и ультра-экстремистов за Дональдом Трампом, что выявило исследование Вероники Крашенинниковой. Однако Трамп не может выполнять обязательства перед теми, кто привел его к власти, из-за стойкой внутренней оппозиции, попыткой соскочить с тупикового пути, на который США столкнул выстрел в Кеннеди для предотвращения национализации ФРС. К слову, будущая ФРС создана по идее русского царя и на деньги Российской империи как мировой финансовый стабилизатор в преддверии неизбежного глобального кризиса. В 1909 году начался бред финансовой эманации островной ментальности: по указу президента Вудро Вильсона создана частная структура! Это было начало конца на пути размывания государства и передачи государственной политики США частным ТНК биотехнологическим, сетевым, военным, детского питания, кормов для животных. Интересам этой политики подчинены практически все международные организации включая Бреттон-вудские инструменты МВФ и Всемирный банк. Крупнейшей и наиболее эффективной ТНК приходится признать ФРС, основополагающий инструмент имперского геополитического могущества США. ФРС подчинены национальные центральные банки. В России для этого закреплена в Конституции независимость Банка России исполнительной власти. В то же время правительство США не несет ответственности по обязательствам ФРС и в том числе по квазигосударственным облигациям US Treasure bills, в которые вложены суверенные ресурсы зависимых стран.

Структура и функция экстраполитарной империи требует таких же подходов в изучении, как эукариотическая клетка с настоящей Хромосомой или человеческое тело с конкурирующими системами регуляции. Для тренировки мыслительных способностей можно применить ко всем трем объектам юридико-правовую конструкцию или схему сочетания разных форм взаимодействия организмов – паразитизм, хищничество, симбиоз и др. По словам Галины Беляковой, ни один из типов взаимодействия не встречается в чистом виде. На уровне общественно-государственного устройства те же межструктурные отношения отражаются понятиями аутсорсинг, краудсорсинг, менеджеризация, рерайтинг, копирайтинг, франчайзинг, лизинг, гражданское общество. Эти понятия заведомо неадекватны и относятся к разным сферам, но обозначаемые ими явления противоестественны с позиций человеческой морали, потому что служат тому же самому размыванию государственного суверенитета и межстрановому паразитизму, то есть по факту являются инструментами глобализации экстраполитарной империи.

Выстраивание мер защиты суверенитета (иммунитета) России переводит островную токсичность на уровень вирусного носительства. Его признаки можно обнаружить практически во всех сферах нашей жизни, иногда в довольно экзотических формах, несущих существенную информацию. Например, «Счастливый фильм» из программы фестиваля актуального научного кино ФАНК препарирует заданный ментальностью североамериканской нации формат поиска личного счастья с помощью медитации, психотерапии, антидепрессантов, подбора заведомо несоответствующих половых партнеров и демонстрации в сети своих половых органов. В континентальной евразийской ментальности для тех же целей используется концентрация силы духа, как это представлено в фильме Валерия Тодоровского «Большой». Оба фильма вышли к зрителю одновременно, но разными путями.

Демонстрация мужских гениталий у приматов в норме является одним из показателей превосходства, в данном случае – признаком высшей расы, поскольку все прочие не воспринимаются равными себе и чувства стыда не вызывают. Аналогично вели себя немцы на оккупированных восточных территориях. Однако в нашем понимании превосходство не может сочетаться с отсутствием силы духа.

Насаждение формата «Счастливый фильм» в континентальной евразийской ментальности может вызвать отторжение к постмодернизму в любых его проявлениях, что считается естественным в США. Просмотр сравним с посещением анатомического театра в морге, что весьма полезно для познания устройства человеческого тела и ментальности патанатома, лучшего диагноста. Биология несовместима с брезгливостью.

Таким образом, мы сталкиваемся с виртуальной борьбой между стимулированием Vis vitalis и ее принудительным ингибированием на уровне нации. Политика плавильного котла мультикультурализма не привела к формированию единой нации. Остатки коренного населения Нового света, бывших тлинкитов, отодвинуты на уровень изгоев. WASP остались на вершине кастовой иерархии, из их среды принято выдвигать президента. Католик Кеннеди пытался принимать суверенные решения и ему было позволено для конкуренции с СССР реализовать лунную программу, но национализации ФРС не могло допустить WASP и после убийства Кеннеди встал вопрос: кто у нас в Америке принимает решения? Так на основе островной ментальности WASP негласно и неформально формируется государственная политика США. Поэтому механизм формирования суверенитета в США так и не сформировался. По словам ректора МГЮА имутафина Виктора Блажеева, суверенитет как внешнее понятие формируется внутри. США пошли тупиковым путем ослабления чужого суверенитета. В частности, наибольших успехов в этом относительного СССР добился именно убитый Кеннеди.

В чем состоит государственная политика США, описывают они сами, в том числе и по проектам Асанжа или Сноудена. К настоящему времени издано уже и на русском множество книг о том, как США создали и поддерживают свое мировое господство – гиперморфоз уродливого эпиморфоза. По Шмальгаузену, гиперморфоз не является внутренней причиной вымирания, это показатель недостаточных темпов изменений организма. С другой стороны, есть достаточно плохой признак и для всего человечества – угасание мужского начала. Согласно построениям Вигена Геодакяна, вектор от самок к самцам показывает направление эволюции данной группы.

В контексте нашего эволюционного подхода приходится констатировать, что США не могут отказаться от политики мирового господства и соответственно притока ресурсов. Исторически страна пошла по пути Римской империи, как это описано в романах Ларисы Склярук. Возможно, на уровне современной биотехнологии для США есть способы лечения и населения и государственности, однако в действующей системе они недостижимы и это составляет очень серьезную угрозу миру и особенно России, где действуют сотни депрессивных антироссийских программ в том числе против направлений развития и страт населения – мужчин, детей, подростков, пожилых людей.

Мы рекомендуем прочитать как минимум две книги. Это новая антиутопия «Слепая вера» Бена Элтона, ремейк Орвела с учетом развития событий после выхода романа «1984». И роман-исследование «Провокация» Елены Котовой с анализом подавления влияния России в лице автора в ЕБРР. Описанная Котовой схема имеет универсальный характер. Что особо ценно, Котова описывает воплощение островной ментальности из ее континентального восприятия. Убрать человека с ее характером с руководящего поста ничего не стоит, зачем надо было на одну русскую красотку с амбициозным характером натравливать восемь спецслужб четырех стран? У Котовой сохранились протоколы допросов и ее построения убедительны. Воистину, человек – генетический объект фантастической разрешающей способности, коль до таких деталей дошло. Политическая энтомология в понимании политолога Григория Белонучкина.

Наш опыт показывает, что признание успехов в работе журналиста и исследователя массовой коммуникации выражается в угрозах и черных списках. Каждый из нас включая наших детей многократно подвергался актам публичного унижения, некоему современному аналогу многоразового auto-da-fe. Согласно Натэлле Болтянской, самый высший вид признанья – это auto-da-fe. По нашему, безусловный фактор генетической инженерии человека.

Такого масштаба эксперимента мир еще не знал. Мировой кризис физической природы требует для выживания человечества именно такого развития событий, как мы наблюдаем над нами. Еще ничего не очевидно в плане будущего исхода, однако уже сейчас россияне могут и должны гордиться тем, что живут в центре мира и являются носителями миссии, представленной в рассказе Горького «Горящее сердце Данко». В прошлом перемены бывали и покруче, но описывать было , не было письменности у динозавров.

В любом случае нам в наших спорах не следует забывать, что когда-нибудь климат неизбежно изменится и Земля станет непригодной для жизни млекопитающих, а затем и для всех существующих на нашей планете форм жизни. Жизнеобеспечение человека станет дороже, чем на Луне или Марсе, практически невозможно.